Лука Витиелло (ЛП) - Рейли Кора

Я побежал в ресторан. Солдаты Фамильи вытащили оружие, и Чезаре встал рядом с доктором, склонившимся над отцом.

Земля была покрыта осколками стекла и кровью. Рядом с опрокинутым стулом лежала молодая женщина с дыркой от пули во лбу.

Мы с Маттео направились к отцу. Доктор давил на рану в животе отца, в то время, как его помощник держал пакет для переливания крови.

Отец отчаянно вцепился в руку доктора, втягивая один хриплый вздох за другим, и смотрел на нас широко раскрытыми глазами.

Сколько я себя помню, мне всегда было интересно, каково это — видеть своего отца таким, смотреть, как он испускает последний вздох. Иногда я боялся, что почувствую сожаление или печаль, но ничего не произошло. Только облегчение.

Я опустился на колени рядом с ним, а Маттео с другой стороны.

— Я не могу ему помочь. Если мы вызовем скорую, он сможет выжить. — сказал док, его обветренное морщинистое лицо было серьезным.

Отец схватил меня за руку, выпучив на меня глаза, умоляя. Неужели он не помнит, как избил меня и лишил всякого намека на сострадание? Он пытался что-то сказать. Я наклонился к нему.

— Б-больница...отвези меня ...отвези меня в больницу.

Я встретился с ним взглядом и кивнул, затем повернулся к доктору, жестом приказав ему встать. Он, шатаясь, поднялся на ноги, и его помощник тоже.

— Уходите и расскажите остальным. — сказал я им. — Отец не хочет, чтобы его люди видели его последние минуты. Он хочет, чтобы его запомнили, как сильного Капо, которым он был.

Док и его помощник направились к выходу из ресторана.

Краем глаза я заметил, как Маттео надавливает на рану в боку отца, чтобы остановить слова, которые он хотел произнести, и превратить их в болезненные стоны. Сегодня его не спасут.

Остальные мужчины ушли с опущенными головами, где остались только Маттео и я с нашим отцом. Я снова опустился на колени рядом с ними.

Отец судорожно вздохнул, становясь все бледнее и бледнее.

— Ты...ты предатель....

Маттео вырвал иглу для переливания крови, и мы оба склонились над отцом. Человек, который мучил нас и своих жен, который довел нашу мать до самоубийства, он наконец умирает.

— Мы бы скоро убили вас ядом. Это было бы безболезненно. — пробормотал Маттео, затем остановился с кривой усмешкой, рассматривая пулевое ранение в животе отца. — Такой исход мне нравится больше. С вашими последними мгновениями, наполненными агонией.

Отец судорожно втянул в себя воздух. Он попытался пошевелиться, чтобы позвать на помощь, но мы с Маттео закрыли всем обзор, и я сомневался, что кто-то вообще смотрел. Они давали нам время попрощаться.

— Эта шлюха подтолкнула тебя к этому... — на мгновение мне показалось, что он имеет в виду Нину, но потом до меня дошло, о ком он говорит: об Арии. — Водила тебя за член. — с отвращением выплюнул он. — Жаль...жаль, что я не трахнул ее раньше тебя.

Я наклонился еще ближе к нему и засунул один из своих пальцев в рану на его боку живота, когда ярость поглотила мои вены в бушующем огне.

Маттео прижал ладонь ко рту, чтобы заглушить крики.

— Вы никогда не прикоснетесь к моей жене, отец. Ария королева, и я буду обращаться с ней, как с королевой. Я не буду таким, как вы. Ваше наследие умрет сегодня. Мы с Маттео позаботимся об этом.

Грудь отца вздымалась все больше и больше, и кровь сочилась между пальцами Маттео, все еще прижатыми ко рту отца.

— Я скажу Нине, что вы страдали в последние минуты жизни. Она будет в восторге, услышав это. Может, мы с Маттео выпьем за вашу смерть вместе с ней, вашей любимой бутылкой вина. — прорычал я.

Глаза отца выпучились, он забился в конвульсиях и замер.

Я вытащил палец из его раны, и Маттео отпустил его рот, и на мгновение все стихло.

Наши с Маттео глаза встретились, наши руки были покрыты кровью нашего отца. Маттео схватил меня за плечо.

— Он умер.

Ушёл. Наконец-то исчезнув из нашей жизни.

Мои глаза осмотрели беспорядок в ресторане. Пули из Русских оружий валялись на полу.

— Должно быть, предатель сказал братве, где его найти. Мало кто знал об этом.

— Наверное, один из наших дядей.

— Наверное. Вопрос в том, сколько человек было вовлечено, и как это доказать.

— Мы..

— Ложитесь! — закричал Чезаре. Раздались выстрелы.

Мы с Маттео упали на пол, когда пули пронеслись по ресторану.

Я вытащил пистолет и пополз к бару. Маттео был рядом со мной. Снаружи мои люди кричали и стреляли.

Выглянув из-за стойки, я попытался разглядеть нападавших. Должно быть, они ждали нашего прибытия на соседних крышах, или кто-то предупредил их, что мы с Маттео пришли повидаться с отцом. Гребаный предатель в наших рядах.

Я начал стрелять пулей за пулей в направлении стрелков, позволяя своей ярости поглотить меня, позволяя ей направлять мои действия.

В конце концов, мигающие огни полиции заполнили темноту. Я сунул пистолет в штаны, прежде чем выйти из ресторана с поднятыми руками, мой пульс стучал в висках.

Чезаре пытался поговорить с полицией, но они уже вытащили оружие. Он указал на меня. Один из полицейских подошел ко мне, в то время как его коллеги направили оружие на меня и моих людей.

— Вы здесь главный?

Какое-то мгновение я просто смотрел на этого человека, прежде чем до меня дошла реальность. Все смотрели на меня, когда я стоял весь в крови среди разбитого стекла. Теперь вся эта неразбериха была на моей совести. Мои люди ожидали, что я найду ответственных за это людей, чтобы отомстить, чтобы сохранить Фамилью вместе.

— Я Капо Фамильи.

Я почти не слушал офицера. Это не их дело. А мое, и я справлюсь с этим. Я найду людей, которые сотрудничали с братвой, чтобы убить моего отца, и попытаться убить Маттео и меня — снова.

Мой гнев поднимался все выше и выше. Вскоре район кишел солдатами и полицией Фамильи. Вскоре прибыл советник моего отца Бардони.

— Где наш Капо?

Я посмотрел на него сверху вниз. Человек моего отца.

— Он стоит перед вами.

Глаза Бардони расширились, затем он надел эту скользкую улыбку на свое лицо.

— Мои соболезнование. Я уверен, что вам с братом нужно время для скорби. Я могу заняться бизнесом, пока ты не почувствуешь себя готовым.

Я одарил его своей самой холодной улыбкой. Неужели он действительно думает, что я позволю ему взять все под свой контроль? Я ни капельки ему не доверял, но кому я мог доверять в данный момент?

Мой взгляд остановился на мужчинах вокруг меня. Маттео всегда. Может, Чезаре. Но все остальные могут быть предателями.

— Мне не нужно время. Я буду править Фамильей, и Маттео с этого дня будет моим советником.

Бардони сделал шаг назад, гнев вспыхнул на его лице.

— Но..

Я схватил его за воротник, притягивая ближе.

— Я ваш Капо. Я не потерплю слов возражения. Вы должны помнить, что я сын своего отца. Жестокость течет в моих венах, и сейчас я не хочу ничего больше, чем пролить кровь.

— Прошу прощения, Капо. — пробормотал Бардони, и я отпустил его.

Через два часа я, наконец, был на пути домой. Мой гнев только усилился. Я даже не знал почему.

Я чувствовал такое множество эмоций, но гнев был самым знакомым вариантом.

Долгие годы я мечтал избавиться от отца, стать Капо, и сегодня мое желание наконец исполнилось. Но это произошло из-за предательства. Предатели все еще были среди нас, ожидая своего следующего шанса убрать Маттео и меня.

Кто-то снова предал нас. Снова блядь. Кому я могу доверять?

Ярость превратила мое зрение в красную дымку. Насилие горело в моих венах, стучало в висках, желая вырваться на свободу.

Пошатываясь, я вышел из лифта. Ромеро встал с дивана.

— Я слышал, что случилось.

Неужели теперь? Я направился к нему. Как я мог быть уверен, что ему можно доверять? Мало кто знал, чем занимался мой отец. Я толкнул Ромеро к стене.

— Кто тебе сообщил? — прорычал я.