Памир. Дилогия (СИ) - Шаман Иван

— У нас и так уже двух коров пришлось забить, ноги переломали, упав в ямы, — покачала головой Милослава. — Если останемся без скотины зимой, голода, конечно, не будет, но дети станут недоедать. Без творога, молока, масла и сыра столы опустеют. И мясо пропадёт совсем.

— Нет, это не вариант, — покачал я головой, с ужасом представив, как всю зиму питаюсь пресной кашей с рыбой. — Мы не будем делать ямки. Сколько мы закупили железной проволоки?

— И что вы с ней хотите сделать? — удивился Петрович.

— Железо довольно дорого, а уж проволока… это надо закупать напрямую в Уральской Республике, — покачала головой Милослава. — Разве у нас есть на это средства? Не лучше ли нанять на это несколько бойцов?

— Нужно узнать, сколько будет стоить километр жёсткой проволоки, — подумав, сказал я. — В том числе если закупать напрямую у заводов на Урале. Хотя нет, километра нам не хватит, надо, по крайней мере, три.

— Это будет очень дорого… — вздохнув, сказала жрица.

— Деньги — дело наживное. Продадим часть улова, — хмыкнул я, создавая очередную песчинку. — Не всё же мне её есть.

— Простите, господин, но много мы не выручим. Хотя, если там сейчас Китеж, может, и сможем, — сказала Милослава. — Я сделаю всё, что в моих силах.

— Большего я и не требую, — благодарно ответил я. — Пока у нас нет проволоки, я сделаю небольшие валы, в которые мы воткнём плетень. Разграничим загоны, чтобы было удобнее. Скот мимо них не попрётся, а людей замедлит. Этого будет достаточно, чтобы вести огонь с укреплённых позиций.

— Это и в самом деле поможет, — кивнул Борис. — Тогда, может, и двести остановим. Но три сотни — вряд ли.

— Вам главное продержаться, пока я не вернусь, если меня рядом не будет, — ответил я, быстрыми росчерками поделив посёлок на несколько квадратов. — Милослава, посмотри, пожалуйста, так нормально?

— Ох, будет очень тяжело. Не сейчас, потом, они ведь привыкнут, что это их земля, — покачала головой жрица, рассматривая карту. — Если они не будут платить оброк с земли, не станет денег на дальнейшее обустройство. Они же не понимают, что если у боярыни средств нет, то нет и посевных, и ремонта трактора, и самого трактора…

— Своя рубаха ближе к телу, — пробормотал Егор, и в этот раз никто на него даже не оглянулся. Но кивнули почти все.

— Землю крестьянам, заводы рабочим, магию магам, — хмыкнул я, заставив присутствующих нахмуриться. — Не переживайте, пока люди остаются людьми, это не сработает. Всегда должны быть лидеры, которые ведут за собой. По поводу земли тоже не переживай. У нас её девать некуда. Так что эту можно отдавать безболезненно под посевы и огороды. А вот дома строить запретим.

— А при чём тут постройки? — нахмурившись, спросила Милослава.

— При том что мы будем развиваться. Особняк уже стал детинцем и сердцем крепости. Если нас никто не остановит, лет через пять лет мы станем городом, а не посёлком, а рядом с крепостью будет располагаться самая дорогая земля.

— Кхм, — обращая на себя внимание, откашлялся Никифор Петрович. — Вы простите, но для города нужно что-то более существенное, чем просто удачное местоположение. Царицын не один век стоял, прежде чем из крохотной крепости стать городом, а у Гаврасова нет и этого.

— Тоже, верно. Но мы намного южнее, от нас до слияния Дона и Волги меньше трёх часов пути. Так что при развитии именно мы будем контролировать водную торговлю.

— Это если подтвердятся все княжеские разрешения и передача земель, — напомнил следователь. — К слову об этом. Мы пока ждём документы, постепенно начали приводить дела в порядок, разбираясь в том, что может себе позволить госпожа Милослава и её падчерица.

— Вот, это интересно. Итак?

— Вы имеете право брать плату за проезд, за охрану территорий, свободно добывать лес, бить зверя и ловить рыбу, — достав папку с документами, зачитал Петрович. — Также все найденные природные ресурсы принадлежат вам, с небольшой платой государю за добычу. Вы имеете право на размещение или постройку мануфактур и заводов, с минимальными налогами в казну. Ну и тут дальше по мелочи.

— Хорошо, это можно будет обдумать. Не сегодня, не завтра, но можно, — кивнул я, сделав себе заметку. — Что изменится, если род Гаврасовых будет признан княжеским?

— Всё то же самое, только меньше налогов и больше обязанностей, — подвинул ко мне папку следователь. — Из плюсов: сможете досматривать, останавливать и брать пошлины с судов. В том числе идущих по Волге, напрямую конкурируя с Царицыным. Не думаю, что это будет хорошей мыслью, но дело ваше.

— Чем нам это грозит? — прямо спросил я.

— Для подтверждения княжеского титула нужно будет доказать, что вы в состоянии поддерживать безопасные дороги и реки, — быстро, явно ответ был готов заранее, сказал Петрович. — Любое разбойное нападение, прорывы тварей из зоны буйства стихий, гибель селян, даже находящихся не в ваших землях, а за ними, в глубине страны, станет вашей прямой ответственностью. Вначале штраф и судебное разбирательство, в крайнем случае — казнь.

— Ого, даже не лишение титула? Это интересно, — хмыкнул я, дробя получившийся камень, развеивая его и создавая вновь несколько песчинок. — А ведь нам граф даже помочь может просто для того, чтобы потом устроить катастрофу. Подогнать под суд и желательно смерть. Спасибо, это нужно учитывать.

— Не за что, ваше благородие. Сейчас ваши проблемы — это наши проблемы.

— На ближайший год точно, — усмехнулся наёмник, совершенно не смущаясь.

— Хорошо. В таком случае у нас остаётся два больших вопроса. Первый: сколько людей и где проживает на территориях, подчинённых Гаврасовым. Выясните, и я сам к ним съезжу. Если нас попробуют подставить, их безопасность и жизни могут оказаться под угрозой.

Петрович кивнул и сделал себе заметку.

— Второй: мне нужно знать, какими ресурсами мы обладаем. Скорее всего, никакими, но лес и рыба тоже идут в счёт. Если вдруг обнаружится, что на территории есть железорудные болота — хорошо. Залежи любой руды — вообще отлично, — сказал я, но у остальных никакого воодушевления на лицах не читалось. — Разбирая старые документы, я обнаружил, что на этих землях находили рубины. Не очень большие, но были.

— Вот как? Драгоценные камни? — глаза Исаева ощутимо блеснули. — Если вы их обнаружите, сможете нанять весь цех.

— Для начала их нужно найти, — спокойно улыбнулся я. — Мне нужна полная инвентаризация в ближайшее время. Следующее — у нас мало отрядов, я бы сказал критически мало. Но это не отменяет необходимость охраны не только поселения, но и окрестных земель. Выберите несколько лучших точек для того, чтобы просматривались подходные пути и река.

— С вашими ресурсами, боюсь, задача невыполнима. — произнёс Петрович, а Исаев согласно кивнул.

— Не на сейчас, на будущее. Просто это надо сделать. Егор, ты, как охотник, должен знать все окрестные леса лучше всех, так что задача на тебе, — указав на мужчину, сказал я. — Карты читать умеешь? Отлично, я как раз купил несколько в Царицыне, вот тебе один экземпляр, будешь отмечать лёжки, и всё интересное.

— Как скажете, боярин. Лес — мой дом родной.

— Ну вот и отлично. Коля, водить умеешь? Тогда ты со мной, займёмся ближайшими поселениями. Пока возвращались в Гаврасово, я видел дымок в одном из домов, да деревенька у слияния рек вполне живая.

— Вам бы стоило задуматься почему, — остановил меня Петрович. — Вполне возможно, там живут контрабандисты, которые получают запрещённые грузы из Османской империи и перевозят их по земле, минуя Царицын.

— Тем более нужно их посетить, — вставая с кресла, сказал я. — На этом всё, можете заниматься своими делами.

— Я отправлю с вами пару бывших стражников, — покачав головой, проговорил следователь, и я не стал с ним спорить. Увы, расход у парового броневика был такой, что рано или поздно придётся останавливаться, рубить лес, а тратить на это время не хотелось. К тому же восемь глаз лучше двух, пусть по сторонам смотрят.