Сферотехник-3. Сердце мага - Камардина Мария

– Дан майор, – проговорил он, – обладает внушительным объёмом полезных для Империи достоинств. А сколько было в своё время споров… – Император улыбнулся воспоминаниям и в упор взглянул на Ильнара. – Люблю неординарных людей и сложные проекты. При условии, что они себя оправдывают.

Ильнар осторожно наклонил голову. Намёк он понял, но в его случае слово «бесполезность» честнее отражало ситуацию.

Пока он подбирал слова для ответа, Император заговорил сам. О Диких землях, которые тоже содержат много полезного – но, к сожалению, изучены слишком мало. Об отважных людях, которые, рискуя собственной жизнью, пробираются вглубь запретной территории – увы, если делать это без должной подготовки, можно навредить не только себе. О преступниках, которые надеются, что полиция не станет искать там, откуда возвращаются не все. О старых щитах, окружающих Алемский накопитель…

Очень старых щитах, потенциально способных развалиться от любой ерунды, и потому близко к ним не рискнул подобраться даже обученный каон. Кто знает, сколько ещё продержится защита, созданная мастерами-артефактниками Старого круга?

– Увы, до недавних пор отправлять экспедиции к накопителю было слишком опасно. Алемская долина неприветлива и мало приспособлена для жизни людей.

– Но не магов.

Император благожелательно улыбнулся, и Ильнар ощутил себя канатоходцем над пропастью – первый шаг он сделал, но до противоположного края ещё далеко. И кто знает, какое слово или действие оборвёт канат?

– Орден Карающего пламени уверяет, что инициация – проклятие Великого Змея, и очень немногие из проклятых готовы к продуктивному труду. А большинство из тех, кто готов, слишком слабы, чтобы использовать магию всерьёз – не так ли, доктор Чеддра?

Эл сумрачно кивнул. Император огорчённо покачал головой, Ильнар почти физически ощутил вздрогнувший под ногами канат – и новую волну злости.

С другой стороны, терять ему нечего.

Он дёрнул плечом, сбрасывая ладонь Кира, и встал. Майор тут же перехватил его за локоть, Ильнар поморщился, но не стал возражать. Пусть, если им так спокойнее.

– Великого Змея не существует. Во всяком случае, за пять лет работы в СМБ он мне ни разу не попадался.

Император заинтересованно сощурился:

– Вы обвиняете Орден во лжи?

– Всего лишь в некомпетентности, – с любезной улыбкой уточнил Ильнар. – Способности Орденских магов сильно ограничены как змеиной болезнью, так и законом «О магической безопасности». Это если не говорить о том, что за двести лет, прошедших со времён Катастрофы, большая часть книг и артефактов была уничтожена. Им просто не на чем учиться.

Кир едва слышно кашлянул и сильнее сжал ладонь, Ильнар оценил возможность незаметно пихнуть его локтем, но решил не нарываться. В голове было пусто и звонко, слова приходили из этой пустоты, связывались в предложения – непривычно сложные, отдающие канцеляритом, и как бы Император не счёл насмешкой один тон. Вот он уже над серединой пропасти, и внизу клокочет меж острых скал дикий поток…

– Что же касается моих способностей, то они не ограничены клятвами и печатями, не говоря о навязанных Орденом стереотипах. Я имею представление о настоящей магии – боевой, к примеру…

– Ильнар!

Это Эл. Всё бы ему оборвать полёт мысли…

– С боевой у меня, правда, не очень хорошо, а вот щиты и маскировка выходят неплохо. А ещё у меня есть доступ к памяти Таро – двести с лишним лет опыта настоящего мага, информация о книгах и заклинаниях. Я, если угодно, единственный человек в Империи, способный на магию того уровня, что был до Катастрофы.

От Эла пришла волна бессильной ярости – узконаправленная, безо всяких блоков. В виски словно впились иглы, но Ильнар даже не поморщился, лишь мысленно поблагодарил Кира за защиту – не хватало ещё свалиться с приступом после столь пламенной речи. Насчет «единственного в Империи» он, пожалуй, прихвастнул, но не брать же Лейро в рассчёт…

– В таком случае, дан Дьери, не стоит ли пристрелить вас на месте? Как крайне опасного колдуна?

Теперь от Эла пришёл страх. Кир тоже напрягся, Ильнар ощутил головокружение и с трудом подавил желание раскинуть руки в стороны, чтобы удержать равновесие. Император смотрел ему в глаза, не мигая и не улыбаясь, отвести взгляд сейчас было бы самоубийством. Порыв ветра рванул канат, на мгновение ощущение опоры под ногами исчезло…

– Я готов служить Империи. Если понадобится – и в Диких землях.

Несколько секунд Император продолжал сверлить его взглядом – а потом рассмеялся.

– Похвальное стремление, – произнёс он, улыбаясь одними губами – глаза смотрели всё так же жёстко. – Несколько призовых очков вы заслужили. Однако я хотел бы убедиться, что все сказанное – не ваша фантазия. Коллективная, – он обвёл взглядом всех четверых, на мгновение дольше других задержавшись на Кире. – Я читал отчёты, но всегда лучше увидеть собственными глазами. Как насчёт небольшой проверки ваших умений?

– У него только утром был приступ, – вмешался доктор прежде, чем Ильнар успел хотя бы кивнуть. – Он на ногах сейчас стоит лишь благодаря медикаментам. Использование магии здесь и сейчас для него смертельно опасно!

Ильнар на секунду прикрыл глаза. Хотелось убивать.

– Эл. Заткнись. Пожалуйста.

Доктор с шипением втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Ильнар краем глаза увидел, как Фин ловит его за руку и что-то говорит на ухо – судя по доносящимся сквозь блок обрывкам эмоций, обещание эту самую руку сломать.

И поделом.

Император поцокал языком и перевёл взгляд с доктора на пациента. В его взгляде причудливым образом мешались интерес, насмешка и жалость. Без слов ясно, что тем, кто не может побороть последствия приступа, место в спецбольнице, с прочими «проклятыми Змеем» – и при необходимости транспорт появится в течение пяти минут.

Ильнар стряхнул руку Кира и выпрямился.

– Как будет угодно вашему величеству.

Для проверки способностей мага лучше всего подошёл бы защищённый бункер с отдельным помещением для зрителей за бронированным стеклом. Однако Император спокойно уселся на освобождённую скамейку.

– Вот вам противники, – он махнул рукой своим спутникам, чтобы подошли ближе, – вот вам десять минут, – он сдвинул рукав, и над коммуникатором вспыхнули белым голографические цифры. – Задача – в установленное время обезвредить моих людей с помощью магии. Ясно? Время пошло!

Он коснулся серебряного перстня на правой руке, и вокруг скамейки развернулся защитный купол. Пахнуло озоном, по границе силового поля пробежали серебристые искры. Кир соображал быстрее, он ухватил Эла за рукав и оттащил в сторону, Фин сам сообразил убраться из опасной зоны, Ильнар успел подумать, что друзьям тоже не помешала бы защита.

А потом в плитку под ногами влепился парализующий луч.

То, что к проверке он не готов, стало ясно почти сразу. От следующего выстрела Ильнар сумел отскочить, но долго уворачиваться утомлённый приступом организм не мог физически. Впрочем, он ведь магию должен демонстрировать, а не силу и ловкость…

Охранники, к счастью, не торопились. Парализующий луч вспыхнул голубым на границе наспех возведённого щита – стандартная двойная паутинка, первое, что пришло в голову. На сей раз целились уже не под ноги, а в корпус, и стоило первой вспышке погаснуть, как на защиту обрушился целый град ударов – в плечо, в голову, ниже, левее… Для двойной паутинки многовато, но даже слабый щит дал возможность подумать.

Защита от парализатора… Таро упоминал что-то такое, но где там думать о магии, когда в глазах рябит от вспышек, а паутинка вот-вот рассыплется! Новое плетение сложнее, но рисунки щитовых матриц и варианты узлов он помнит наизусть. Первый щит тает, второй уже готов, он плотнее и отливает синим, защищая глаза от яркого света. Полминуты парализаторы продолжают пробовать защиту на прочность, ещё полминуты передышки…

К лучевым пистолетам и даже пулям он был готов, щит не пришлось поправлять. Однако беспрерывная стрельба выжигала плетение очень быстро, и хотя сбалансированные сферотехнические схемы требовали совсем немного энергии, на длительную работу без сфер они рассчитаны не были. К тому же паутинка была непроницаема с обеих сторон и совершенно не мобильна.