— Ну же… — выдыхаю я, и внутренне концентрируюсь.
Но вместо привычных ощущений, я будто бы с размаху врезаюсь в неприступную стену: его сознание ощущается, как исполинская крепость. Грязно-серая, пропитанная ненавистью похлеще чем у гримов. Я пробую найти хоть крошечную лазейку, чтобы протиснуться в его голову или хотя бы отвлечь, но неумолимая мощь отбрасывает меня в сторону.
И не просто отбрасывает — а будто бы закидывает в бездонное болото. Вязкая, удушающая чернота тянет меня вниз, и даже одна только мысль о том, чтобы выбраться, утягивает меня все глубже.
“Черт, как же похоже на тот случай с Фэйтаном!” — мелькает испуганная мысль.
Во мне поднимается волна отчаяния: сколько уже тренировок я прошла, думала, что стала сильнее, а сейчас снова беспомощно барахтаюсь в этом тягучем кошмаре.
Вместе с отчаянием приходит и возмущение: “Неужели я опять провалюсь и не смогу защитить дорогих мне людей?! Как же так, я всего лишь хочу, чтобы всякие негодяи получили по заслугам и мы смогли спокойно наслаждаться жизнью!”
Где-то на границе сознания, из мира реального, доносится чей-то необузданный рев и земля снова ходит ходуном. Вот именно такая сила мне и нужна — дикая и неудержимая, чтобы никто даже подумать не мог хоть что-то сделать моим близким!
Но можно ли заполучить такую мощь не родившись драконом и не продав душу дьяволу, как это сделал Рэйвен? Не буквально, конечно… но то, в кого Рэйвен превратился после поглощения силы гримов иначе и не назвать.
Слезы сами собой подкатывают к глазам, но я их отгоняю. “Да чтоб все это… мне нужна сила!”
И тут у меня в голове раздается чей-то глубокий, вибрирующий голос.В первую секунду мне кажется, будто этот голос принадлежит тому магу, чью защиту я так и не смогла пробить, но нет.
Более того, этот голос так же не принадлежит ни Рэйвену, ни Вирралу. Это голос кого-то незнакомого, но древнего и могущественного — я чувствую это по одной только интонации.
«Похоже, я и правда не ошибся в тебе, избранница Виррала… Я впечатлен твоей решимостью и волей. Если ты и правда настолько жаждешь сокрушить врага ради спасения близких, то я дам тебе для этого часть своей силы»
«А кто ты такой?» — с перепугу спрашиваю я.
Голос на некоторое время замолкает, будто обидившись на такой неуместный вопрос, и роняет:
«Я — тень дракона-основателя, который оберегает род Морганов и тот, кто даровал тебе метку истинной, посчитав тебя достойной Виррала…»
Точно!
Мне даже стыдно становится за свой вопрос. Тем более, что про метки и драконов-основателей, которых так и хочется назвать чем-то вроде Хранителей Рода, мне уже рассказывали.
Впрочем, сейчас это не самое главное. Гораздо важнее другое.
«Ты и правда можешь дать мне силу, чтобы освободить моих родных?»
Дракон отвечает не задумываясь:
«Конечно, но это продлится совсем недолго. К тому же, если ты согласишься на это, то как только я разделю свою мощь с тобой, моя защита на некоторое время ослабнет. И тогда я не смогу оберегать тебя, ты станешь уязвима…»
«Плевать! Меня это не остановит!» — горячо выпаливаю я, — Если это поможет мне спасти тех, кто мне дорог, то это не такая уж и большая цена! Я согласна!»
В голосе дракона-духа слышится проблеск одобрения:
«Отлично, значит так тому и быть…»
И почти сразу я ощущаю, как по мне проходит колоссальная горячая волна, будто тысячи крохотных искорок пробираются в мое тело и вспыхивают внутри ярким костром.
Мои руки дрожат, но не от слабости, а от необузданной силы. Словно кто-то выкрутил все мои параметры на максимум. Все чувства обостряются: запах гари и серы, треск камней под ногами, рев драконов. И вместе с этим рождается безумная уверенность, что теперь я смогу все. Уж теперь то я могу пробить любую стену.
— Ну держись, маг-недоучка! — сквозь стиснутые зубы бормочу я, заливаясь адреналином.
Снова делаю над собой усилие и на этот раз легко вырываюсь из зыбкой трясины. я ощущаю себя бурей, ураганом, сверкающем вихрем, сминающим на пути все барьеры. И в этот раз мне удается прорваться сквозь даже такую мощную ментальную защиту. Я вижу обрывки как этот маг учился в какой-то темной академии, как выполнял заказы по всему Драконьему Континенту, и даже покушался на жизнь одного из драконьих владык… но самое главное, что я чувствую как он замечает мое вторжение, но не успевает ничего сделать.
Чтобы вышвырнуть меня из своей головы ему нужно отпустить магическую сеть. Он пытается одновременно не дать этому случиться и в тоже время дать мне отпор — я чувствую незначительное сопротивление, которое с легкостью ломаю и набрасываюсь на него в ответ. Я представляю что я такой же внушительный дракон как и Виррал, после чего заливаю все окружающее нас ментальное пространство пламенем.
Я ощущаю панику, которая охватывает мага, чувствую как безмолвно кричит, а его барьеры рушатся один за другим. А нечего было лезть на мою семью и друзей!
Меня все-таки выкидывает в реальный мир. Но не потому что маг смог вернуть контроль, а потому что он потерял сознание. Дернувшись, он падает, магическая сеть мерцает словно гирлянда, а потом вдруг разрывается, рассыпавшись на части яркими брызгами.
В этот момент все — мама, папа, Дариус, девушки — с облегченным вздохом валятся на землю, окончательно освобождаясь от парализующих оков.
— Получилось! — выдыхаю я, а в ушах все шумит от прилива крови.
Рядом снова сотрясается земля.
Обернувшись, вижу, как Виррал все еще сражается с Хартейном, который не оставляет попыток одолеть его. А Рэйвен уже закончил с армией Хартейна и снова схлестнулся с парочкой магов. Причем, один из них уже едва держится на ногах.
Из пасти Рэйвена рвется странное пламя, замешанное на темных всполохах, а Виррал с яростью вонзает когти в бок Хартейна.
Я осматриваюсь, проверяя, все ли из моих родных в порядке. Мама, опираясь на плечо папы, поднимается с земли, лицо ее бледное, но в глазах уже вспыхивает гнев. Чую, сейчас она вернёт магам должок. Дариус так и вовсе, с ухмылкой стирая кровь с губы, выпрямляется и бросает мне быструю благодарную улыбку.
“Ну что ж,” — думаю я, дрожа всем телом от бушующей смеси страха и радости, — “Кажется, теперь у нас появился шанс.”
Глава 60
Я судорожно выдыхаю, и меня прошибает нервная дрожь, когда мама и папа тут же прижимают меня к себе в объятиях. Их сердцебиение, их запах — всё такое родное, тёплое, что хочется расплакаться от облегчения. Но я только яростно мотаю головой, отгоняя слёзы.
— Ну теперь этот Хартейн у меня попляшет, — выпаливает мама, сжав губы.
— Клянусь, заставлю его пожалеть о каждой крупице зла, причинённого нашей семье, — отцовский голос звучит непривычно жестко.
Я на миг еще крепче прижимаюсь к ним, чувствуя внезапный прилив сил и поддержки. После чего мама мягко отстраняется и дальше происходит то, что должно было случиться с самого начала.
Мама переводит взгляд на воинов Хартейна, которые сейчас хоть и выглядели как кучка разрозненных головорезов, но все еще представляли опасность. По крайней мере, для нас.
Мама снова вскидывает руки, а ее глаза вспыхивают ярким светом. В воздухе разливается тихий звон далекого колокольчика. Нас накрывает теплой волной и я уже предчувствую то, что сейчас будет…
— Ого-гошечки… — бормочу я, ощущая, как у меня пробегают мурашки по коже.
Воины Хартейна вдруг резко выпрямляются. В их глазах появляется смятение. А потом, все как один синхронно поворачивают оружие… против Хартейна и тех, кто по какой-то причине не поддался маминой магии.
— Впечатляет, — замечает Дариус, насмешливо приподнимая бровь, — Хоть я и вижу это зрелище уже не в первый раз, но оно все так же поражает.
Мама только отмахивается, сосредоточенно сжав губы. Её лицо немного бледнеет — все-таки, удерживать под контролем сразу столько людей — задача не из лёгких. Но у неё получается!
— Дариус, — выдыхает она, переводя взгляд на темного мага, которого я вырубила. Тот уже пытается пошевелиться.
