Хозяин моста (СИ) - Гельт Адель

— Главе, так-то, пофиг, — решил я. — Или нет. Короче, рассказывай, там пойму.

— Нужна дата, — сказал эльф и посмотрел на меня этак по-особенному: мол, если нужно объяснять…

Хорошо, что в тщедушном теле и маленькой голове Вани Йотунина плотно засела память Вано Иотунидзе: о том, что может иметь в виду эльф, я вспомнил быстро. Оставалось предположить — или удачно угадать.

— Да хоть завтра, — ответил я. — Или лучше — через два дня.

— Почему так? — Эдвард понял, что я понял, что он… Вы поняли.

— Снабжение подтянуть: патроны, дозволенное «белое» оружие, только качеством повыше. Стрелядлы — из тех, что можно оркоидам.

— Это какие? — удивился эльф. — Луки?

Ну да, по лицу перворожденного было видно, что он думает о луках в орочьих руках: «трата ресурса», например, и «дебилы рукожопые» еще, вот что.

— Арбалеты, — ответил я. — Пневматика, торсионки. Много чего — главное, чтобы не огнестрельное, не плазма, не лазер… Ты понимаешь.

— Первейшая обязанность всякого подданного — внимательное изучение законов, — ответил нолдо, вроде как — утвердительно.

Вот как у него такое получается? Вроде и по-русски сказал, а все равно — будто на среднем квэнья!

— Зачем тогда спрашиваешь, раз сам в курсе? — мало не вызверился я.

И без того забот — начать и кончить! Будут тут еще ушастые шастать.

— Через два дня, — эльф понял основное. — Ждем снабжение, снаряжаемся, выдвигаемся?

— Ульфовича не забудь, — напомнил я. — Оповестить, например. Оружие в рейд — его забота.

Эльф кивнул, эльф ушел, а я стал размышлять дальше.

Была же еще одна тема — я думал о ней давно, несколько раз откладывал, пока не забыл совсем. Что же это… А!

— Гвоздь! — заорал я во всю тощую мощь Ваниных легких. — Где ты есть?

Не, ну так-то не докричался бы, конечно. Хорошо хоть, меня услышали, передали, а сам снага именем Наиль болтался неподалеку — он, кстати, так делает не всегда.

Гвоздь — пацан занятой, например. Дел у него полно — помните же тот ресторанчик, на первом этаже дома купца Кекина? Ну вот, тоже хозяйство то еще, хлопотное.

А еще последнему гоблину ясно, что старший снага — сервитутский авторитет Марик — заслал к нам своего младшего родича не просто так. Это как бы на должность, за нами, сущеглупыми, присматривать и выглядывать — вдруг получится поиметь с нас чего полезного? Так-то мы со снажьей бандой партнеры, почти союзники, но тут тоже понимать надо!

У бандитов — что авалонских, что наших доморощенных — не бывает постоянных союзников, бывают только вечные интересы, да. Вот и мотается бедолага Гвоздь между дормиторием и сервитутом, иной день — до трех раз!

Теперь вопрос: можно ли вообще обойтись без бандитского присмотра? Вон, и органы напрягаются, что полиция, что жандармерия. Невместно, мол, клану.

Можно и обойтись. Только зачем?

Тема, подобная моей (уже нашей) — штука странная, даже сама по себе. Если вести ее без участия криминала, всяк скажет: так не бывает, и присмотрится еще нехорошо, а нам лишнее внимание не особенно и нужно.

Короче, пусть будет Гвоздь — кадр он, в конце концов, даже полезный, и лояльный — предельно. Вы ведь помните про ниточку, которая уже канатик, ставшую, в итоге, ментальным поводком? В реалиях Тверди — высшая, блин, менталистика!

А еще тут вот что. Подобным образом — или похожим — я, интуитивно и с перепугу, обработал уже массу народу. Кого именно? Ну, тут догадаться несложно.

Сначала — хуман, мечтающий стать кинокефалом. Ульфович, да — недобитая жертва зоотерики.

Потом — разные снага и гоблины, прямо пачкой. Те, кто расставлены мной по важным участкам, скажем, главный хабаролог Куян.

Гном Зубила — тоже в этих рядах, и вампир Ухов, и… В общем, в кого не плюнь, попадешь уверенно. Чаша сия миновала только киборгов — их нельзя, и Заю Заю — его не надо. А, еще старшие тролли как-то сопротивляются, но там понятно — каждый второй — шаман, однако.

— Звал, товарищ Босс? — снага появился очень вовремя: помешал мне думать дальше.

— Заходи, Наиль, — я решил обратиться к парню по имени. — Дело есть.

А сам такой задумался: что ему сказать-то? Не в лоб же, мол, «как там поживает мой ментальный поводок?»

— Дело такое, — начал я с конкретики. — Собирай пацанов — тех, кто потолковее. С Мариком, конечно, перетри. Два дня у тебя, короче.

Нет, ну а что? Уличные бандиты, зажатые в кулаке авторитетного снага — вполне себе боевая сила. Сами понимаете, что на дело, то есть — в рейд, лучше всего идти группой не только умной, но и сильной.

Вы спросите о троллях — мол, а как же они? Такая толпа мужиков!

Я отвечу: тролли — народ почти мирный и сугубо штучный. Образование, навыки, умения. Готовность работать — то есть, строить, а не только ломать. Их, в конце концов, жалко!

— Чо там по делу, ять? — уточнил Гвоздь, впадая в образ уличного бойца. — Чо-куда?

— А то ты сам не понял, да? — хищно ухмыльнулся я.

Снага расплылся в ответной улыбке.

— Дербоград!

Глава 29

— Догадался, молодец, — порадовался я.

Снага посмотрел весело: мол, тут пойди, не догадайся — когда весь дормиторий стоит на ушах, и все толкуют об одном — «когда в рейд?»

— У меня еще один вопрос, сказал я. — Он сложный.

— Я не боюсь сложных вопросов, ять, — признался снага. — Я им, ска, удивляюсь.

— Тогда вот что мне скажи, — я сдвинул брови, вернее, то, что на моем лысом лице осталось вместо них. — Не было ли у тебя, Гвоздяра, странных мыслей? Ну, в последнее время?

Опрос пациента — король диагностики, так-то. Вот сейчас он мне скажет, а я послушаю, сделаю выводы, пойму, что с этим делать.

— Я же снага, нах! — заржал Наиль. — Когда у меня мысли, это в целом странно, ять!

Ну и ладно, ну и не больно-то хотелось. Как будто это мне надо, а не Гвоздю! Хотя да — ему-то о таком и знать неоткуда, тем более, желать чего-то на этой почве.

Так. Это я только что кому сказал — пусть и мысленно — что сам половины не понял? Пора завязывать с этим вот, которое сложное, но и до простоты совсем не опускаться. Я пробовал, мне не понравилось — да вы помните, скорее всего! Да? Ну вот.

— Ты иди, что ли, — сказал я Гвоздю.

— Ага, нах, — согласился тот. — Пацаны сами себя, ска, не соберут.

Короче, мелкий уголовник, гроза улиц и просто подающий надежды управленец вышел вон, а я — задумался. Мне вообще нравится это дело, в смысле, думать.

Я ведь понимаю, что это было малодушие. Мое, вот только что: я снова отложил важный вопрос, причем, насколько я себя знаю — «на никогда». Однако ситуацию со снага и ментальным поводком стоило прояснить как можно скорее — потому как-то же самое скоро станет твориться со всем остальным дормиторием, вернее, с начальством, «избранным четвертаком» или как-то так. Что именно? Да вот в том и дело, что я не знаю, а должен!

— Разберемся, — зачем-то пообещал я вслух — не иначе, как самому себе.

И больше меня в тот день никто не беспокоил — кроме Тани, покой которой потревожил уже я сам.

Утром следующего дня меня никто не трогал — даже Таня. Ни срочных дел, ни несчастных случаев, никого не убили. Тихо было настолько, что я решил — налицо заговор!

В итоге, это он и был: клан сговорился и Главе дали выспаться.

На крыльцо дома я выбрался уже днем — было часов десять или вроде того — по ощущениям, а так мне было лень даже смотреть на часы.

Выбрался и удивился: немного охренел, вот как немного.

Вокруг не было никого. Ну, почти — не считая Заю Заю.

Белый урук сидел на скамеечке, заботливо кем-то вкопанной справа от моего крыльца. Прямо в бетон вкопанной, если что — думаю, что опоры просто вставили в дырки, оставшиеся от ног.