История "не"скромной синьоры (СИ) - Зимина Юлия

Не сводя глаз с двух тёмных силуэтов, окутанных сумерками, я собирала ветки, как вдруг услышала всплеск воды. Оглядевшись, заметила в нескольких метрах от берега…

— Сеть!

Осторожно положив собранный хворост, я подошла ближе, подтягивая её к себе и наблюдая запутавшуюся рыбу.

Первый порыв радости от предстоящей сытной трапезы быстро угас: если есть сеть, значит, имеется и её хозяин, который может вернуться. Однако, заметив среди пойманных хвостатых полуразложившиеся тушки, я поняла — владелец вряд ли появится.

После короткого раздумья высвободила живую рыбу, попавшуюся совсем недавно.

Усталость накатывала волнами, но я гнала её прочь. Построив небольшой шалашик из веток, достала из узелка Лилы огниво. Благодаря дедушке, который брал меня в походы, я умела обращаться с ним. Пусть и не сразу, но искра появилась. Пламя неохотно зализало ветки.

Крошечным ножиком, который предусмотрительная Лила взяла с собой, я разделала рыбу. Нанизав промытые куски на палочки, посыпала их солью.

Тепло костра манило к себе, клонило в сон, но нужно было накормить детей и себя.

Аппетитный аромат наполнил воздух, вызывая обильное слюноотделение.

— Эля… — раздался тихий голос Мая.

— Проснулся, мой хороший, — улыбнулась я устало. — Еда почти готова. Любишь рыбку?

— Очень, — едва слышно ответил мальчик.

Не смогла сдержать улыбку.

— Тогда буди сестру. Поедим, отдохнём и с рассветом отправимся в путь. Чем дальше уйдём — тем безопаснее будет для нас.

8. Как судьба распорядится

Эля

— А вот эта трава отлично обеззараживает и обладает противовоспалительным эффектом, — негромко произнесла Лила, склоняясь к земле и аккуратно срывая растение под самый корень. Она бережно уложила находку в свой самодельный рюкзачок, словно это было сокровище.

— Ты так много знаешь! — с восхищением произнесла я, и девушка смущённо улыбнулась в ответ.

— Лила разбирается в травах! — гордо подтвердил Май, крепче сжимая мою руку. — Мама научила её этому ещё в детстве.

При упоминании матери улыбка мгновенно исчезла с лица девушки. Я сразу поняла, что речь шла не об Эстель, а о родной маме, которая покинула их так рано. Тяжёлая тишина повисла в воздухе, нарушаемая лишь шорохом листьев и нашими осторожными шагами.

Шёл второй день побега. Мы отправились в путь с первыми лучами солнца. Спать на холодных камнях было невыносимо — тело ныло от каждого движения. Но я не смела жаловаться, ведь детям приходилось куда тяжелее.

Вчерашний рыбный ужин насытил нас, а утром в сетях снова оказалась рыбина. Приготовили и съели её. После недолгих раздумий решили забрать сеть с собой — с ней можно было не бояться голода, только нужно было научиться правильно ей пользоваться.

Мы избегали дороги, двигаясь по едва заметным тропинкам. По пути собирали полезные травы — в наших условиях они могли пригодиться как нельзя кстати.

Лила рассказала мне о денежной системе этого мира. Всё оказалось довольно просто: медные монеты были трёх видов, серебряные и золотые — двух. У нас имелось восемь средних медяков — на них можно было купить пять буханок хлеба и немного крупы. О мясе или молочных продуктах приходилось только мечтать.

После обеда, доев почти все припасы, мы продолжили путь. С каждым шагом Дэйхвен становился всё ближе, и моё сердце сжималось от тревоги. Казалось, стоит приблизиться к городу, как нас тут же схватят. Но обойти его стороной не удастся — нам нужна была еда, а чтобы её купить необходимо было выполнить какую-нибудь работу.

«Каждый шаг словно по острию ножа».

— Смотрите, там мель! — вдруг воскликнула Лила, указывая рукой на искрящуюся в солнечных лучах реку. — Можно перебраться на другую сторону.

Мы переглянулись и кивнули.

— Подальше от дороги будет безопаснее, — прошептала я, начиная спускаться с пригорка.

Маюшка крепко держался за меня, Лила шла следом. Солнце палило нещадно, и прохладная вода стала настоящим спасением, даря долгожданное облегчение.

Выбравшись на другой берег, мы укрылись в тени деревьев, медленно поднимаясь в гору, но не теряя из виду бегущую реку.

— Стойте! — внезапно воскликнула Лила.

От её вскрика я насторожилась, уже мысленно прикидывая, в какую сторону бежать, чтобы увести детей в безопасное место.

— Что такое? — прошептала я, сердце бешено колотилось в груди.

— Это… — ахнула она, бросаясь вперёд и осторожно касаясь нежных цветков, едва выглядывающих из листвы растения, которое раскинулось небольшим пятачком. — Это же…

— Батат! — выдохнула я, не веря своему счастью.

— Батат? — удивлённо посмотрела на меня девушка. — Нет, это бугури!

— Неважно, как это называется, главное, что мы нашли еду! — радостно улыбнулась я, приближаясь и осторожно выкапывая первый корнеплод. — Какая красота!

И всё-таки удача пока была на нашей стороне. Как же отчаянно хотелось верить, что так будет и дальше!

— А я говорил, что Лила хорошо разбирается в растениях, — довольно усмехнулся Май, присоединяясь к нам.

Спустя некоторое время, уставшие, но невероятно счастливые, мы сидели на траве, глядя на небольшую кучку драгоценных корнеплодов.

— Ужин будет сытным, — с удовлетворением заметил Май.

Мы расположились на пригорке в тени деревьев, наблюдая за рекой. Птицы щебетали над головой, а воздух наполняли пьянящие ароматы леса. Тело ныло от усталости, но душа ликовала — сегодня дети не лягут спать голодными.

Немного передохнув, мы собрали урожай, аккуратно уложив корнеплоды в узелок из платка, который нашёлся у Лилы.

Вечер медленно опускался на землю, солнце неторопливо клонилось к горизонту.

— Отличное место для ночлега, — осмотрела я окрестности. — Склон пологий, речка рядом — можно попробовать поставить сеть. Остаёмся? — обратилась я к детям, которые дружно закивали. — Договорились! Вы собирайте хворост, а я спущусь к реке, попробую поймать что-нибудь на ужин.

Дети занялись подготовкой костра, а я взялась за сеть. Несмотря на усталость, мне удалось приноровиться. К моему удивлению, в этих водах оказалось немало рыбы. Мышцы спины гудели от напряжения, ноги едва держали измотанное тело, но мне удалось поймать две небольшие рыбины.

Тёплый свет костра разливался по округе, в углях запекался батат, а над ними на прутьях томилась рыба.

Глядя, как дети с аппетитом едят, я почувствовала в груди разливающееся тепло. Внезапно меня охватило отчаянное желание дать им достойную жизнь: красивую одежду, тёплый уютный дом, вкусную еду каждый день. Они заслуживали этого больше, чем кто-либо другой.

Солнце почти скрылось за горизонтом, пора было отдыхать, чтобы с рассветом продолжить путь. Но мы не могли остановиться, продолжая болтать.

И тут… какой-то странный шорох прорезал тишину леса, заставив нас всех застыть от напряжения.

Мы замерли, затаив дыхание и тревожно переглядываясь между собой.

Шорох раздался снова — будто кто-то медленно пробирался сквозь высокую траву неподалёку от нашего временного лагеря.

Сердце колотилось как сумасшедшее. Кто-то приближался к нам — отрицать это было бессмысленно. Зверь или люди, разыскивающие нас? Если второе — они страшнее любого зверя будут.

— Нужно затушить костёр! — прошептала Лила, придвигаясь ко мне ближе.

— Если это зверь, тушить опасно! — я отрицательно мотнула головой, притягивая к себе Мая и медленно отступая в тень вместе с Лилой. Мы не сводили глаз с колышущейся травы.

Май испуганно прижался ко мне, уткнувшись лицом в бок. Лила тяжело дышала, стоя с другой стороны. И тут мы увидели высокую тень… Она медленно приближалась, становясь всё отчётливее.

— Конь? — удивлённо прошептала я, вглядываясь.

— На нём кто-то лежит, — тихо произнесла Лила.

Животное, взглянув в нашу сторону, устало двинулось вперёд, словно ища помощи для своего седока.

— Какой-то мужчина, — выдохнула я, наблюдая, как его безвольно повисшие руки покачиваются в такт шагам коня.