Аделаида кивнула, впервые за всё время отправки на Миизар задумавшись, может быть Нелсунг был прав и ссылка в этот регион была не признанием её навыков, а… чем-то более неприятным?
Тагг, к счастью, одним своим видом внушал спокойствие и уверенность. Высокий, с обнажённым клинком в руках, который уже успел хлебнуть крови бунтовщиков, он отдавал чёткие команды офицерам и воителям, прибывшим с ним из Саркарна.
Две тысячи профессиональных солдат и сотня воинов с Аурой. Солидные силы. Даже очень. Но не тогда, когда восставших поддерживал Безграничный, пусть даже и не лично.
— На востоке рынок, — припомнила Аделаида. — Улицы узкие, мы растянемся.
— Мятежники тоже. Да и выбора, — криво ухмыльнулся он, — особого нет. Западное направление уже потеряно, в порту тоже не всё в порядке. Нас загоняют вглубь города.
«Это верно. Обратно на корабли отступить не получится», — мысленно согласилась Аделаида. Не то чтобы она рвалась туда, но… всегда приятно иметь пути отступления.
Совсем другим взглядом она посмотрела на Калвера Тагга. Ещё неделю назад девушка считала, что он просто стареющий Клинок, очередной интриган, играющий на стороне дома Монтейров. Ныне мужчина казался тем, кем и был — ветераном Аспенгейтской кампании. Человеком, имеющим опыт прохождения через такие вот мясорубки.
Тем, кто может вытянуть их. А может, — чем чёрт не шутит? — сыграть весомую роль в наведении порядка на этом куске земли.
С карниза ближайшего дома низвергся ревущий поток жидкого пламени. Два огнемётчика, зажатые в узком переулке, отчаянно выжигали пространство перед собой, превращая воздух в раскалённое марево. В этом аду метался рой: тысячи мух вспыхивали крошечными искрами, но на их место из дыма вылетали новые, неумолимые и холодные в своей ярости.
Видимо разведка, иначе Затмение не направил бы обычных насекомых, а усилил их Аурой.
Впрочем, смысла в огне было мало. Мухи далеко не всегда летали роем. Зачастую отдельными, почти невидимыми особями. Даже Аура Наблюдения не всегда помогала, слишком уж много всего, отвлекающего внимание, кружило в воздухе.
Крик впереди. Десяток солдат наместника выбежал им навстречу. В спину им летели дротики. Чей-то труп завалился прямо под ноги Тагга. Миг спустя показались загонщики, даже не замедлившиеся, увидев новых врагов. В саркарнских солдат полетела новая порция стали.
— Щиты! — выкрикнул Тагг, подавая пример.
Аделаида последовала общему движению, ощутив, как напитанное Защитой дерево отбило метательное копьё.
Лошадиный крик оборвался хрипом, а потом на них налетела толпа.
Клинок Аделаиды вылетел из ножен и нашёл первое горло ещё в движении. Кровь брызнула горячим дождём.
Новая цель. И ещё. И ещё…
Против них вышло не просто «мясо», набранное мятежниками из афридских кабаков. Это были умелые бойцы, часть из которых владела Аурой. Аделаида нахмурилась, не рискуя использовать свои приёмы, чтобы не зацепить своих. Да и энергию надо экономит.
Била она аккуратно. Точечно. С минимумом затрат. Удар-удар-удар.
Трупы падали вокруг неё, как дрова. Рукоять меча скользила от пота и чужой крови, а лезвие затупилось, превратившись в железную дубину, что скорее дробила кости и вязла в плоти, чем резало. Аделаида едва успевала перехватывать оружие, ощущая себя маятником — удар, шаг, блок — теряя счёт времени и жизням, гаснущим под её клинком.
Близстоящие солдаты использовали девушку, как таран, скрываясь за ней и добивая подранков. Тагг бился неподалёку, попутно прикрывая её — девчонку из рода имперских грандов. Знал, что если она погибнет, то и ему не сносить головы.
А вокруг постепенно увеличивался рой. Загрейн не сражался лицом к лицу — в этом не было смысла. Он совершал налёты то тут, то там. Старался контролировать территорию города, следить за всеми стычками, попутно помогая своим в особо сложных ситуациях.
Трижды Загрейн убивал наиболее опасных воителей Вермитракса. Один раз помешал распоясавшемуся воину сорваться на гражданских. Другой раз не позволил поджечь склад с алхимической дрянью, опасаясь, что зацепит ближайший жилой квартал.
Кто знает, вдруг там живёт Дэля? Он не простит себе, если она пострадает по его невнимательности.
На миг перед глазами встало лицо, которое Загрейн видел во сне. Встало и тут же развеялось, а парень мысленно поморщился.
«Не тупи, она давно выросла».
Мысленное усилие создало ещё один рой из десяти тысяч мух, которые бросились подъедать трупы, заражая мясо личинками и ускоряя поглощение питательной органики. А мертвецов сегодня обещает быть много…
Внимание Загрейна привлёк шум боя. Где-то на полпути ко дворцу Куфо сцепилось двое неимоверно сильных воителей.
* * *
Палид, взгляд со стороны
Эрмалия Грант сидела у стены. Её задевали ногами, толкали, роняли бегущие люди.
«Выйти из дворца было плохой идеей», — мелькнула короткая мысль в её голове.
Ещё с вечера Палид превратился в смертельную ловушку, где безумие начало овладевать людскими душами.
Недавно Эрмалия очнулась в тёмном погребе, окружённая разбитыми винными бочками. Ограбленная, без большей части одежды. Боль между ног намекнула ей, что случилось худшее. Губы вспухли и ныли от поцелуев, которых она не помнила; спутанные волосы окрасились кровью. Она кое-как выбралась из-под земли, проползла по грязным камням до ближайшей стенки и скрючилась, тупо глядя на картину паники.
Город скрылся в дыму. Бурый полумрак, звуки далёких схваток — в гавани, слева от неё, около северной и восточной стен справа. Горожане беспорядочно носились по улице. Двое мужчин напротив неё сошлись в смертной драке: один пытался проколоть другого, потом начал лупить его головой о мостовую. Гулкий стук сменился влажным хрустом. Победитель откатился от содрогающейся жертвы, встал и, шатаясь, побрёл восвояси.
Другие выбивали двери. Внутри вопили обнаруженные войсками женщины.
Самое смешное — мятежников в этой части города ещё не было.
Справа появились трое мужчин — явных мародёров. Один нёс окровавленную дубинку, другой размахивал серпом. Третий тащил за ногу тело мёртвой или потерявшей сознание девочки.
Они заметили ее. Хозяин дубинки ухмыльнулся:
— Мы пришли забрать тебя, дворцовая служанка. Очнулась и ещё захотелось, ась?
— Всё-таки кожа у неё сущий бархат. Не чета шлюхам из Глубинного, — добавил владелец серпа и причмокнул.
— Что ты хочешь, она же во дворце служит, — произнёс третий.
Эрмалия не узнавала их, но в глядящих на неё глазах было что-то ужасно знакомое.
— Город пал, — продолжил первый, подходя всё ближе. — Но у нас есть путь наружу, и мы хотим тебя захватить.
— Решили оставить для себя, дорогуша, — загоготал человек с серпом. — Не беспокойся, мы тебе не навредим.
Эрмалия прижалась к стене.
Внезапно раздался новый голос:
— Стоять!
Троица оглянулась, заметив незнакомца. Высокий рост, ярко синие глаза, волосы с лёгкой сединой на ещё молодом лице.
Эрмалия заморгала. Никогда она не видела подобного доспеха, а ведь кольчуга пурпурного цвета запомнилась бы любому. У бедра незнакомца висел широкий меч. Он не спешил вытаскивать его из ножен.
— Ты ещё кто? — прищурился серпоносец.
— Какой-то иноземный ублюдок, — сказал тип с дубинкой. — Из Саркарна поди. О, знаю, из этих, что с Клинком приплыли!
— Найди себе другую девку, — сплюнул третий.
— Уже нашёл, — зло бросил им незнакомец, шагая вперёд.
— Она наша! — крикнул носящий серп.
— Не подходи, — прорычал третий, поднимая тело ребёнка над головой, словно собирался сражаться им.
Эрмалия поняла, что он уже использовал его подобным образом.
«О дитя, лучше тебе быть мёртвой. Лучше бы тебе умереть сразу…»
— Ты нас знаешь, чужак, — сказал человек с дубинкой.
— Это точно! Вы ужас этого городишки. Я многое слышал о ваших подвигах. Это даёт мне преимущество.
— Как так? — заморгал владелец дубинки.
