Дважды одаренный. Том VII (СИ) - Тарс Элиан

Да уж… героизмом в нём и не пахнет. Потому и легко было заставить его выступить перед войсками с призывом сдаться.

— Повторяю приказ! Ратники Эпштейнов, сложите оружие и сотрудничайте с ратью рода Распутиных! — заливался соловьём Давид.

Выпив зелье восстановления маны, я связался с дедом.

— Травник, ну как дела?

— Блестяще… — задумчиво проговорил он.

И я услышал на заднем фоне голос кого-то из его командиров:

— Сдавайтесь, и мы пощадим вас!

А между тем надо мной продолжил вещать Давид:

— Повторяю, наш штаб разбит! Надежды нет!

Он ведь в самом деле верит в свои слова. Даже жалко этого бедолагу… Ха! Нет, конечно! Он собирался перебить мирных лесорубов, и жалости уж точно не заслуживает.

— Близнец, они сдают оружие, — сообщил мне дед Распутин. — Они в самом деле сдаются!

Ну ещё бы. Связи нет, колонна с боеприпасами остановлена. В то время как Распутины на разных направлениях действуют слаженно — у них со связью всё в порядке. А ещё чем ближе враг подбирается к особняку, тем больше козырей используют обороняющиеся.

Так ещё и гонцы нашим врагам из штаба приносят дурные вести!

Чего б тут не сдаться?

— Вы, главное, не жестите, — серьёзным тоном напомнил я. — А то они передумают.

— Да это понятно… — отозвался дед. — Слушай… Я так понимаю, пленниками теперь мне заниматься?

— Ну а кому ещё, — усмехнулся я и не стал напоминать деду, что по паспорту я простолюдин, и у меня в принципе не может быть пленников.

— Ну тогда я придумал, куда их деть, — заявил граф Распутин. — Не бойся, Эпштейнам я возвращать их не планирую.

— Ну и славно, — ответил я. — И раз уж ты себе забираешь пленных, то справедливо будет, если я забираю себе все трофеи.

— Что, прости? — опешил дед и в рации на несколько секунд повисла звенящая тишина. — Все?

Глава 4

А жизнь-то налаживается!

Примерно такие у меня были мысли, когда я разглядывал присланное Коптером видео. На нём колонна техники ехала по двухполосной трассе, пугая встречные автомобили.

Самое приятное, что это колонна МОЕЙ техники. Не вся, конечно — несколько машин сопровождения принадлежат ратникам Резановых и одна — ратникам Распутиных.

С участием Резановых в минувшей битве вообще вышла любопытная ситуация. Они в ней не участвовали! Но на битву спешили. Опять же, не для того, чтобы поучаствовать — просто моя милая сестричка в ультимативной форме заявила, что не может стоять в стороне без дела, когда на родственников нападёт враг. Более того, Алиса искренне считала, что Распутины оказались втянуты в войну из-за нас…

Отчасти я с ней согласен. Но только в моральном плане. Во всём остальном — дед самостоятельно принимал все решения и должен был быть готов к последствиям.

Конечно, союзников я оставить без поддержки не мог, в чём и убедил Алису. Но ей этого показалось мало, и она собрала часть ратников, чтобы они выдвигались в сторону имения Распутиных.

— На всякий случай, — как сказала моя сестра. А потом добавила серьёзным тоном: — Я тебе доверяю, Саша, но случиться может всякое. И если ты окажешься в беде, наши ратники тебе помогут.

Вот такая у меня своевольная сестричка…

Однако же частично она оказалась права: помощь ратников Резановых мне в самом деле пригодилась. Вот сейчас, в качестве дополнительного конвоя при перевозке трофеев на мою базу.

Увы, не военную, а лесозаготавливающую… Но другой у меня пока нет.

Усмехнувшись, я принялся рассматривать фотографии. Три артефактных лёгких танка под чёрными тентами едут на специальной платформе, которую везёт мощный тягач. И платформа, и тягач — тоже трофеи. Два ракетных комплекса «Трилистник» идут своим ходом — ведь их традиционно устанавливают на крепкую шестиколёсную базу от военного грузовика УРАЛ. Кстати, два полноценных УРАЛа мне тоже досталось, в них несколько ракет для «Трилистника», ручное оружие, броня. Артефактное оружие и броня тоже в наличии. А ещё патроны, зелья, гранаты…

— Любуетесь, Александр Ярославович, — усмехнулся Бородин, подходя к моей скамейке сзади.

— Ну а как не любоваться? — хмыкнул я и жестом предложил ему сесть рядом. — Смотри, сколько добра у нас! Одно сражение — и мы разбогатели.

— Полагаю, не только мы, — пробасил он, усевшись рядом.

— Вот видишь, какой я щедрый, — хмыкнул я. — Поделился с союзниками трофеями.

— Ага, целому графскому роду от силы процентов тридцать добра отдали, — усмехнулся Бородин.

Я повернулся в его сторону, изучая реакцию. Заметив мой взгляд, бывший жандарм посерьёзнел и добавил:

— Но я полностью одобряю ваш поступок. Получив выкуп за пленных, его сиятельство полностью перекроет траты на это сражение. А учитывая ваш вклад в победу…

— Наш вклад, — перебил его я. — Не прибедняйся и ребят со счетов не списывай.

Бородин хмыкнул и кивнул, признавая ошибку.

— Хорошо, учитывая наш вклад в победу, отдав Распутиным пленных, мы могли вообще не делиться трофеями. Но вы всё же передали часть его сиятельству. И, я считаю, правильно сделали. Мы всё равно не сможем всем этим пользоваться прямо сейчас, а укрепить союзника необходимо.

— Браво! — показал я ему большой палец. — Не зря свою должность занимаешь.

Деду Распутину я отдал два танка и один «Трилистник» на подбитой базе и без ракет. У него свои есть — в минувшем сражении он как раз потерял одну такую установку. Ещё я передал ему часть патронов и оружия из тех, что совпало с используемыми Распутиными моделями. Всё-таки вооружение у аристократических родов, как правило, унифицировано. Это я — человек из интерната, который только-только набирает рать, а потому может тащить в дом всё, что плохо лежит. Серьёзным же родам такое многообразие оружия и брони только в тягость. Гораздо удобнее, когда у тебя одна модель на тысячу экземпляров, чем наоборот.

— Но кое в чём ты ошибся, — с улыбкой продолжил я. — Граф сказал, что не будет возвращать пленников обратно Эпштейнам.

На секунду Бородин замер, а затем криво усмехнулся и покачал головой.

— Ну да… графский род Распутиных не бедствует и может себе позволить потерять половину стоимости выкупа, правда, при этом ослабив врага. Хитро!

— А ещё разумно и дальновидно, — хмыкнул я.

Да, глава моей СБ сейчас правильно интерпретировал замысел графа Распутина. Когда-то давно пленных можно было использовать чуть ли не как рабов. Но с тех пор законы Империи поменялись, и теперь они всячески защищают тех, кто попал в плен во время войн аристократов. Пленников нельзя заставлять работать, да и вообще использовать для своих нужд. Зато их необходимо кормить, оказывать медицинскую помощь, содержать в достойном помещении, а не загонять двести человек в хлев при деревенском домике.

Я поддерживаю такую заботу о пленных ратниках со стороны Империи, ведь все они бойцы и подданные Империи, а значит, необходимы ей для защиты от монстров Проклятых Земель или же иноземных врагов.

Кстати, можно просто держать пленных в лагере до конца войны, если тебе позволяют средства. Но для большинства аристократов это чересчур накладно. А возвращать их сразу господину, пусть и за выкуп, не всегда хочется — ведь уже завтра эти пленные снова пойдут против тебя войной.

В такой ситуации многие аристократы просто перестали брать пленных — просто убивали тех, кто сдаётся…

Тогда Империя придумала новое решение для этой проблемы: она сама стала выкупать пленных. Да, обычно цена вдвое ниже. Но! Империя не выпускает ратников обратно к их господину во время войны. Более того, Империя аннулирует все договоры Служения таких ратников. После того как господин завершит войну, они могут заключить с ним новый договор, но до тех пор — нет. А ещё, если Империя выкупила пленного, это не значит, что он сразу обрёл свободу. Свободу нужно заслужить. В отличие от аристократов, Империя вполне может нагружать пленников работой. Ну или же позволяет пленникам самим себя выкупить за счёт личных сбережений или Имперских ссуд. Немного иначе обстоят дела с выкупленными Империей вассалами, ибо они в отличие от Слуг — аристократы. Но глобальной сути это не меняет — до конца войны господина они не могут вернуться к нему.