— Да! Желаю! — ответил я.
Какая разница, в какую школу? Лишь бы на Седьмые небеса, с их ресурсами. А то, что пилюли и водные техники, это даже хорошо.
— Тогда добро пожаловать в школу, ученица. — улыбнулась судья.
Старик продолжил выкрикивать имена, а судьи приглашали приглянувшихся.
Чу Чанжон получил шесть приглашений, и выбрал того же мужчину в доспехах, что и У Дэ.
А вот некоторым вообще ничего не досталось. В результате, из ста двух участников финала в верхний мир отправятся всего пятьдесят семь. Остальным, увы, остаётся только надеяться на следующий Турнир. Или оставить надежду, если через пять лет их возраст перевалит за пятьдесят лет.
— Вы отлично справились! — похвалила нас старейшина Чэн, когда мы собрались после турнира перед своими домиками — нам дали ночь на прощание.
— Всё благодаря нашей школе Озёрной Горы! — хором рявкнули мы вчетвером. Того парня с Небесным духовным корнем тоже выбрали сразу несколько школ Седьмых небес.
— Прежде всего это всё благодаря вашим личным усилиям. — подмаслила нам старейшина. — А теперь отдохните!
— Пойдёмте отметим? — я посмотрел на Юэлянь и Чанжона. — С меня еда.
— У меня есть хорошее духовное вино. — согласился парень.
— А я — самая красивая и хорошо украшу компанию! — скромно заметила Юэлянь.
В моём домике мы быстро организовали стол, я для этого дела выложил лучшие кулинарные пилюли Земного ранга.
— Помнится, демоны называли меня дьяволицей, пирующей на них. — рассмеялся я, глядя на стол с блюдами из демонятины, фруктами и выпечкой. — Ну что ж, дьяволы, давайте устроим наш последний пир на Девятых небесах!
— Как ты пафосно-то закрутила! — хихикнула Юэлянь, ловко вскрывая бутылку с вином.
— За столом так и надо!
— Оооо среди нас профессиональный едок, брат Чу! — соседки пахнула парня локтём.
— Вообще, мы ещё сможем встретиться. — тот сохранял хладнокровие, хотя его сердце забилось быстрее от соседства с Юэлянь. — Все эти школы прибыли примерно из одной местности на Седьмых небесах, примерно как школа Озёрной Горы и эта, Пурпурного Пламени. Если будет желание, то мы ещё не раз встретимся.
— Я вижу, ты уже обо всём подумал. — Юэлянь с искринкой в глазах смотрела на парня, отпивая вино, похожее на странное шампанское.
— Просто услышал. — тот пожал плечами, косясь на ногу девушки, слегка потёршуюся об его ногу.
Это что такое? Юэлянь наконец-то решила реализовать свои и его чувства? Вот это да! Но повод как раз имеется! Ха-ха-ха!
Вино оказалось неожиданно крепким, да и бутылок было много, так что дальнейшее я помню как-то смутно. Мы вроде продолжали вечер, рассказывая друг другу свои истории. Потом я пожаловался на Щербицкого с уже покойной Хэ Цзюгэ. Вроде Юэлянь горячо пожелала разобраться и мы куда-то шли… Ил инее шли, потому что потом снова оказались у меня. Потом все хихикали, танцевали под музыкальный артефакт и зачем-то сломали дверь в мой домик. Или она сама сломалась?
Утром я проснулся с первыми лучами света, заглянувшими в окошко. С трудом осмотрелся по сторонам. Мы с Юэлянь спали в моей кровати «валетом», Чанжон храпел на двери посреди домика, завернувшись в… мои и Юэлянь платья! Тогда что на нас⁈ На мне почему-то были штаны Чанжона и мой доспех, а вон Юэлянь оказалась в одних трусах. Повсюду валялись бутылки, в углу появился какой-то куст, под ним спали три собаки, прислонившись спинами друг дружке. На них вольготно разлёгся Царапка, раскинувшись «звездой».
— Тьфу ты! — я пошевелил сухим языком во рту. — Юэл… кхе-кхе… Юэлянь! Чанжон! Пора вставать!
Чрез полчаса мы уже были полностью одетые и собранные, не оставив и следа от ночного праздника. Даже дверь повесили на место, а бутылки стыдливо спрятал в амулет Чанжон.
— Ну что ж… — я посмотрел на девушку и парня. — Я рада, что была знакома с вами! Юэлянь! Чанжон! Я не забуду вас никогда!
— Я…. я тоже, Лянхуечка! — прыснула слезами Юэлянь, обнимая меня, а потом парня. — И тебя я тоже не забуду!
— Мы ещё обязательно встретимся! — убеждённо заявил парень.
Через час старейшина Чэн вместе с остальными учениками отвела нас четверых к площадке, где избранных участником дожидались судьи. Ученики Озёрной Горы завистливо смотрели на нас, желая оказаться на нашем месте. Кроме Щербицкого — тот шел позади, пряча распухшее лицо, прихрамывая с одной рукой на перевязи. Это что такое с ним случилось? Ещё кому-то перешел дорогу? Так ему и надо!
— Прощайте, ученики! Надеюсь, ваш путь на Седьмых небесах будет лёгок! — сказала напутственные слова старейшины Чэн.
— Благодарим вас за всё! И школу Озёрной Горы! Без неё мы бы никогда не достигли этого! — мы вчетвером поклонились.
— Ну что, попрощалась со всеми? — спросила меня женщина, что вчера пригласила меня в Нефритовый Дворец. Позади неё стояли две симпатичные девушки, судя по всему ученицы помощницы.
— Да, госпожа.
— Старейшина Ся. Называй меня так.
— Слушаюсь, старейшина Ся.
— А это кто? — она ткнула пальцем в Царапку.
— Это котёнок. Животное из моего мира, как память о нём.
— Хорошо. — она кивнула, потом вынула из амулета неизвестный артефакт и сжала его в руке. Нас окутал кокон из искрящихся золотисто-оранжевых молний. — Приготовься. Путь наверх иногда бывает опасен!
Я только успел прижать к себе покрепче Царапку, как мы вчетвером рванули куда-то вверх, раздвигая пласты реальности.
