Дьявольский пир (СИ) - Ласточкин Дмитрий

Так, а где мой городок? Если так прикинуть, то Евразия вот тут, а значит… Эм… Точно! Мой город оказался близко к краю! Там её и надо искать!

Полетав с час туда-сюда, всё же нашел остатки своего города. Сердце защемило, в груди растеклось тепло, словно я встречаюсь с кем-то, кого давно не видел. Ну, так и есть, если уж так подумать!

Хм, а оно не так плохо и выглядит, если честно! Когда улетал, помнится, видел сверху одни развалины, а теперь тут появились небольшие одноэтажные домики, раскинулись поля разных цветов, зелёные, желтые, фиолетовые, и вон люди ходят по улицам и работают на полях. Некоторые замечали мою лодку, смотрели вверх, приложив руку «козырьком» ко лбу.

Спустился вниз, туда, где была площадь перед самым большим домом. Вероятно, это или административное здание с начальством, или дом старосты, самое то.

— Чем могу помочь, бессмертная госпожа? — из дома выскочил мужчина лет шестидесяти и подскочил ко мне. В глазах и в выражении его лица была угодливость и даже подобострастие.

— Я… — запнулся, пытаясь сформулировать своё желание. Да и на родном языке я уже давно не говорил, пришлось вспоминать слова. — Я хотела бы осмотреться.

— Как пожелаете, бессмертная госпожа! — закивал старик.

— Меня зовут Алёна. — с некоторым внутренним сопротивлением представился ему земным именем. — Можете меня так и называть, без всякой «госпожи».

— Осмелюсь предположить, вы с Земли?

— Именно. Даже из этого города! — обрадовано закивал я. — Решила вот посмотреть, как сейчас тут.

— Ха-ха-ха, я сразу почувствовал в вас родную душу, Алёна! — обрадовался старик. — А вы даже местная!

— Ага. А вы тут кто?

— Я староста, выбрали меня пять лет назад, вот я и продолжаю работать, Ефим Николаевич Суриков!

— Приятно познакомиться.

— И мне, и мне! — покивал старик. — Пройдёмте в мой дом? Там вам всё расскажу!

— Давайте лучше прогуляемся по городу, хочу посмотреть, что тут осталось.

— Конечно-конечно!

Мы пошли по центральной улице, а староста стал пояснять, что тут где.

— Первые недели были очень трудными. И месяцы тоже. Да и сейчас, скажу я вам, жизнь не очень-то лёгкая. — староста вздохнул. — Когда бессмертные улетели, забрав множество людей с собой, и вас тоже, Алёна, все были в растерянности. Что нам-то делать? Куда идти?

Мы остановились возле кучи железобетона с торчащими во все сторонами щупальцами ржавой арматуры.

— Когда-то тут был многоквартирный дом. А теперь вот!

— Угу. — я жил в своё время в такой же куче битых панелей.

— Вот. Но почтенные бессмертные собрали нас тогда всех, кто выжил, и мы сообща решили остаться на месте. В других городах было то же самое, кому нужны будут нахлебники? Никому! Ну вот, мы подумали, где родились — там и пригодились. И остались.

— Понятно.

— Не все, конечно, согласились. Часть молодёжи ушла, часть решила спускаться вниз в поисках лучшей доли. Оставшиеся стали разгребать завалы в поисках еды и питья, всяких полезных вещей. Стали делать шалаши из уцелевших досок и брезента.

— От техники вообще ничего не осталось?

— Кое что осталось. — покивал староста. — Удивительно было видеть — всё в разрухе, а поверх кучи камней лежит рабочий мотоцикл, даже не поцарапанный! Но электричества же нет, бензина тоже, от техники особого толку не было. Вот.

Мы прошли дальше, к полям, засеянным свёклой, если я правильно понимаю по ботве, и пшеницей. А вот там вроде картофельное поле.

— Нашли где-то семена?

— Так их много осталось! На рынках всяких, в разрушенных домах, особенно в частных, на огородах нашлось немало овощей и фруктов. Деревья-то что? Пересадил их, полил и норм! Но погнило много, три месяца дожди шли, видимо, вода возвращалась. С тех пор у нас озеро Спасения вон там!

Он показал мне на кусочек голубой глади, виднеющийся среди полей. Это точно, я видел сверху озерцо возле города, которого раньше не было.

— Но земля стала другой. Раньше-то у меня огород был, я знаю, как всё растёт. А теперь с этой Ци всё так и прёт! В последние годы по три урожая в год снимаем, а земля только жирнеет! Еды много, только хранить приходится без холодильников, в этом проблема. Но пшенице, свёкле там или картошке они особо не нужны. А вот коров, коз и овец, которые развелись, приходится в тот же день съедать, как зарезаем, чтоб не пропали.

— Даже животные есть?

— Ну а как же! Если люди выжили, то и животные тоже выдюжат! Вон, наше стадо коров, уже шестьдесят голов! Все плодятся как не в себя!

— А в демонических животных не превращаются?

— Пока ещё бог миловал! — покачал головой староста. — Но если что такое видим, то сразу их режем!

— Это хорошо.

Хм, может, им морозильную формацию поставить? В учебнике был её пример, и ресурсы для этого все есть. А ведь точно надо! Я как-то об этом не подумал, но куда они денут всё то мясо, что я для них купил? Смертные из амулетов его достать не смогу, надо выгрузить, чтоб могли есть.

— Практики, я так понимаю, к вам наведываются?

— А как же! — Ефим Николаевич затряс головой. — Земля-то не в чистое поле упала! Под нами оказались погребены аж три ихние школы.

— Серьёзно⁈ — я об этом никогда не думал и жуть как удивился такой новости.

— Абсолютно! И на Земле кучу народу перебило, и тут все, кто попал под удар, умерли. А школы эти как-то сохранились, прокопались, ну и заявились к нам с вопросами, чего это мы так. А что мы можем ответить?

Староста негодующе сплюнул. Я сильнее сжал зубы, чтоб погасить злость.

— Порушили те дома, что мы успели построить, поубивали народу… немного… Вы не подумайте, что я на бессмертных жалуюсь! — он с лёгким испугом посмотрел на меня. — Просто рассказываю.

— Я понимаю.

— Ну вот. Потом успокоились, но обложили нас данью — прилетают раз в полгода и забирают зерно, картошку, свёклу, кукурузу с семечками. Всё, что мы выращиваем! Ещё вначале заставляли разбирать завалы и собирать драгоценности, золото, серебро, камни всякие. Но потом плюнули на это и перестали, слишком долго и слишком мало получалось. Но мы всё равно потихоньку разбираем и собираем, тут, в этом мире, они тоже ценятся, золото с серебром.

— Знаю. — кивнул.

— Вот так и живём. Привыкли уже, устроились. Это у нас столовая, там вот театр — надо же развлекаться? А тут арена! Мужчинам надо выпускать пар! Да и бессмертные любят смотреть на такое…

Да уж, понятно всё. Бесправные инопланетяне, которые исполнят всё, что от них потребуют всесильные культиваторы.

— А вы чего-то желаете, Алёна? — он внимательно посмотрел на меня.

Понимаю его озабоченность. Плевать, что я раньше жил тут, я уже пять лет, как не человек. Кто знает, что у меня в голове? Вдруг захочу почувствовать себя всемогущим и сотру с лица покалеченной Земли это поселение? Кто мне что сделает?

— Хм. — я задумался. — Такой вопрос.

— Да-да? — староста услужливо улыбнулся.

— Хотите, чтоб у вас появился холодильник?

До вечера я был занят — выкопал котлован, обложил его камнем, расплавил его слегка, чтоб он слипся в единую конструкцию. Потом достал завалявшийся в награбленных амулетах мусор, который пожадничал выкинуть, и использовал его как ядро и флаги замораживающей формации. Благо, учебник формаций был со мной, так что я справился довольно быстро. Настелил крышу из железобетона, спаяв её со стенами. И сверху ещё земли навалял — получился такой себе ледник в десятке метров под землёй. Формация сразу же начала работать, охлаждая воздух внутри.

Пока я копался, местные вернулись с полей и стояли рядом, наблюдая за моими действия и комментируя, думая, что я не слышу. Но когда почувствовали, как из зёва ледника пахнуло холодом, обрадовано зашумели, поздравляя меня и себя. Быстро натащили туда полок, на которые я и вывалил приготовленное для них мясо.

Хорошо! Такая формация, которая только охлаждает, почти не использует духовных камней, одного низшего качества хватит лет на двадцать. На всякий случай оставил старосте сотню Духовных камней, чтоб перезаряжать формацию. Тот их принял, как величайшую ценность. Впрочем, для него это так и было.