Месть удалась на славу - Левит Ирина

– Нет-нет, вы меня неправильно поняли! – поспешно заверила Вера. – Я не собираюсь вас допрашивать. Нет никаких оснований. Я просто хочу с вами побеседовать. О вашем бывшем зяте Викторе Сергеевиче Марычеве.

– О Викторе? – на сей раз прозвучало это удивленно.

– Его убили. Нынешней ночью. В Кураевске.

– Убили?! – В трубке повисла пауза и вдруг раздался смех, весьма напоминающий скрип старых дверных петель. – Вот это да! И вы подозреваете меня?

Голос бывшего тестя наполнился иронией.

– Я пока никого не подозреваю. Я просто хочу с вами побеседовать. И очень прошу, чтобы сегодня, – проигнорировала иронию Вера, хотя самой этой иронией озадачилась.

– Ну хорошо, – согласился Дымарцев. – Жду вас в семнадцать часов у себя в офисе.

И, не прощаясь, отключился. Адрес он тоже не назвал. Вероятно, счел излишней подробностью.

Вера подумала, что выяснить адрес действительно не проблема, а вот Морковин наверняка успеет нарыть какую-нибудь информацию и следователю Грозновой не придется предстать перед главой компании «Атлант» совершенно несведущей.

…Она поднялась на восемнадцатый этаж бизнес-центра, где располагалась приемная генерального директора, и уперлась в охранника, который, мельком глянув на служебное удостоверение, сказал:

– Вас сейчас встретят.

Вера подняла глаза к потолку, приветственно кивнув видеокамере. И буквально через минуту из коридора появилась женщина – лет под шестьдесят, в строгом костюме, лишь слегка скрадывающем оплывшую фигуру, с лицом, явно не отличавшимся красотой даже в юности.

– Здравствуйте. Я секретарь Марка Захаровича, – сообщила женщина и двинулась в сторону торца здания, твердо ступая в туфлях без малейшего намека на каблуки.

Это уже кое о чем говорило. Если преуспевающий бизнесмен держит в секретаршах не длинноногую молодую прелестницу, а вот такую тетку, значит, он работает с ней давно, высоко ценит, всецело доверяет и начисто плюет на всякие модные тенденции и внешние понты. Иными словами, самодостаточный человек. Впрочем, это стало понятно, когда он еще сидел за решеткой.

Из приемной (судя по количеству дверей, довольно массивных, надежно защищающих от звуков) можно было попасть еще в три помещения.

– Прошу, – секретарша распахнула одну из дверей и впустила Веру в кабинет Дымарцева.

Это был кабинет, явно не рассчитанный на значительное число людей. Он не поражал не только габаритами, но и количеством мебели: письменный стол с офисным креслом, небольшой приставной столик, четыре стула, шкаф с дверцами-купе по всей длине. Все строго функционально, и это тоже в определенной мере говорило о характере хозяина кабинета. Единственное, что создавало некий уют, – угловой диван с двумя креслами около окна.

Вера видела фотографии и даже видео с Дымарцевым, но живьем он произвел на нее более сильное впечатление. Высокий, худой, с резкими, словно вырезанными по серому камню чертами лица, с короткими стального цвета волосами и светло-серыми холодными глазами. Этот почти шестидесятилетний мужчина был по-своему красивым и… отталкивающим – похожим на стальной прут, который, может, и гнется, да не ломается, и не позавидуешь тому, по кому он хлестнет.

– Присаживайтесь, – Дымарцев кивнул на стул, оглядев Веру с ног до головы. – А вы довольно молоды. И, в отличие от многих своих коллег, похожи на женщину.

– Это комплимент? – Вера улыбнулась.

– Констатация факта, – даже не дрогнул лицом Дымарцев.

– Вам не повезло с моими коллегами. Я имею в виду следователей женского пола.

– Это вашим коллегам, в том числе мужского пола, не повезло со мной. – На сей раз тонкие губы чуть дрогнули в усмешке. – Впрочем, давайте к делу. Вы сказали, что Виктора убили, а я вам скажу, что мне это совершенно безразлично. Даже в некотором смысле приятно.

– Приятно?! – поразилась Вера такой откровенности.

– Именно, – подтвердил Дымарцев.

– Я бы вас попросила это пояснить.

– Хорошо. Но только я приглашу сюда еще одного человека.

– Адвоката?

Раздался уже знакомый скрежещущий смешок:

– Нет. Я достаточно потратился на адвокатов, ограничусь старым другом и верным компаньоном Владимиром Евгеньевичем Иноземцевым. – Дымарцев нажал клавишу внутреннего телефона и сказал: – Володя, зайди, пожалуйста.

Внешне Иноземцев был полной противоположностью своего компаньона и приятеля – невысокий, пухлый, с розовым круглым лицом и редким пушком вокруг блестящей лысины. Никто не ожидал, что этот похожий на резинового пупса человек окажется настоящей акулой бизнеса.

«На всякий случай имей в виду, – предупредил Тимур Морковин, – у Иноземцева было двадцать пять процентов акций компании, но Дымарцев, освободившись, переписал на него еще пятнадцать процентов. То есть отблагодарил. А на благодарность далеко не каждый способен».

– О-о-о! – просиял Владимир Евгеньевич, усаживаясь на угловой диван. – Какая очаровательная барышня! И занимается убийствами?

– Занимаюсь, – подтвердила барышня. – В данном случае убийством Виктора Марычева.

– Да, Марк меня проинформировал, что вы ему сегодня сообщили по телефону про Виктора, – подтвердил Иноземцев без малейшего намека на сочувствие.

– А еще Марк Захарович сказал, что ему это в некотором смысле даже приятно.

– И вы сразу заподозрили его?

Вера неопределенно повела плечами:

– Это несколько странное заявление, но я пока всего лишь собираю информацию.

– Так вот, для информации, – улыбнулся Иноземцев. – Если Виктора действительно убили нынешней ночью в Кураевске, то у нас с Марком стопроцентное алиби. С половины десятого вечера и до трех ночи мы были в бильярдном клубе «Золотой шар». Вместе с тремя бизнесменами, которые приехали к нам из Москвы. В клубе достаточно свидетелей и еще есть видеокамеры. А в три ночи мы вернулись в наши городские квартиры. Мы живем в одном подъезде, где и охрана, и камеры. Мы как вернулись, так больше до утра никуда не уходили. Семьи-то у нас живут в коттеджном поселке за городом, в соседних домах, а мы уж туда не поехали. Вы можете проверить.

– Проверим, – пообещала Вера. – Но я все-таки хотела бы уточнить: почему вы, Марк Захарович, так восприняли смерть Марычева?

Натолкнулась на тяжелый взгляд Дымарцева и внутренне поежилась.

– Марк, – перестал улыбаться Иноземцев, – я думаю, тебе лучше все рассказать следователю с самого начала.

Дымарцев поморщился, помолчал и вдруг спросил:

– У вас, Вера Ивановна, есть дети?

– Сын. Ему пятнадцать лет, – удивилась вопросу Вера.

– Большой… – Дымарцев вновь окинул следователя взглядом с ног до головы, словно примериваясь к возрасту.

– Я родила его в девятнадцать лет. Без мужа. И до сих пор не замужем, – из непонятного в данный момент чувства самоутверждения заявила Вера.

– Моей дочери Дине было столько же, сколько сейчас вашему сыну, когда погибла ее мать. Это случилось шестнадцать лет назад, и с того времени я тоже не женат. Растить дочь помогала моя замечательная теща Анна Федоровна, мы по-прежнему живем вместе, впрочем, Дина особых проблем не доставляла. Она закончила экономический факультет университета и стала работать со мной. А в двадцать четыре года Дина познакомилась с Виктором Марычевым. На дне рождения своей подруги и однокурсницы Леры. Ее муж, Денис… э-э-э… фамилия такая короткая… а, да, Буш, был приятелем и однокурсником Виктора. Почти сразу выяснилось, что Виктор – тренер в фитнес-центре, который принадлежал нашей компании. Вот такое совпадение. Они встречались месяцев шесть, а потом сообщили, что решили пожениться. Я не возражал. И Анна Федоровна тоже.

– Совсем не возражали? – недоверчиво спросила Вера.

– А что, непременно должен был?

– Ну-у… дочь преуспевающего бизнесмена и простой фитнес-тренер… Обычно родители хотят…

– Я прежде всего хотел, чтобы Дина была счастлива, – перебил Дымарцев. – Вот такое у меня было банальное желание. Я сам когда-то женился по большой любви и не собирался мешать дочери. Да, в материальном и карьерном плане Виктор был никем. Работал простым тренером, правда, говорили, очень хорошим, жил на зарплату, квартиры своей не имел, единственная ценность – автомобиль «Форд», да и то купленный с рук. Но мы общались с Виктором, и он нам с Анной Федоровной понравился. Серьезный, толковый парень… не сопляк, все-таки уже тридцать лет исполнилось… а главное – искренне, как нам казалось, любящий Дину. На свадьбу я им подарил большую квартиру и новую машину специально для Виктора, у Дины была своя хорошая. Но… я, разумеется, подстраховался. И квартира, и машина были куплены заранее, да к тому же я оформил их в качестве дарственной дочери.