Мой снежный антигерой - Зинина Татьяна

– И я хочу, – проговорил Алек. – В конце концов, я техномаг и прекрасно вижу, что конструкция надёжная.

Боевики, как самые смелые, первыми встали на указанные места, ожидая, пока приедет кресло. Оно подкралось к ним сзади, парни сели, закрыли металлическую перекладину… и с весёлым восторгом медленно поехали вниз.

Следующими на отмеченные квадратиками места для посадки встали мы с Вилмой.

– Вообще, кресла рассчитаны на четырёх человек, но мы пока отправляем по двое, – пояснил Дилмор. – Это действительно очень удобный вариант перемещения в горах.

Мне под коленки сзади что-то ударило, и я тут же поспешила сесть. Лавочка качнулась, поехала дальше, а довольная Вилма быстро опустила сверху металлическую ручку-ограничитель.

– Ух ты, – выдохнула она, болтая ножками. – Вот это карусель!

– Ага, – я пока не особо разделяла её восторгов. – Только в сотни раз страшнее.

Мы плыли довольно высоко над землёй. Внизу был снег, по бокам росли высоченные деревья, а вид на горы открывался поистине потрясающий. От него дух захватывало даже сильнее, чем от страха.

– Вот это я понимаю, приключение, – рассмеялась Вилма, крепко вцепившись в поручень. – Я даже не разберу, чего во мне сейчас больше: страха или восторга.

Я покивала, полностью разделяя её мысли. Хотя, честно, если бы мне прямо сейчас предложили сойти, точно бы согласилась. Но мы висели в воздухе, двигались вперёд по канату, а прыгать было очень высоко. Нет, я могла бы использовать стихию воздуха и сделать своё приземление плавным, но как потом добираться обратно наверх? Пешком по сугробам?

– Смотри, – вдруг весьма заинтересованно проговорила Вилма и указала вниз вправо.

А там по снежному покрову прямо между деревьями быстро двигался человек. Казалось, он летел над снегом, катился красиво, плавно и как-то даже грациозно. Сначала я решила, что это такой неизвестный мне способ левитации, но потом рассмотрела на его ногах две ярко-зелёные длинные доски, а в руках две тонкие палки. Иногда он отталкивался ими от снега, но большую часть времени просто держал их в руках.

– А это, видимо, и есть те самые горные лыжи, – проговорила подруга, тоже неотрывно следя за парнем внизу.

Он как раз выехал из леса, свернул на широкую заснеженную дорогу и заскользил спокойнее. Его путь пролегал прямо под канатами подъёмника, поэтому совсем не удивительно, что он нас заметил. Парень был одет в чёрные штаны и куртку, на его голове была большая круглая шапка, а глаза закрывала маска. И всё же, увидев нас, он удивлённо улыбнулся и приветливо помахал нам рукой.

– Вы очень красиво ехали! – зачем-то крикнула ему Вилма.

– Спасибо, – ответил он, и голос у него оказался очень даже приятным. – А вы смелые девушки. Хотите, научу на лыжах кататься?

– Конечно! – тут же ответила моя неугомонная подруга. – Очень хотим!

– Тогда жду вас в два часа дня у начала этой трассы, там есть учебный склон. Если заблудитесь, вам подскажут.

– Хорошо, мы придём, – тут же крикнула Вилма.

Теперь нам приходилось смотреть назад, чтобы увидеть лыжника. Он же остановился и теперь просто провожал нас взглядом.

– Скажите Курту, завхозу, чтобы выдал вам костюмы и лыжи, – громко крикнул он в ответ. – Передайте, что Дио попросил.

– Хорошо! – радостно воскликнула Вилма. Но ко мне повернулась только тогда, когда парень скрылся из вида. – Нет, ты видела? Я никогда так быстро не договаривалась о свидании!

– Очнись, это не свидание, – я помахала у неё перед лицом ладонью в тёплой перчатке. – Ты только что согласилась учиться кататься на двух скользящих досках, приделанных к ногам!

– Но ты же видела, как красиво он ехал! Я тоже так хочу. Уверена, в этом нет ничего сложного.

Вилмину переполняли восторг и азарт. Казалось, она совсем забыла, что мы с ней плывём прямо по воздуху на подвешенной к канату лавочке. Будто мимолётная встреча с человеком в чёрном затмила все её страхи и эмоции.

– Вот после обеда и попробуем! – продолжала она фонтанировать энтузиазмом.

– Ты попробуешь, а я на это не подписывалась, – ответила я ей.

– Тили, но меня же нельзя отпускать одну, – Вилма состроила страдальческий вид. – Я без тебя никак не справлюсь. К тому же, он позвал нас обеих. И мы согласились.

– Ты согласилась, – напомнила ей. – Я в это время молчала.

– Но не отказалась же. Как известно, молчание – знак согласия.

– Всё равно не пойду, – я скрестила руки на груди. – Парень, конечно, ехал красиво. И со стороны кажется, что это очень легко. Но я сильно сомневаюсь, что всё на самом деле так просто.

– Мы обязаны попробовать, – не сдавалась подруга. – Хотя бы ради того, чтобы потом сказать, что катались на лыжах.

– Давай поговорим об этом позже, – решила я сгладить наш спор. – И вообще, для сегодняшнего дня мне уже достаточно впечатлений.

– Так ещё даже не обеденное время, – проговорила Вилма.

– Вот именно, – я многозначительно покивала. – Так что поумерь пыл. Возможно, нам сегодня ещё работать придётся. И пока даже непонятно, в чём именно эта работа будет заключаться.

– Ну, в первую очередь, мы здесь на практике, следовательно, будем использовать магию, – развела руками моя немного легкомысленная подруга. – Справимся, не переживай. Скорее всего, начинать практику будем завтра. А сегодня вместе пойдём учиться скатываться по склонам. Мы просто обязаны попробовать.

Я не стала отвечать и ничего пробовать не собиралась. Если Вилме не хватает в жизни острых ощущений – то пусть катается. А мне и так достаточно поводов для переживаний. Ведь в кармане всё ещё лежал злополучный конверт, вскрывать который совсем не хотелось. Я уже чувствовала, что ничего хорошего в письме не будет, и была бы рада вообще никогда его не читать, но… придётся.

Ведь таким способом письма мне отправляла только мама, а писала она до этого всего два раза с момента моего побега. И если она снова рискнула со мной связаться, значит… меня снова почти нашли. А это очень и очень плохо, потому что именно сейчас, за полгода до выпуска, я никак не хотела опять менять академию.

Первое письмо я получила через шесть месяцев после побега. Тогда мне казалось, что найти меня невозможно. Я обосновалась в Вертинии, продала все прихваченные с собой драгоценности, сняла неплохой домик и собиралась поступать в магическую академию. Но мама написала, что ищейки отца уже знают, где я, и что у них приказ вернуть меня любой ценой. Тогда мне пришлось бросить всё, снова сменить имя и отправиться в другую страну.

В соседней Сайлирии я поступила в тихую академию на юге страны, спокойно отучилась два курса. Когда мне исполнилось двадцать, а именно этот возраст на моей родине считается совершеннолетием, я даже вздохнула спокойнее. Ведь теперь отец уже не мог заставить меня делать то, что ему нужно. Но обрадовалась я слишком рано.

Тогда мне снова пришло письмо от мамы. И в нём она опять предупредила, что меня нашли. Но я решила, что больше прятаться не стану, а отцовских ищеек встречу гордо и пошлю куда подальше.

Впрочем, никто не стал меня слушать. А явился за мной Дайлит, мой старший брат. Он отправился прямо к ректору, объяснил ему ситуацию, и руководитель академии, во избежание международного скандала, сам отдал меня ему.

Я сопротивлялась, как могла. Сначала уговаривала, потом ругалась, даже плакала. Но Дайлит не слушал, ему было всё равно.

Тогда мне чудом удалось сбежать. Но жизнь снова пришлось начинать с чистого листа. И на сей раз я выбрала Карилию, причём самую захолустную академию на севере страны. После экзаменов меня приняли сразу на третий курс, даже стипендию назначили. Для ректора куда важнее оказался мой сильный двойной дар, чем мелочи с документами, и это не могло не радовать.

Два с половиной года всё было спокойно. Новый артефакт защиты от поиска работал отлично, внешность я тоже сменила с помощью артефакта, став на этот раз рыжеволосой простушкой с карими глазами и довольно большим носом. Симпатичной, но довольно обычной. Училась хорошо, в авантюры не лезла, надеялась вскоре получить диплом… Но вместо этого снова получила письмо из дома.