С трудом отрываемся друг от друга.
Превращение - до сих пор болезненное! И немного страшное… Нет, за себя я уже не боюсь, а вот за ребёнка - да! Как… как драконье тело его бережёт?
Но две леди-драконицы из столицы убедили меня, что пока никакой опасности нет. Уже позже, когда малыш подрастёт в моём чреве, я превращаться не смогу. Наверное, всё же и сама перестану раньше! Арракас придётся потерпеть - но она поймёт.
Мир меняется. Я чувствую, будто меня аккуратно отодвигает драконьей лапой в сторону. Арракас взбудораженно рычит!
Ведём вместе крыльями. Раскрываю их на солнце, осматриваю и любуюсь. Шейдран превращается следом. Мы едва помещаемся на крыше вдвоём! Прыгаю с неё первой, взмываю в небо стрелой. Воздух бодрит и ласково треплет.
Наслаждаюсь!
Красный дракон догоняет меня. Огибает уверенно и властно - и мы начинаем кувыркаться в небе, играясь.
Он красивый донельзя!
Мощные крылья ведут за собой, чешуя горит на солнце. Яркий глаз то и дело косит, проверяя, как я.
Даю Арракас - и себе - порезвиться.
Наконец, мы выравниваемся и летим прямо. Сегодня Шейд ведёт на юг. Сказал, что там есть прекрасное место, которое я ещё не видела.
В этих землях всегда есть новое прекрасное место!
Приземляемся… Под лапами гудит пористый розовый туф с прожилками меди. С цветов взлетает облако красных бабочек - и я замираю, стараясь не сдуть ни одну. Шейдран замирает тоже всем массивным телом. Мы вцепляемся когтями в камень и тихо, нежно бодаемся лбами.
Превращаемся одновременно. Совершенно голые… Я прикрываю тело чешуёй, она послушно бежит по бёдрам и плечам.
Муж притягивает меня за талию и впивается губами снова - без предупреждений.
Чешуйки сбегают там, где ложится его рука. Между ног…
Из груди вырывается надсадный вздох.
- Скучал без тебя, - шипит он мне, выгибаясь и целуя в шею. - Всё утро.
- Я тоже…
Руки путаются в его волосах.
Мы падаем на ковёр из дубовой листвы. За спиной шепчут исполинские деревья. Шейд кратко подминает меня, но потом благородно сажает сверху. Мои бёдра обхватывают его талию, упираются в каменный живот. Смотрю на него сверху-вниз.
Рубиновые волосы рассыпаны на жёлтым листьям. Упрямый подбородок задран, взгляд - давящий, хотя снизу-вверх давить, казалось бы, невозможно! Пальцы рисуют мне по бёдрам. Требовательно, с чувством тянут ниже.
Съезжаю на его каменный член.
Свет!
Мы сбито, часто дышим. Я смакую момент, пока по телу бежит дрожь. Глаза Шейдрана превращаются в горные бездны, грудь подо мной вибрирует от вздохов.
- Девочка… - рвано, - моя скромная девочка научилась… меня дразнить.
- Это очень приятно! - кусаю губы, пряча улыбку.
Очень-очень-очень!
- Рад, что тебе всё больше нравится наш брак.
- А тебе вот это… - двигаюсь, - не так нравится?..
Он запрокидывает голову.
- Мне невыносимо, - на выдохе, мучительно. - Продолжай.
Кажется, я сейчас взорвусь от одного его голоса!
Но я должна держаться лучше… я исследую. Мы исследуем друг друга. Иногда до того, что я прошу пощады - а потом ещё день хожу, стараясь не смыкать ноги! И… мне почему-то начинает казаться по чёрному взгляду Его Развратности, что сегодня - тоже вполне могу запросить. Хотя пока я контролирую ситуацию…
Вспоминаю, как в самый первый, “несчастливый” раз я ласкала его грудь - как нечто волшебное. А он велел спускаться ниже…
И, снова ёрзая и рвано дыша, обвожу кончиками пальцев строгую линию челюсти. Острые скулы и ложбинку над губой, запоминая наощупь. На случай, если ослепну от удовольствия… Обрисовываю тяжёлый кадык. Веду по шее вниз. Шейд гладит мою спину, обхватывает широкой ладонью талию. Скользит пальцами между ягодиц - так, что я ахаю и выгибаюсь.
Я тоже наконец добираюсь пальцами до его члена. Обхватываю. Прижимаю плотнее между собственными чувствительными складками…
Насаживаюсь на него - медленно, с чувством! Но воздух всё равно вышибает из груди!
Со стоном мой муж двигается подо мной. Резко садится - прихватывает одной рукой, умудряется прикусить шею, а потом нежнее зацеловать в уши…
- Люблю тебя… Соль Скорн, - и крепко, и бережно сжимая.
Мир растворяется. Остаётся шёпот листвы и запах ягод. Вкус поцелуев моего мужчины, жар его рук, следы губ на всём моём теле.
Стоны. Рыки. Сладкое-сладкое напряжение в животе.
Меня всю выгибает в его ладонях, я что-то лепечу. О том, что люблю его тоже…
Лежу на его груди, не в силах открыть глаз, и мы шепчем друг другу нежности.
Кажется, я счастлива.
