Таро на троих (СИ) - Есина Анна

Медленно повернула голову. Он встал почти вплотную. В лице — ни кровинки, тёмные глаза сверкали обидой. Так и не дождавшись ответа, он сел рядом, подпёр щёку кулаком и с грустью заявил:

— Я недостаточно замороченный, чтобы ты могла любить меня так же безоговорочно, как его, да?

— А я разве кого-то из вас люблю? — Сделала глоток чая и мысленно спросила себя, что бы чувствовала, вернись ко мне один лишь тёмненький. Опустошение. Первой моей реакцией на Тёму стал бы вопрос: «Где твой брат?»

Притом вряд ли я бы проявила тот же интерес в адрес Зара, надумай он явиться в одиночестве. Получается, старший Назаров для меня и впрямь свет в оконце. Неожиданно и пугающе.

— К нему, — Тёма ткнул пальцем в сторону гостиной, — у тебя точно есть эмоции. А что насчёт меня?

— Что ты на неё насел? — В кухню вошёл Зар и сразу направился к холодильнику. — Не она посадила рядом с тобой ту силиконовую блондинку.

— А кто? Я что ли? — Тёма вскинулся.

— Время, брат, — Зар поставил на стол пакет молока и включил кофемашину. — Нас всех предупредили, что подобный вариант развития событий — всего лишь возможен. Возможен, улавливаешь разницу?

— Да, но...

— А давайте проясним одну немаловажную деталь, — вклинилась я в их бестолковые разборки по поводу будущего. — Вы архидемоны. В прошлом, я имею в виду. И как это понимать?

— Знаешь, когда речь заходит об архидемонах, я всегда вспоминаю одну старую рукопись. Там говорилось, что это не просто «сильные демоны» — это правители. Настоящие владыки бездны, — профессорским тоном начал Зар, и я сразу уловила его идею: заболтать и притомить, чтобы и думать забыла обо всех сопутствующих вопросах.

Зар вещал и неспешно передвигался за моей спиной, наливая себе кофе.

— Они стоят на вершине иерархии. У каждого — свой легион, своя сфера влияния. Один повелевает огнём, другой — кровью, третий — хаосом. И сила у них… нечеловеческая. Представь: непробиваемая кожа, когти, способные рассечь сталь, рога, как копья. А ещё — бессмертие. Даже если уничтожить их тело, душа восстановится через сотню лет.

— Впечатляет, — скривилась я и закинула в рот пару орешков. — Но ведь они не просто сидят в аду и грозно смотрят вдаль? Чем они занимаются?

— Война, разрушение, подчинение миров, — с зевком ответил Тёма, подхватывая идею брата утащить меня подальше от опасной темы. — Они не интересуются отдельными людьми — для них мы как муравьи (как же быстро он свыкся со своей новой сущностью). Их цель — власть над измерениями, над самими законами реальности. Кстати, они ещё и трансформироваться умеют. Раз в век, примерно, меняют облик, становясь ещё страшнее.

— Инкубы же — совсем другая история. — Зар занял стул напротив меня и с наслаждением отпил идеально пахнущий кофе. — Они не воины, не правители. Это… паразиты. Но изящные.

— Изящные паразиты? — я развеселилась. — Звучит как название рок-группы.

— Точно! — Тёма выдавил из себя вполне естественный смешок. — Так вот, инкубы не рвут врагов когтями. Они действуют тоньше. Их оружие — соблазнение. Они приходят во снах, принимают облик тех, кого человек желает больше всего. Может, это будет старый возлюбленный, может — идеал, которого никогда не существовало. Через эротические сны они создают энергетические привязки и высасывают силу жертвы. Человек потом чувствует усталость, опустошённость, иногда даже зависимость.

— То есть вы врали мне с самого начала? — постепенно подбиралась я к наиболее острому моменту.

— Не врали, — Зар сделал ещё глоток. — Переиначили нашу предысторию, чтобы не отпугнуть тебя бабкиными страшилками. Мифология рисует нас сплошь в чёрном цвете.

— А инкубы вроде как милые и безобидные, — подтвердил Тёма слова брата. — Хотя видела бы ты их в истинном обличии, бррр.

— Вы тоже не ахти, знаете ли, — съехидничала из банального чувства противоречия. Допила чай, отнесла кружку в раковину и резко обернулась к мужчинам: — Через какое время вам надлежит вернуться обратно в ад?

Нарочно выпалила вопрос быстро и пристально уставилась на обоих, чтобы по реакции прикинуть истинный ответ.

Тёма первым поднялся из-за стола и сгрёб меня в охапку.

— Стась, ну ты чего себе навыдумывала? — зашептал успокаивающе. — Да, вернуться придётся. Но случится это не раньше наших сотых именин. К тому времени мы оба настолько тебе опостылеем, что сама придушишь во сне подушками, лишь бы свалили пораньше.

— И выбрось из головы всю чушь по поводу ада, — Зар обнял нас обоих, потрепал брата по макушке и поцеловал меня в висок. — Для нас там нет ничего губительного или невыносимого. За тысячи лет жизни мы научились отращивать не просто кожу, а кевларовую броню.

— За тысячи лет жизни? — вытаращила глаза.

— Именно, Эви. Темир на пару сотен лет моложе.

— Тебя поэтому короновали? По старшинству?

— Первенец всегда получает в дар на совершеннолетие одну из армий. Таков обычай.

Меня так и подмывало спросить, не думает ли он осчастливить и нашего сына собственным войском, однако вовремя удержалась. Не стоит затрагивать эту тему в присутствии Тёмы.

— Последний вопрос на сегодня: вас мать изгнала из преисподней. Ради чего вы вернулись обратно?

Зар отодвинулся на расстояние вытянутой руки и внимательно всмотрелся в моё лицо.

— Да ты намерена потешить своё самолюбие, не иначе.

Тёма оказался куда прозрачнее, поэтому с ходу брякнул:

— Так всё ради тебя, моя сладкая. Никаким ведьмам не под силу перекроить ипостась архидемона в людскую шкурку. В этой ситуации мы могли положиться только на содействие отца. Так что та сцена в особняке, когда мы якобы планировали фокус с обретением человечности… эм-м-м, была для отвода глаз. Чтобы ты не поймала нас на очевидной лжи.

— И отец не отказал, как видишь, — окончательно добил меня Зар.

— Потому что в этом наше предназначение, — негромко добавил его брат. — Стать людьми рядом с тобой.

Я со вздохом притянула Зара обратно и прижалась головой к плечам обоих. Господи, почему в моей жизни всё максимально осложняется каким-то трудно перевариваемыми понятиями? Разве я не могла просто влюбиться в босса и потерять разум от страсти к его заместителю?

— Знаете, что? — прошептала, полной грудью вдыхая сумасшедший коктейль их запахов. — Я люблю вас. Со всеми сложностями, заморочками и рогатыми родственниками. Притом люблю обоих.

— И я тебя люблю, куколка. — Тёмкина рука легла на поясницу.

— Эви, — проговорил немногословный Зар и накрыл мою спину огромной ручищей так, чтобы теснее впечатать в мою кожу пальцы брата.

Глава 40

Девять лет спустя

Сегодняшний ужин, как всегда, превратился в маленький вихрь из голосов, смеха и бесконечных детских историй. Я наблюдала за своими четырьмя непоседами, и в душе разливалось тёплое чувство — несмотря на шум и суету, именно это и есть моё счастье.

Тася, моя восьмилетняя умница, с горящими глазами рассказывала о школьной олимпиаде по математике:

— Мам, представляешь, я решила последнюю задачу за пять минут! А Лиза даже не поняла, как к ней подступиться. Учительница сказала, что отправит мою работу на городской этап!

Я улыбнулась, накладывая ей ещё немного овощного рагу:

— Ты у меня молодец, Таська. Я всегда в тебя верю.

Но не успели мы толком обсудить её успех, как за столом разыгралась очередная битва. Митька и Горка, мои пяти- и шестилетние проказники-погодки, сцепились из-за ложки.

— Это моя ложка! — возмущался Митя.

— Нет, моя! Ты вчера моей ел! — не сдавался Егор, дёргая ложку на себя.

Я подняла бровь, стараясь сохранить серьёзность:

— Мальчики, если вы сейчас же не прекратите, заберу ложки у обоих и придётся заканчивать ужин руками, как мартышкам в зоопарке.

— Хаха, Митька бабуин!

— Сам ты макака!

Они переглянулись, хитро ухмыльнулись — и вдруг разом отпустили ложку. Та со звонким стуком упала на стол. Оба захохотали, как будто только что провернули гениальную шалость.