Дорогами Империи (СИ) - Крылова Катерина

— Льен, — в какой-то момент остановила я воздушника, — а если огненный будет у них?

— Тогда мы сгорим, — пожал плечами тот и продолжил таскать воду.

Ну уж нет. Я отправилась на кухню, попросила Сашия помочь мне взгромоздить самый большой котел, что здесь нашелся, на огонь. Мы вылили туда три бочки воды, я достала из своих запасов всю борец-траву и кровохлебку, что были. Маловато, конечно, но лей-линии здесь были достаточно яркими и отзывчивыми, доберу своей силой. Все-таки печатный город — это не только коммуникации, водопровод и канализация, это и насыщение лей через Печать.

Дров под котел мы засунули много, чуть сами себя не подожгли, но времени было маловато, а потому я торопилась. Зелье стоило еще и остудить перед тем как наносить на стены. Сейчас я впервые готовила противопожарный состав, ранее только читала о нем.

Забытый, как же мало я знаю! Почему я так мало училась, почему предпочитала гойсать по болотам с Матраей, а не читать книги и зубрить зелья и ритуалы? Конечно, основам отец меня обучил, да и кое-что кроме них вбил чуть не со скандалами, но этого было крайне мало. Хорошо еще, что перед «походом на Асом» я многое читала, да и после рождения Марка тоже, но сейчас и этого все равно катастрофически недостаточно! Выживу и первым делом начну учить и создавать защитные зелья от магических атак любой стихии.

Я влила в зелье столько силы лей, сколько могла позволить себе потратить, чтобы оставаться в строю. И все равно пара пузырьков из моей сумки пошла на подзарядку одной глупой ведьмы. Одновременно с противопожаркой я варила зелье физической силы для всех остальных. Гельвид помогала мне кипятить бинты и шовный материал на случай ран. Женщина оказалась не из пугливых, да и бывают ли пугливые среди детей моря? По всей видимости, нет.

— Как звали твоего деда? Какого он рода? — поинтересовалась я.

— Он был незаконнорожденным, а потому назван по имени матери. Его звали Гуннар Ильдунсон. Но я знаю, что его отцом был один из морских кнесов. Моя прабабка покинула фьорды, когда ему еще не пришел срок присягать на верность и проходить испытания, — ответила она.

Значит, ему не было десяти лет. Надо же, а традиции семья умудрилась сохранить.

— Сильная кровь, — кивнула я. — Тебя воспитали как истинную соль моря.

Женщине это польстило. Она мягко улыбнулась и произнесла:

— Да хранит нас всех Йер! Если я и мой муж погибнем, я бы хотела, чтобы ты позаботилась о моих детях, болотная ведьма. Я вижу, что ты не проста.

— Ты возлагаешь на меня очень большую ответственность, — ответила я.

— Знаю, и заранее прошу простить меня, — она развернулась ко мне и взяла меня за плечи, прямо посмотрела в глаза, — То, что я сейчас скажу, не знает даже мой муж. Если мы погибнем, забери детей у моей золовки, она с мужем живет на Зеленой улице дом 10, и отвези в графство дель Наварра. Умершая графиня — родственница нам, знаю, что у нее остался сын, он маг и сможет проверить родную кровь. Знаю, что не бросит детей. Я слышала о нем.

— Табола дель Наварра, ты о нем говоришь?

— Да, — кивнула она.

— Не бросит. Но ты не думай сейчас о смерти, дети должны расти с родителями. Думай о том, что мы сможем отбиться.

— День-два, а дальше? Думаешь, я не понимаю, что происходит? — я вопросительно посмотрела на Гельвид, а та продолжила. — Мы жили на кордоне. Луга, лес, лесные поляны, у нас было более пятидесяти пчелиных семей. Мы знали лес от и до. И вдруг начали пропадать дети. Я видела следы в лесу. Это не были следы зверей, по крайней мере живых зверей, не извращенных магией. Там поселилось что-то страшное. И этот труп здесь вчера утром. Он того же порядка, что и те следы. Нас все равно достанут. Но я хочу подороже продать свою жизнь!

Я нашла в себе силы кивнуть. Только кивнуть и все. Люди все видели и понимали. Пусть не до конца, но спасали свои семьи как могли. И никто, ни один не пошел к страже или в сыск, не обратился к губернатору… Или обратились и исчезли еще вернее, чем на клыках нежити?

Мужчины тем временем превращали трактир в крепость, способную выдержать осаду. Да уж, зря я вслух сказала про осаду. Накаркала.

Строительство укреплений шло по трем направлениям. Снизу вверх. Крыша и чердак. Крыша была крыта деревом и дранкой, ее мы буквально залили противопожарным составом, мужчины принесли со двора и подперли единственный лаз туда здоровенным бревном. Потолок второго этажа состоял из толстых бревен, замазанных глиной, тут просто так вниз не прорубишься. Второй этаж с жилыми комнатами. Заперли ставни, а у окон создали настоящие баррикады из мебели. Подходы оставили лишь к двум окнам. Одна выходило на главную улицу, второе — во двор. Там будут стоять наши лучники и маги. Как минимум, первое время. Первый этаж — зал трактира, кухня и подсобки. Главный вход заперли и забаррикадировали столами, то же сделали с окнами, то же — с кухонной дверью. Опять же, одно окно (во двор окон не было) оставили для наблюдения.

Оставалось завалить только трубы очагов: камин в главном зале и печь на кухне. Но с этим мы не спешили. Пусть сунутся сюда. Скопом не пролезешь, а по одиночке мы с кем бы то ни было вполне справимся.

Стены трактира мы полили моим противопожарным зельем. Его, к сожалению было мало, но ребята старались распределить его по всей поверхности. Ни я, ни маги не знали, сможет ли огневик, будь он у врага, закинуть тот же шар сквозь охранную черту, но вот факел пролетит только так.

Все приготовления были окончены лишь к вечеру. Мы выпустили из подсобки Галу и объяснили ей ситуацию. К счастью, она и правда не была такой уж дурой, просто неразборчивой в средствах заработка, а потому быстро впечатлилась и принялась помогать. Понимала, что за ее жизнь уж точно никто и медьки не даст. Она — единственная, кто с уверенностью опознает предполагаемого убийцу.

Сейчас мы все сидели за единственным оставшимся в зале столом и ужинали. Из напитков лишь взвар. Никто бы не разрешил нетрезвому магу или воину принимать участие в обороне. Да никто и не пытался хлебнуть что-то крепче. Всего полнара назад я вместе с Рейфом вышла на улицу и сотворила охранный круг. Максимально сильный из тех, что могла.

— Ты заметила, что на улице пустынно? — первым заговорил он за ужином.

— Да? — я подняла глаза от тарелки.

— Да, — и уже для всех. — У вас всех все еще есть возможность уйти. Рина успеет восстановить контур. За трактиром следят, но непричастных, скорее всего, просто выпустят. Охота за Галой, Брехом и нами троими.

— Да иди ты, маг, куда Свив пятки не совал! — откликнулся Саший. — Я, может и не маг, не воин, но пока еще мужчина и имперец. Из леса сбежал, отсюда сбегу, а потом откуда и куда бежать? Не хочу окончить жизнь равно трусом и петляющим зайцем.

Гельвид посмотрела на мужа с гордостью. Потом перевела взгляд на меня и кивнула. Она остается. Митрай вообще не посчитал нужным отвечать, как ел так и продолжил есть.

— Что ж, ждать проверки наших сил и решимости осталось недолго, — заключил Рейф и уткнулся в свою тарелку.

— Какая интересная дееевочка, — услышала внезапно Имоджин.

Она сидела в главном императорском парке на скамейке и наблюдала за людьми. Сюда ходили нянечки и гувернантки с детьми, среди которых она высматривала… Нет, не жертву, а ту, кого могла заместить. В Нисмане она не хотела засвечиваться как содержанка какого-то купца или аристократа, она хотела быть невидимой и вездесущей. А кто более невидим и при этом всеведущ и вездесущ, чем слуги? Это она поняла уже давно, еще когда пробовала играться и плести собственные паутины власти и сплетен. Сейчас же ей было доступно большее. Вот Джинни и примерялась.

Эта фраза застала ее врасплох и бывшая графиня невольно дернулась. Обернулась и посмотрела на говорившую. Прямо за лавочкой, где расположилась Имоджин, стояла красивая молодая женщина. Золотые локоны каскадом спускались из-под кокетливой меховой шляпки, шубка отливала серебром меха северной лисицы, а руки в бархатных перчатках сжимали тонкую золотую цепочку, на конце которой холодным опасным светом отблескивал голубой кристалл.