Мастер Трав VIII (СИ) - Мордорский Ваня

Она пару секунд сверлила меня взглядом, затем расслабилась.

— Поняла, — кивнула знахарка. — Не расскажешь.

— Именно, — подтвердил я. — В общем, проблема в том, что это были гнилодарцы. Я попросил Рыхлого уладить ситуацию на месте.

— Грэм их убил? — в ее голосе прозвучало напряжение. Она понимала возможные последствия подобного. Как впрочем и я.

— Нет, — успокоил я ее. — Но это могут быть как обычные гнилодарцы, так и люди Целителя. Но знаешь, Морна…учитывая, что Грэм шел именно к твоему тайнику возможно, кто-то специально ждал тебя возле него, понимаешь? Я Рыхлому об этом не говорил, но думаю он и сам понимает, что нападение может быть совсем не случайным.

Морна резко помрачнела.

— Но детали мы узнаем, лишь когда Рыхлый и Грэм вернутся, — добавил я. — Может это просто совпадение.

Она молча кивнула. Думаю мы оба не верили в подобное.

Мы сидели в напряженной тишине. Слышалось только мерное гудение пчел в углу вокруг Майи и тихое дыхание спящих детей. Я чувствовал на себе долгий, изучающий взгляд Морны. Я старался не обращать на него внимания, делая вид, что проверяю целостность своих перчаток. Да уж…

— Спасибо, Элиас, — вдруг тихо, с какой-то непривычной мягкостью произнесла она.

Я поднял глаза.

— Знаешь, — продолжила Морна, кривя потрескавшиеся губы в подобии улыбки, — ты меня выручил, много раз выручил. Когда я увидела тебя в первый раз, когда ты пришел ко мне в дом с дедом… я даже не предполагала, что всё обернётся… так. Что ты столько сделаешь для меня и для моих детей. А оно вот как всё произошло.

— Ну, — я неловко почесал затылок, чувствуя себя немного смущенным этой откровенностью, — к сожалению, всё это пока лишь временные меры. Проблемы никуда не делись. Целитель жив, туман на месте, а дети…у детей всё еще есть серьезные проблемы с духовным корнем, которые еще не решены. Только после этого можно спокойно выдохнуть.

— Элиас, прошло всего-ничего времени, — ответила Морна, — Я помню как ты мне приносил среднего качества отвары. А сейчас…сейчас создаешь эликсиры.

Я вздохнул.

Да, прогресс был действительно быстрым. Особенно если смотреть со стороны. Я же знал, что это потребовало кучу времени и помощи системы, без которой я бы не справился. Но я и не собирался на одном уровне сидеть годами — мне нужно было осваивать всё и быстро.

— Морна, — вдруг вспомнил я кое-о чем, — А про главное-то я и не спросил: у тебя остались те отвары, которые должны сдерживать твою…кхм…

— Звериную сущность? — закончила она за меня с улыбкой.

— Да, они самые. — кивнул я.

— Они со мной. — ответила знахарка, — Это то немногое, что я всё время держала при себе.

Я с облегчением выдохнул. Добыть ингредиенты для эликсира укрощения зверя сейчас для нас было тяжеловато. Одной проблемой меньше.

Только сейчас, когда напряжение немного спало, я осознал, насколько дико проголодался. Хорошо в доме до сих пор оставался мед, который принесла Лира. Я взял кувшин, ложку и начал закидывать в себя этот мед, который был не просто вкусным, но еще и незначительно восстанавливал силы и живу.

— Мне тоже дай. — вдруг тихо сказала Морна.

Я посмотрел на нее, а затем зачерпнул одну ложку и осторожно поднес ложку к губам Морны. Она приподнялась, перехватила дрожащей рукой ложку и съела всё же сама. Прогресс.

Пока она ела, я на мгновение прикрыл глаза и снова потянулся к Глубокой Связи. Совсем чуть-чуть — просто взглянуть, что там происходит.

В тепловом зрении Виа я увидел изменения: рядом с Грэмом появилось еще одно крупное тепловое пятно — Рыхлый. Я едва успел убрать Виа подальше.

Когда Рыхлый подошел к Грэму, какое-то время они просто стояли рядом, а потом начали перемещаться вместе с двумя другими гнилодарцами. Тащат они их что ли?

Похоже, что да. Значит решили не убивать.

Однако только сейчас я понял одну важную вещь: когда Виа душила кукловода и высасывала его живу, она «попробовала» его кровь. И она не почувствовала вкуса структурированной черной живы. Тогда я не обратил на это внимания, но это значило, что как минимум один гнилодарец чист. Во втором она тоже ничего не ощущала. Правда, это ничего не значило. Человеческий организм «фонил» и мог заглушать своей жизненной силой крохотную метку. Надо было сразу отправить ее «взять пробу» крови у второго.

А потом я задумался…а уверен ли я, что черная управляющая метка может ощущаться через кровь? Это метка Гиблых так работала, но тут всё могло быть иначе. Ладно, надо возвращаться.

Убедившись, что ситуация под контролем, я разорвал связь. Мед и короткий отдых вернули мне немного сил, а глаза после этого «погружения» не горели, потому что Виа была абсолютно спокойна.

Я поднялся с пола. Было еще одно дело, которое нужно было решить до того, как Грэм притащит пленников во двор.

— Я скоро вернусь, — шепнул я Морне и вышел наружу.

На переднем дворе всё было тихо, если не считать недовольного сопения Ржавого. Я прошел мимо них и углубился в заросли за домом. Цель была простой — гнездо Шурши. Рыхлый говорил, что оно находится примерно в пятистах шагах от дома.

Я подошел к кустам, где заметил тончайшую сигнальную нить. Осторожно, чтобы не порвать, я дернул за нее дважды, подождал секунду и дернул еще раз, просто привлекая внимание Шурши.

Спустя минуту на нити скопилась дюжина крошечных, почти прозрачных паучков. Они замерли, словно глядя на меня — Шурша ждала.

— Поговорить надо, — негромко сказал я им.

Я надеялся, что она меня поймет. Когда мы впервые встретились, она ясно дала понять, что видит и слышит через своих питомцев.

Паучки пришли в движение. Один из них, самый крупный, спустился на землю и быстро побежал в чащу. Остальные остались на нити. Я воспринял это как приглашение и пошел следом за «проводником».

Пробираться сквозь густой подлесок было тяжело. Вскоре деревья стали расти плотнее, а просветы между ними затянуло густой, серой пеленой. Это была не паутина, а настоящий форт, многослойный кокон, защищающий свою хозяйку. Ни один зверь не пробрался бы сюда, не завязнув насмерть. И прохода внутрь не было. Похоже, Шурша неплохо озаботилась своей безопасностью. А о крепости нитей Шуршы мне говорил Рыхлый в первое посещение деревни гнилодарцев.

Я остановился у края этой паутинной крепости.

— Что ты хотел, Элиас? — раздался тихий, шелестящий голос откуда-то сверху, из глубины теней. Саму Шуршу я не видел. Неужели она там, где-то среди деревьев?

— Помощи, — прямо ответил я, глядя наверх. — Скоро Рыхлый вернется, и не только с Грэмом, но и с двумя пленниками-гнилодарцами, которые напали на деда в лесу.

В паутине повисла тишина. Затем она спросила:

— И?

— Мне нужно, чтобы ты проследила за остальными на переднем и заднем дворах, — сказал я. — Ржавый, Шипастая и этот Каменный — они на взводе. Если они увидят связанных собратьев, могут наделать глупостей. А без тебя мне с этим не справиться. Я так понимаю, твои паучки могут не только подавать сигналы, но и парализовать? Или убить?

Это было лишь предположение, но учитывая, что паучки у нее разных видов, то должны быть и парализующие.

— Могут, — тихо ответила Шурша. — Но скажи Элиас…почему я должна тебе помогать?

— Потому что я тоже смогу тебе помочь, — я сделал шаг ближе к паутине.

— Разве я говорила, что мне нужна помощь? — в ее голосе проскользнула насмешка.

— То есть, — я сказал чуть громче, — ты хочешь, чтобы твое тело окончательно изменилось? Хочешь, чтобы оно полностью стало паучьим? Чтобы ты забыла, как выглядела раньше? Если так, то я действительно зря сотрясаю воздух. Если моя помощь не нужна…то…

В гнезде воцарилась тишина. Я ударил в самую больную точку. Любая женщина, какой бы мутанткой она ни была, в глубине души хочет оставаться женщиной, а не монстром с восемью глазами и хелицерами. А Шурша не была старой.

— Ты, наверное, спросишь как я могу обещать подобное? Так вот… я могу. И если бы не случилось всё это с деревней, с Кромкой, и нападением, то я бы уже делал для детей Морны и Рыхлого эликсир, который может остановить разрушение духовного корня. И он способен предотвратить любые дальнейшие мутации. Я делаю его для Лорика и Малика. Но когда он будет готов… я сделаю порцию и для тебя. Ты перестанешь превращаться в…