Госпожа из Арленсии. Дилогия (СИ) - Моури Эрли

— Сармерс, в нас будут стрелять! — предупредила стануэсса. — Быстрее, выше, если можешь!

— Никогда в таком дерьме не был, — отозвался вауруху. — Даже смеяться не хочется. Веришь? И выше, хоть обосрись, я уже не могу.

Эриса поглядывала вниз: они только миновали границу двора Кюрая. Пушеная с арбалета стрела прошелестела невдалеке. Второй выстрел так же случился мимо. Когда арленсийка повернула голову, то увидела образовавшуюся перед ними воронку, перетекающий в ее центре туман.

— В Ауру? — догадалась она, мельком глянула на темнокожего раба. Его суровое лицо темнело прямо перед лицом стануэссы: он молодец, держался, не проявляя страха и не беспокоя дурными вопросами. Вот только ладонь этого молодца лежала ровно между ягодиц госпожи Диорич. Специально так или нечаянно вышло, когда их двоих схватил в охапку вауруху?

— Да, в Ауру, — подтвердил летающий кот, пыхтя и все чаще хлопая крыльями. — Иначе я вас двоих не вынесу. Вот если уронить одного, то остальным сразу станет хорошо. Роняем?

— Нет! — госпожа Диорич тут же отвергла его предложение. И почувствовала, что ладонь наурийца позволяет себе много лишнего. — Не смей, — прошептала она, повернув к нему голову. На его мясистых губах появилась улыбка.

Едва расступился туман воронки, ударил резкий порыв ветра. Их закружило, бросило куда-то вниз. В ту же минуту открылось темно-синее небо и звезды. Много звезд, почти столько же, сколько бывает ночью в пустыне.

— Мягкую встречу с землей не обещаю, — пошипел Сармерс. Крылатому едва удалось выровнять полет, и теперь они неслись по крутой дуге к белевшим в лунном свете скалам.

— Ах! — только и произнесла Эриса и покатилась в густую траву. Вроде руки-ноги были целы. Может проступит синяк на плече и спине. Огнем горит лодыжка, но это не след падения, а прощальное прикосновение Кюрая. Едва отдышавшись, стануэсса приподнялась, ища взглядом наурийца и вауруху.

Кугору точно был цел: сидел в нескольких шагах от нее под раскидисты кустом, с ветвей которого свисали белые гирлянды цветов, похожие на георгискую сирень. Надкушенный диск луны серебрил лицо наурийца, придавая ему больше строгости, невозмутимости, словно сидел там не человек, а изваяние сурового воина.

Вауруху нигде не было видно, и арленсийка забеспокоилась.

— Сармерс! — поднявшись на ноги, позвала она.

Ответа не услышала. Сделала несколько шагов в сторону от раба-наурийца и огляделась там. Хотя трава была достаточно высокой — почти до колен стануэссы — черная фигура летающего кота должна была хот как-то проявить себя. Ведь вполне ярко светила луна, и сам крылатый вовсе не маленький котенок, чтобы затеряться на полянке, где и кустов не было кроме того, возле которого сидел Кугору.

— Кота нашего не видел? — госпожа Диорич обернулась с вопросом к наурийцу.

— Там посмотри. Хотя мне может показалось, — невольник наконец превратился из статуи в человека, поднялся на ноги и указал на небольшую лощину. Она поначалу показалась Эрисе продолжением тени куста, но когда арленсийка сделала с десяток шагов, то разглядела небольшой спуск. Да, в траве находилось нечто вполне похожее на лежачего ничком вауруху.

— Сармерс! — она подбежала к нему и рухнула на колени. — Сармерс, друг мой!

Преданный Всевидящей не отзывался, но, слава богам, дышал. Конечно, дышал! В его шипящем дыхании трепетали травинки возле приоткрытой пасти.

— Ответь же, Сармерс! — госпожа Диорич приподняла его тяжелую голову и тот приоткрыл один глаз.

— Отлетался твой Сармерс, — тихо сообщил он и положил переднюю лапу на плечо арленсийке.

— Что с тобой?! Ударился?! Сильно?! — беспокойство арленсийки росло тем больше, чем дольше молчал Сармерс. При мысли о последствиях этого «отлетался», Эрисе начали мерещиться крайне неприятные картины.

— Крылья сломаны. Сам чуть жив. Вот так я ударился, — трагично оповестил он после долгой паузы.

— Сармерс, скажи, что ты врешь! — потребовала Эриса. — Скажи! Не разбивай мое сердце!

— Ой, вот этого не надо! Давай без женских драм. Тем боле оно у тебя точно не хрустальное, — он чуть подогнул крылья и повернулся на бок. — И заметь, я не вру. Просто немного преувеличиваю. Фантазирую, так сказать. Если хочешь, чтобы крылья быстро выздоровели, погладь мне животик.

— Мой ты лгунишка! — Эриса прижалась к нему и запустила пальцы в глубокую, шелковистую шерсть. — Сармерс, я тебя люблю!

— Ты тоже ничего так, — ответил он взаимностью. — Послушай, давай я съем твоего черного друга? Хочешь, вместе? — предложил он шепотом, лизнув ушко арленсийки. — Он мне не нравится. И он совершено лишний в нашей компании. Но на вкус он может быть очень неплох.

— Не надо. Он хорошо помог мне, — пояснила госпожа Диорич, поглаживая его живот. — Его нужно доставить в какой-нибудь оазис. Чтоб не так далеко от Эстерата и в тоже время подальше от городской стражи. Там я с ним расстанусь. Отдохну день. Потом снова вызову тебя, чтобы отправится в Хархум или Фальму, — начала строить планы стануэсса, вполне понимая, что теперь возвращаться в Эстерат ей опасно еще более, чем бывшему рабу Кюрая. Ведь это не просто рядовое убийство в драке возле таверны. Это убийство самого член Круга Высокой Общины. И то, что этот член — конченый мерзавец, Высокая Община может не быть осведомлена или иметь иное мнение. Ясно, что в Эстерате ее будут искать. При чем очень основательно искать! Как хорошо, что старик Нобастен уже на пути в Вестейм. Интересно, кого именно будут искать: стануэссу Эрису Диорич или куртизанку Аленсию из Арленсии. У входа в имение Кюрая, охранники называли ее Аленсией. Но это совершенно не означает, что им было неведомо ее настоящее имя. Если ее будут искать, как стануэссу Диорич, то тогда дело обстоит много хуже. Может настолько плохо, что возникнет политический скандал, который ей аукнется по прибытию в Арсис. Конечно, Орлаф будет орать на нее, что было уже ни раз.

Бог с ним с Кюраем и всем тем, что вокруг его великолепной смерти. Стануэссе сейчас не хотелось ковыряться в произошедшем и возможных последствиях, тем более столь далеко идущих. Все, все — к Шету дурные мысли. Ведь на данную минуту события складываются наилучшим образом: теперь Лураций в полной безопасности, впрочем, как и Дженсер. Ей же самой следует лишь проявить осторожность и некоторое время не посещать Эстерат, пока страсти не утихнут. Да, там остался ее съемный дом оплаченный на много дней вперед, остался ее дорожный сундук, мамино кольцо, подарки Дженсера, большая часть денег и всякая несущественная мелочь. Но это все подождет. Теперь есть дела более приятные и насущные. Надо будет поскорее разыскать Лурация, чтобы сообщить радостные вести и заново согласовать планы. Да, в самом деле все разрешилось очень хорошо! В несколько правильных ударов клинком! Нет больше этого шетова выродка Кюрая! И теперь нет никаких угроз и проблем!

— Как твои крылья? — поинтересовалась Эриса, престав гладить живот Сармерса.

— По-прежнему скверно. Ты не там гладишь, ниже ручку опусти, — крылатый помог ей, подтолкнув лапой.

— … — слова так и застряли в груди госпожи Диорич, когда ее ладонь наткнулась на его возбужденный член, каким-то волшебным образом явившийся из складки внизу живота. — Ты сума сошел! — наконец выдохнула она.

— С чего такие выводы? Сармерс полностью в здравом уме. Клянусь. Можешь у Леномы спросить. Ну давай, погладь там, — он еще настойчивей подтолкнул ее лапой.

— Нет ты точно свихнулся. Девушки не занимаются этим с котами. Даже летающими, — ее пальцы невольно прикоснулись к этой странной, горячей штуковине с острым кончиком и множеству бугорков по всей длине.

— Девушки… с котами… Ну не знаю. А вот хозяйки кольца с вауруху очень даже вполне, — крылатый нетерпеливо шевельнулся. — Цветочек, не будь такой вредной. Мне же хочется ласки. Она дает вдохновение. А без вдохновения как полетишь?

— Шетов развратник, — Эриса слегка сжала ладонью его крупненький орган и провела ей от покрытого шерстю основания до острого кончика. — Только не думай использовать меня для чего-то большего.