— Иди ко мне, — хрипло попросил я, потянув её за плечи вверх.
Я уложил её на спину, разводя колени. Нанали смотрела на меня с доверием и лёгким страхом, смешанным с предвкушением.
* * *
Утро встретило нас пением каких-то экзотических птиц и лучом Саи, пробившимся сквозь листву. Я открыл глаза, чувствуя приятную тяжесть в мышцах. Нанали спала, уткнувшись носом мне в плечо.
Она пошевелилась, открыла глаза и потянулась, как большая кошка.
— Священные драконы… — выдохнула она, глядя на меня с блаженной улыбкой. — И зачем я откладывала этот момент целых двести лет?
Я поперхнулся воздухом.
— Тебе двести? — переспросил я, приподнимаясь на локте.
Она тут же нахмурилась и ткнула меня пальцем в грудь.
— Не смей шутить по поводу возраста! У драконов… у самок, на этот момент тоже пунктик имеется, как и у человеческих женщин.
— Понял, не дурак, дурак бы не понял, — примирительно поднял я руки. — Но всё же, скажи честно, сколько тебе лет?
— Двести сорок два, — ответила Нанали, чуть покраснев, если драконы вообще умеют краснеть. — А тебе?
Я не сдержал смешка. Ситуация была до абсурда комичной.
— Забавно, да? — спросил я, разглядывая её лицо.
— Что именно? — она прищурилась.
— Сначала переспали, а потом начали узнавать друг друга.
Я тут же получил чувствительный удар кулачком по рёбрам.
— Эй! — возмутилась она и попыталась подняться, изображая обиду, которой не было.
Но я не дал ей этого сделать. Перехватив её за талию, я притянул её обратно, прижимаясь своей грудью к её гладкой спине. Мои руки скользнули вперёд, накрывая её упругие груди.
— Постой, — прошептал я ей на ухо. — У меня совершенно другие планы.
— Умм… — Нанали тут же расслабилась, откидывая голову мне на плечо. Она повернулась и поцеловала меня.
Я снова навис над ней, глядя в её золотистые глаза.
— Так сколько тебе лет? — переспросила она, проводя ладонью по моей щеке.
— В этом году исполнится двадцать три, — честно ответил я, сам удивляясь этой цифре. С момента моего появления на Грее прошло чуть больше трёх лет, а по ощущениям… прожита целая жизнь.
Глаза Нанали расширились, став похожими на два блюдца. Она закрыла лицо руками и громко, изображая ужас, воскликнула.
— Бездна! Да меня судить надо! Позор мне!
— Что такое? — опешил я.
Нанали убрала руки от лица. В уголках её губ уже плясала усмешка, и я понял — она просто издевается.
— Я переспала с птенцом! — заявила она трагическим шёпотом. — С младенцем!
— Ах, птенцом… — протянул я мстительно.
Моя рука скользнула вниз, сжимая её ягодицу и бесцеремонно раздвигая ей ноги коленом.
— Ну, посмотрим, — прорычал я, — кто тут из нас птенец!
* * *
