— Слушай, Миша, не пойми неправильно… мы всеми руками за тебя! Но… как бы… — неуверенно поднял руку Морозов, — Мы чуть поумнее стали… наверное. И как бы… а жизнь от этого легче не стала. Тяжелее стала! Взросление — тяжело, типа.
— Угум?.., — буркнул я, лёжа лицом в стол.
— Мы на авантюры от тупости соглашались. Сейчас не тупые! Надеюсь. И потому у всех вопрос… — он явно чувствовал дискомфорт от того, что перечил другу, лидеру, и полубожеству, — А нам-то это зачем?
Я медленно поворачиваю голову, глядя на друзей. Смотрели все, кроме Суви. Она была согласна на всё, лишь бы со мной. Но остальные…
Остальные…
Они больше не были тупыми ведомыми детьми. Они теперь личности.
— Вы так все выросли… вы такие самостоятельные личности… я вас так всех люблю… — шмыгнул я.
— Да ну что с ним⁈
Я вздыхаю, наконец поднимаясь со стола и оставляя там отпечаток своего лица. Пару секунд глубоко дышу, думая, как бы точнее ударить.
— Скажите, друзья: я сильный? — прямо спросил я.
— Сильнее не видели, — говорит Максим, и все кивают, — Мы даже не пытаемся уже сравниться. Мы просто приняли… что ты недосягаем. Ты в отдельной лиге. А мы просто люди, — говорил Максим, — Мы просто твои друзья, а ты… ну, наверное, очеловеченное божес…
— Вы можете меня догнать.
Все замолчали. Даже Суви подняла глаза. Кажись все даже и не верили.
А я говорил совершенно серьёзно.
— Половина моих сил — из Библиотеки. Пусть и не так много, но я просто выбирал правильные книги. И я не хочу стоять на вершине в одиночку — это, ёмаё, скучнейший отстой!
Все переглянулись.
— За победу дадут билеты в Библиотеку, друзья. И я предлагаю вам не отказываться от этой возможности. «Поднялся сам — подними кента» — Барон так сказал. А Барон херни не скажет. И зачем вам отказываться от летних каникул и соглашаться на мою авантюру, буквально меняя возраст? Да ради могущества, которое вам и не снилось. И мне. Ведь я хрен его знает, что вы выберете. Но вы… да, у вас этот выбор БУДЕТ.
И я встаю.
Речь закончена. Теперь только действия.
— Ну как? — я протягиваю руку, — Вы со мной?
* * *
От автора:
Друзья, я выздоровел! Спасибо, что дождались. Продолжаем. Не стесняйтесь писать комментарии, будем нагонять темп.
Глава 20
* * *
Спустя несколько дней. Бездна. Лаборатории.
Он снова получил письмо. И глядя на активированное Мясо, мужчина с длинными чёрными волосами медленно разворачивал конверт, пока его чудище пробуждалось для следующего приказа.
Честно говоря, Отец бы никогда не подумал, что переписка с неизвестным молодым учёным из внешнего мира станет для него… отдушиной?
Он учёный до мозга костей. Для него нет ничего важнее прогресса и науки, эксперименты — его хобби, а изыскания — его страсть! Но всё же… не просто так он принял облик именно человека даже после смерти — обычное людское ему не чуждо.
Как бы он ни сторонился социума, как бы ни считал его рудиментом своей науке, всё же порой хочется найти своих людей. Он не страдал! Нет. Но когда появился этот молодой пытливый ум по переписке, с этими наивными, такими лёгкими, но крайне верными вопросами, Отец по-настоящему почувствовал свой прогресс, свою значимость. Он знает ответы на всё, что спросит его «младший товарищ», и это было прямым подтверждением его таланта.
И потому… общаться и помогать ему было только в радость, и сопричастность к развитию такого же таланта как он делала жизнь в Бездне куда легче.
'Здравствуйте, коллега!
Мы с вами ещё не общались. Вернее, общалась я, но писал мой начальник, потому что я не знала языка. Все те вопросы по эволюции и генетике задавала именно я!
Теперь пишу я сама. Переписка с вами меня так увлекла, что я попросила господина научить меня языку. И он с трудом, но выделил время! За что ему хвала!
Теперь же пишу я сама. Заранее простите за ошибки!'
Мало что способно удивить Отца. Он повидал и переделал ТАКОЕ, что боевые младенцы со взрывающимися головами вызовут у него лишь вздох ностальгии!
Но вот это…
— Женщина?.. Учёный?.., — пробормотал он, — Времена изменились… раньше прав у них не было…
Отец… весьма древний. В его времена, чтобы женщина, да потребовала научить письменности? Да ещё и была УЧËНЫМ⁈ Сказал бы своим коллегам — засмеяли бы!
Он искренне верил, что переписывается с мужчиной. Учеником! Молодым талантом, пытливым умом! А это оказывается… ученица. Да ещё и выучившая новый язык за сколько? Пару месяцев земного времени?
— Интересно, — признался он.
Читает дальше.
«Ваша теория Ретротранспозонов (вы её назвали Прыгающие Гены) — оказалась верна, и процент негативных мутаций у нас снизился на двенадцать. Ваши познания, как всегда, поражают и восхищают! Я бы до такого не додумалась сама! У меня бы просто не дошли лапки! Невероятно, как вы ТАК смогли опередить время!»
— Лапки?.., — пробубнил Отец, — Наверное в написании ошиблась…
'Не знаю, поможет ли это в ваших изысканиях, но я в обмен делюсь исследованием на влияние спорового заражения СЮЗНЫМ (подчеркну) разумным грибом при формировании эмбриона на этапе зачатия. Будет на втором листе.
В связи с этим, не сочтите за наглость, но у нас вопрос крайней срочности и важности! Моему господину, обеспечившему наш с Вами контакт, срочно нужно познать секрет ускоренного взросления.
Если вы не против, можете ли хотя бы подсказать, в каком направлении двигаться нашей лаборатории?'
* * *
Аурелия забавно топала лапками и бежала к моей кровати. Хоп! Запрыгивает! Он подбегает к свёрнутому, ещё не заправленному одеялу, и…
— Что?.., — спрашиваю я.
— Ребёнок.
Я опускаю голову и смотрю на котёнка. Уже третьего.
Это у всех кошек такой прикол, в случайный момент просто приносить своих детей?
— Зачем?..
— У нас с Баалом важное дело — будем чирикать на птиц на крыше. Нужно последить за детьми, — подняла кошечка голову, смотря на меня самыми невинными голубыми глазками.
— А я причём⁈ У меня шарага!
— Я тебе доверяю.
Попытавшись возразить, но съев слово из-за неожиданного кредита доверия, я не успел ничего сказать и вот у меня на кровати уже сидело пят недовольных котят.
— Маме надо отдохнуть, — кивает Аура, и оставляет мне половину сосиски в качестве оплаты за труд, и на белых лапках убегает восвояси.
С перекошенным от недоразумения лицом я смотрел вслед её пушистого хвоста, а потом повернулся на всратышей. Вот они, слева-направо.
У одного котёнка было чёрное тельце, и белые лапки — его назвали Носочек.
У второго котёнка тельце чёрное, но на груди есть большое непрерывное белое пятнышко в форме рубашки с галстуком, из-за чего мы его назвали Костюмчик.
Третьей была девочка, она было белой, но в чёрную горошинку — её назвали Горошинка.
Четвёртой была сплошь чёрная как ночь девочка — Пантерка.
А пятый котёнок — белый мальчик с чёрными усиками и чёлкой набок. Он любил вскидывать лапку, поэтому его назвали в честь направления, куда он её вскидывает — Солнышко.
Да. Результатом запретной любви падшего ангела и копья правосудия стали: Носочек, Костюмчик, Горошинка, Пантерка и Солнышко.
И эти пять микро-опездалов с ещё более недовольный и сонной мордой смотрели в ответ, будто это я их сюда притащил.
— Ну что вы вылупились? Думаете я сам попросил⁈
А они прям хмурились!
Агрх, ну мне вообще не до котят, у меня важный день сегодня!
— Миу, — сказал Носочек, замахал лапками, и… полетел.
— Да приземлись ты! — подтянул я его обратно на кровать.
Да. Это выяснилось позднее, кога котята открыли глазки и начали любопытствовать. Все они… обладают силами. Носочек вот способен летать! Точнее, отключать гравитацию для себя. Но так как он глупый котёнок, отключать он её научился, а летать ещё нет, поэтому он просто в случайный момент начинал отрываться от земли, махать лапками и жалобно мяукать, потому что опуститься вот обратно не может, и просто парит куда ветер подует.
