– Мои родители всю жизнь работали честно и без твоей поддержки проживут. Как и я. Закон для всех одинаковый. Нас всё равно разведут. И ребёнок останется со мной.
Демид вдруг рассмеялся. Низким бархатистым смехом, но если раньше я сходила с ума от него, то сейчас покрылась колючими мурашками.
– Ты правда так считаешь? Твоя семья уже от тебя отказалась, когда выперла за дверь, стоило мне приехать. Катя-Катя. Твой отец непрозрачно намекнул мне, что его не волнуют наши взаимоотношения, какими бы они ни были.
Зачем он мне про это говорил? Хотел сделать ещё больнее? У него это получилось!
Дыхание начало тяжелеть, а нервы стягивала жалящая паника. Мне было обидно, что он не проявлял и толики снисхождения, вываливая жестокую правду.
– Оцени своё положение и прекрати делать себе нервы и вредить моему ребёнку!
Я открыла рот, чтобы сказать ему, что это мой ребёнок тоже, но в палату вошла Мария Сергеевна.
– Екатерина Петровна, пора на УЗИ, – медбрат закатил за ней следом инвалидное кресло. – Демид Александрович присоединитесь?
– Безусловно, – пророкотал он, а я нахохлилась. Ещё чего не хватало?
Но моё мнение собственно никто и не спрашивал, а я наплевала на это, потому что мне нужно было убедиться, что с малышом всё в порядке.
Мария Сергеевна всю дорогу щебетала о своём, расписывая свой новый проект в красках. Демид был бесстрастен, вполне вероятно он даже не слушал её. Волк снова отошёл в «тень».
В кабинете УЗИ было темно и холодно. Я тотчас покрылась гусиной кожей. Кушетка была застелена одноразовой салфеткой, а на стуле сидел полноватый мужчина в очках.
– Это он будет делать УЗИ? – строго, даже грубо спросил Демид, и его лицо тут же исказила неприязнь.
– Марк Владиславович, лучший врач клиники, – сказала Мария Сергеевна непробиваемым тоном.
– Пожалуйста, ложитесь на кушетку, ножки сгибаем в коленочках, - слащаво начал доктор, я напряглась, но выполнила просьбу, - исследование будем делать трансвагинальным способом, – в подтверждении своих слов он достал продолговатый датчик и натянул на него медицинский презерватив.
Мне однажды делали подобное УЗИ, но тогда, кроме врача никого не было, а сейчас на мою промежность будут смотреть как минимум три человека. Ну уж нет это слишком. Правда, ни одной мне не понравился такой расклад. Демид, резко втянул воздух, что аж ноздри разошлись в разные стороны.
– Это он сейчас…ей…туда…
– Да, так проводится данное исследование, так как срок маленький, обычным методом плодное яйцо мы не увидим, - Мария Сергеевна начала оправдываться.
– Марк Владиславович, при всём к вам уважении, как к специалисту, не надо в мою жену ничем тыкать! Мария Сергеевна! – он свёл брови на переносице.
– Э-э-э, - кажется, броня дала течь, – я..я..могу сделать это сама, раз вас смущает …эм…пол Марка Захаровича.
Виртуозно обойдя скользкую тему, врачиха выпроводила узиста за дверь, а я готова была аплодировать стоя её находчивости. Демид довольно улыбнулся и присел рядом на стул.
Надев перчатки, она выдавив немного геля на датчик и приступила. Поджав губы, я смотрела на её сосредоточенное лицо, терпя дискомфорт.
– Так, плодное яйцо в поле видимости матки. По размерам шестая акушерская неделя, развитие по сроку, - констатировала она.
Облегчённо выдохнув я прикрыла глаза. Слава Богу!
– Как часто нужно делать УЗИ? – спросил Демид.
– Часто не нужно, если ничего не будет беспокоить, то в следующий раз мы встретимся на двенадцатой неделе, – Мария Сергеевна, убрала датчик и нажала на кнопку.
Прибор зажужжал, выдавая чёрно-белый снимок, с изображением чёрного кружочка на белом фоне.
– На память. Знаю, мамочки любят собирать всё такое, – проворковала она.
– Спасибо, – садясь, я приняла снимок и с интересом стала его рассматривать.
Такое маленькое чудо, внутри меня. Всего-то ничего, но уже такой родной и самый любимый человечек.
Что же делать маме малыш? Как мне вырваться из этой ситуации, при этом не потерять тебя? И прости меня за эти слова...
Уже в палате я легла на кровать, укрывшись одеялом. Присутствие Демида давило на мою истощённую нервную систему. Лучше бы ушёл!
Мужчина отрешённо смотрел в окно, а я решилась спросить.
– Демид, тебе самому-то как? Полтора года играть роль влюблённого мужчины, втайне ненавидя. Знаешь, мне сейчас тебя даже жаль. Вся твоя жизнь по чужой указке…бизнес…жена…
– Я не ненавижу тебя, – глухо отозвался мужчина, несмотря на меня. – Наоборот, мой волк без ума от тебя. Ты для него магнит, твой запах, твой голос, твоё тело. Так что отчасти я не всегда играл, особенно в постели.
Его откровение заставило затянувшуюся тонкой кожей рану на моём сердце снова кровоточить.
– Демид, отпусти меня, – я села на кровати, впиваясь взглядом в его широкую спину. – Я же не смогу так, меня это когда-то убьёт. Уничтожит как личность! Видит Бог, я не запрещу общаться с ребёнком, но только дай мне развод, позволь уйти?
Муж тяжело вздохнул, а я скользила по нему взглядом. Как же я бездарно врала себе. Постоянно. Начиная с того момента когда поверила, что известный на всю страну банкир может обратить внимание на журналистку из маленького посёлка городского типа в Подмосковье. Заканчивая тем, что после развода я бы нашла в себе силы видеть его, хотя бы ради общего ребёнка.
– Нет, – рявкнул она так резко, что я вздрогнула. – Забудь об этом Катя!
В два шага он преодолел расстояние до кровати и, схватив меня за плечи резко притянул целуя. Он жадно сминал мои губы, а я, широко раскрыв глаза, смотрела на него. Не получив желаемого отклика, он посмотрел на меня волчьими глазами.
– Ему нужно твоё тепло, он хочет, требует тебя прежнюю, – прорыкивая некоторые буквы сказал мужчина, чем вызвал волну неконтролируемого озноба.
– Я не могу Дём, – назвала его как раньше, но зачем? – Сломало меня это, а ты любимую игрушку своего волка хочешь просто доломать. Я бессильна перед тобой, ты знаешь это, но будь милосерден, - взмолилась я.
На минуту мне показалось, что мои слова возымели вес, но когда на меня снова посмотрели стальные глаза, я поняла, что ошиблась. Демид взял под контроль эмоции и поправив полы и без того идеально сидящего пиджака, сказал:
– Отдыхай, тебе сейчас нужно думать за двоих, я обеспечу тебя комфортном и всем необходимым. Смирись. Сейчас тебе больно и обидно, но пройдёт время, эмоции улягутся и поймёшь, насколько в выгодном ты оказалась положении. Ведь иначе, в одночасье ты лишишься всего, получишь настолько долгожданную свободу, но без ребёнка! Стоят твои принципы этого?
