Небесный всадник (СИ) - Кири Кирико

— Надо! Бери высоту! Сейчас же! — крикнула вторая, когда первая подбежала ко мне и двинула ногой под дых со словами:

— Шлюхи…

Вообще, я собирался ещё чуть-чуть посопротивляться, но, видимо, не судьба. После такого пинка даже в глазах потемнело. Я почувствовал, как меня закинули на плечо и побежали к дракону, да только далеко уйти всё равно не успели. Точно так же небрежно меня сбросили на землю и закрыли собой, будто пытаясь спрятать.

А дальше было совсем весело.

Небесные всадницы. Да-да, те самые небесные всадницы, от которых я убегал, прилетели сюда аж в количестве четырёх штук. К сожалению, все они были в доспехах, так что по лицу не узнать, а по драконам я пока не научился их определять. Они сели буквально в метрах ста от нас. Две спешились, две остались на драконах.

Серокожие пусть и не подавали виду, но явно напряглись. Одна из них между делом оседлала дракона, тем самым сравняв шансы. Более того, теперь уже у серокожих было преимущество, так как одна была в небе, когда у тех все четыре были на земле.

Шедшая впереди красноречиво посмотрела на раненного дракона, после чего, не замедляя шага, подошла ближе.

— Достаточно, не подходи ближе, — предупредила вторая серокожая, выступив вперёд. — Вы что тут забыли, девочки-всадницы?

Девушка впереди сняла шлем и… Ля-я-я-я-я, какие люди… Я теперь даже и не знаю, к кому мне лучше податься…

Ответом был вопрос на вопрос:

— Где он? — спросила Жаннель с собственной персоной. Уж её кудри легко было узнать.

— О ком это ты говоришь? — хмыкнула она.

Правда, спрятать меня было очень сложно, и мы встретились с Жаннель глазами. Как она меня сразу не заметила, одному богу известно. Ну или её внимание было занято совершенно другим.

— Отпусти его, — холодно произнесла Жаннель.

— Ха! С чего вдруг мне это делать? — оскалилась та.

— Он небесная всадница Нарианской империи. Он — один из нас.

— Небесная всадница? — рассмеялась та, и другие серокожие вторили ей. — Вы слышали? Всадница! Ты называешь небесного всадника всадницей? Какие же вы все тупые, ужас просто…

Вот! Вот я о том же! Ваще охренела! Гнобите её, насмехайтесь над ней!

Жаннель смутилась, я видел, как слегка заалели её щёки, однако она не отступилась.

— Он всадник Нарианской империи, нападение на него — нападение на империю, имей виду, копчёная. Ни я, ни мои сёстры не постоим за ценой, чтобы защитить его. Ты хочешь это проверить?

— А знаешь… я была бы не против попробовать, — прищурилась та, вытаскивая медленно меч.

Другие тоже вытащили меч. Все, кроме той, что стояла рядом с Жаннель. Обстановка накалялась, можно было даже почувствовать напряжение в воздухе. Это были ничейные территории, здесь не действовали никакие законы, и произойди что, никто и никогда об этом не узнает, а кто выберется отсюда, тот и будет прав — всё просто.

Они впились друг в друга взглядом, готовые здесь и сейчас проливать кровь, и только одна всадница даже не притронулась к мечу. Вместо этого она спокойно сняла шлем, шагнув вперёд Жаннель.

Мелисса, та, кто ко мне всегда тепло и добро относился. Вот так сюрприз…

— Здравствуй, Рагондесс, давненько мы не виделись.

Если вторая и была удивлена, то этого она не показала.

— Очень давно, Мелисса. Отзови своих идиоток, иначе всё закончится кровью.

— Ни мне, ни тебе не хочется крови, Рагондесс, поэтому давай сначала выдохнем и успокоимся. Мы всё решим без этих детских глупостей. Кстати, не вижу вашу главу.

— Я вашу тоже не вижу, — фыркнула серокожая, которую звали Рагондесс, пряча меч в ножны.

Все вокруг как будто сразу расслабились. Причём с обеих сторон.

— Послушай, этот юноша действительно теперь один из нас, он давал клятву.

— Извини, у него на лбу почерк неразборчивый. Как не вижу на нём ни символики, ни каких-то знаков, что он ваш. С чего мне знать, что ты сейчас мне в уши не плюёшь, что он ваш?

Мы с Мелиссой встретились взглядом, она мне улыбнулась, но вот я ей нет. И увидел в глазах женщины тревогу. Ей, по идее, было бы достаточно сказать «спроси у него сама», но она этого не сказала. Потому что была не уверена, что я отвечу положительно после всего, что произошло.

— Я даю тебе своё слово, что он действительно давал клятву. Ты знаешь, я бы не стала лгать.

— Да, конечно! — фыркнула та с хитрой улыбкой. — Ради небесного всадника стали бы. Все бы стали лгать ради небесного всадника, и лишь уважение к тебе, не к твоим ссыкухам, сейчас останавливает меня от того, чтобы не порезать вас всех здесь и сейчас.

— Это бы плохо кончилось для всех нас, — Мелисса красноречиво посмотрела куда-то на горы, и мы все проследили за ней взглядом.

Всадницы. Ещё две всадницы, которые заняли позиции на вершине гор и наблюдали за нами. Теперь и численное, и позиционное преимущество было за Нарианскими всадницами. Здесь завяжется бой два на два, но в небо поднимутся две против одной. И ещё две будут контрить небо.

Если даже я, не сведущий в тактике, понимал это, то наверняка понимали и серокожие.

— Что ж, раз всё так завертелось, почему мы тогда не дадим этому прекрасному мальчику слово? — вдруг она шагнула назад и обернулась ко мне с широкой улыбкой. — Дорогой, что ты скажешь? У нас тут вопросики возникли с подругой по поводу тебя. Скажи, к кому ты хочешь пойти? И имей в виду, с нами тебе будет очень хорошо, — и сдула с моего плеча невидимую пыль.

Ну, насколько мне с вами будет хорошо, я уже почувствовал. Однако они уже называли меня правильно, что несколько вдохновляло, когда те просто игнорировали это и буквально чморили меня не за хер собачий.

— Самсон, — посмотрела Мелисса. — Я знаю, что произошло, но клянусь жизнью, что было, то прошло, а ты теперь как-никак аристократ.

Аристократом меня подкупаете?

— У нас ты будешь больше, чем аристократом, — произнесла мне на ухо серокожая Рагондесс. — Свой дом, своя прислуга, столько девушек, что будут благотворить тебя, сколько пожелаешь. Может даже я…

Ну кстати, дом — это хорошо. Дом с личной прислугой — ещё лучше. Ну а девушки на выбор — это вообще победа. Хотя, конечно, серокожие меня и смущают немного, но не буду отрицать, что они сексуально выглядят, несмотря на хищные черты. А там глядишь, и обычных достанут. Учитывая работорговлю, это не проблема.

— А ещё у них главными всегда будут считаться женщины, — предупредила Мелисса. — А дом с прислугой у тебя и так уже, по факту, есть.

— Они ведь обманывают, Самсон, — блин, да они даже моё имя с первого раза произносят правильно! — Я же вижу, как на тебя смотрят. Только душка Мелисса другая, а для других ты будешь всегда второго сорта. Всегда всего лишь мужчиной-всадницей. Но для нас ты небесный всадник, тот, о ком чуть ли не легенды слагают. Единственный и неповторимый, о котором будут заботиться так, что даже императоры позавидуют.

Звучит, конечно, клёво.

Да только что те выдры, что эти выдры. Одно ясно — если откажу обоим, они или перережут друг друга, или убьют меня, чтобы никому больше не достался. Поэтому тут только три варианта, и один из них со смертельным исходом. И что ещё хуже, два оставшихся не очень.

Ну типа сами судим: с одной стороны свои (ну типа они хотя бы того же цвета и плюс-минус я понимаю людей), вроде как клянутся, что простили и даже плюшек отсыпать обещают. С другой стороны серокожие: тут и сразу правильно называют, и сразу обещают всё с порога.

И в то же время первые: не факт, что мне не всыплют звизды и слова, сказанные здесь, всего лишь слова. А вторые: глядя на их хитрожопые лица, эти хищные оскалы и тот факт, что там правят женщины (сами они этого не отрицали), я могу стать просто высокооплачиваемым рабом. И там, и там риски, и одни меня гнобят и ни во что не ставят, а других я боюсь, потому что они реально выглядят опасно.

— Самсон, ты давал клятву верности, — решила напомнить Мелисса.

— Что такое клятва, когда они тебя бросили? — хмыкнула Рагондесс. — Где они были, когда ты убивал эту тварь?