Памир. Дилогия (СИ) - Шаман Иван

— Живьём брать! — крикнул я, вновь активируя каменную кожу. В руках у противников не было ничего угрожающего, и я решил обойтись только ей. И, вероятно, это спасло мне жизнь. Ведь я успел среагировать на врага, отбросившего свою винтовку и вскинувшего руку со странной конструкцией.

Пуля прошла чуть выше. И одновременно выстрелил Лещёв, попав ровно в гранату. Раздался душераздирающий вопль, а в следующий миг всадника вместе с лошадью накрыло облако раскалённого газа. Это было даже не пламя, а словно свечение солнца, поглотившего всадника целиком. Следом за первой химической гранатой лопнула вторая, и огонь быстро охватил животное вместе со всадником. Двое других противников, прикрывавших отход главаря, ринулись через лес, но куда хуже было с обезумевшим от боли животным.

Оно металось по сторонам, оставляя за собой огненный след, поджигая всё вокруг. Казалось, что горели и земля, и камень. А деревья, даже живые и мокрые, вспыхивали словно спички. Длилось это не долго, через минуту животное пало. Но этого хватило, чтобы начать лесной пожар.

— Твою дивизию… — выругавшись, я спрыгнул с борта и активировал боевую форму. Оставлять начинающееся бедствие на самотёк я не собирался, сразу ринулся к ближайшим деревьям — небольшой поросли, появившейся уже после того, как проложили дорогу, и начал валить их, ломая у самой земли или вовсе вырывая с корнем.

— Кидайте трос и оттаскивайте стволы на дорогу! — приказал я, не отвлекаясь от тушения. Осенний лес, переполненный упавшей листвой и высохшей травой, грозил вот-вот вспыхнуть, а ведь тут не было авиации, чтобы тушить пожары. Да и служба МЧС не существовала. Приходилось решать проблему самому.

На ликвидацию того, что уроды вытворили за несколько минут, ушло почти полчаса. И это повезло, что мы были близко к эпицентру, а я не боялся огня. Ну почти. Тем не менее нужно взять на заметку, что у противника есть химические гранаты с термитом и белым фосфором.

Ещё одна фобия, ведь при попадании такой никакая статуя не выдержит, перепад температур просто разрушит камень. Про людей и животных говорить нечего. Такое переживут разве что маги воды. Возможно, огня, но не факт.

Всадник, взорвавший сам себя, и конь, на котором он сидел даже после смерти, являлись отличным примером. Броня лошади расплавилась, смешавшись с костями, а от наездника остался лишь скелет с несколькими ошмётками дочерна выгоревшего мяса. Отвратительное зрелище. А ещё тела жутко воняли гарью и химикатами.

— Упустили, — поморщился я, когда последнее дерево, закиданное землёй, потухло. — Эй, девушка, ты как, жива?

— Она глухонемая походу, — проговорил Микола, вытирая со лба пот. Надо отдать парню должное, он не только неплохо умел водить и отлично стрелял, так ещё и, поняв всю опасность пожара, первым бросился крепить тросы, чтобы растаскивать деревья. Пару очков в моих глазах он точно заработал. — Молчит, в отличие от ребёнка.

— Ну, мои приказы она прекрасно слышала, — ответил я, заглядывая в салон паромобиля, где пряталась спасённая, помахал рукой, привлекая её внимание. — Ты меня слышишь? Говорить можешь? Нет? Жаль…

— Вот, видите, — развёл руками Лещёв. — Только мотать головой и может.

— Иногда и этого достаточно, — сказал я и начал задавать вопросы, имеющие лишь вилку ответов «да-нет». — Ты тут одна жила? С мужем? С родителями? Ребёнок твой? Сестры? А, это сестра. Кто-то ещё выжил? Враги пришли с юга? Нет? Ты знаешь, что такое юг? Ясно. Хм… враги пришли оттуда? Там ещё есть деревни?

— Одна точно есть, — сказал Микола, и я на автомате кивнул. Должна быть, большое село, в котором вполне кипела жизнь. А вот дороги другой не было. Собственно, на этом допрос можно было заканчивать, ничего более конкретного узнать всё равно не вышло бы при всём желании.

— Заводи, поехали. Надо проверить, как дела у соседей, — сказал я, возвращаясь на броню, но стрелок покачал головой. — В чём дело?

— Пока туда-сюда ездили, топливо кончилось. Надо дрова пилить, — ответил снайпер, и я тихо выругался.

— Ладно. Оставайтесь, поваленных деревьев полно, многие даже просушены, — сказал я и поймал несколько кривые улыбки. — Как закончите, догоните меня, а я пока проверю, чтобы дальше засады не было.

Взяв винтовку и мешочек пуль, я побежал в направлении следующего поселения. И только на бегу сообразил, что вообще я не прав. Мы же катер в божеский вид привели, зачем я пешком добираюсь, если можно было бы с комфортом спуститься по реке? Увы, хорошая мысля приходит опосля.

Поддерживая лишь каменную кожу, я двигался куда быстрее, чем в боевой форме, так что бежать было легко. Единственный минус — организм вспомнил, что такое усталость и нехватка кислорода. Почему именно сейчас? Может, вымотался за последние дни, а может, просто совпало. Приходилось глубоко и мерно дышать, вспомнив занятия по марафонскому бегу.

И всё же поддержка каменной кожи сделала своё дело. Я не услышал выстрела, вероятно, это была пружинная винтовка или нечто подобное, только запоздалый лязг железа, когда тяжёлая пуля ударила меня в плечо. Заклятье тут же начало восстанавливать покров, но я решил не рисковать и прыгнул в сторону. Как раз вовремя, чтобы второй выстрел прогудел над головой.

Первым инстинктом было немедля забиться в какую-нибудь ямку и потом уже оглядываться, и одна такая была как раз рядом. Ещё и листьями опавшими устлана, слишком бережно и плотно. Кто бы ни готовил эту ловушку, он перестарался, сгребая листву по соседству, и оставил борозды от грабель.

Это было очень, очень плохо. Такие ловушки готовят заранее, засада тоже вполне профессиональная, а значит, местные обитатели или захватчики в курсе, кто может прийти по их души. А раз они меня ждут, кто я такой, чтобы отвергать приглашение?

Подполз к ямке, аккуратно разбросал листву, обнаружив прикопанную мину с торчащими наружу усиками. Довольно примитивная конструкция, но для этого времени и места — неожиданная. Здраво оценив свои силы, я очень медленно извлёк её из земли, даже магией помог, чтобы прочувствовать, нет ли детонатора снизу. А затем, коротко размахнувшись, бросил её дальше по дороге.

Взрыв был не впечатляющий, но вполне ощутимый, а главное, я увидел, как вздрогнуло несколько кустов, в которые осколки попасть не могли.

— Ага, неприятно, когда вас вашим же оружием? — усмехнулся я, скинув с плеча винтовку и тщательно прицеливаясь. Нет, в следующий раз буду брать снайперскую, с такого расстояния из обычной пневматики попасть в скрывающуюся за деревьями цель почти нереально. Обеспечить беспокойство — другое дело.

Несколькими выстрелами я заставил стрелка вжаться в землю. Перебежал до толстого дерева, которое заранее заприметил, и вновь открыл огонь. К сожалению, в ответ тоже начали палить и чересчур точно. Из десятка пуль минимум пять врезались в ствол, за котором я спрятался, остальные гудели, пролетая мимо. Но недалеко.

Слишком точно для простых стрелков или бандитов, чересчур кучно. Если бы не ситуация, я, может, даже восхитился бы их подготовкой. Но сейчас мне было не до смеха, эти уроды держали меня на прицеле, не давая высунуться. И если одну, даже две пули моя каменная кожа выдержит, то вот три попадания подряд — уже никак.

— Ладно… значит, пора поднапрячься, — усмехнулся я, убеждая сам себя, и, сжав кулак, представил, как с моей ладони срывается едва ощутимое песчаное облако. Я столько тренировался, что оно просто обязано выйти! Зажмурившись от напряжения, размахнулся, и, поймав правильное ощущение, раскрыл ладонь и метнул в противника заклятье. — Да! Получилось!

Кричать было необязательно, но я не сдержался, ведь небольшое, буквально метр на метр, пылевое облако медленно ползло по лесу, закрывая видимость одному из стрелков. На кураже я повторил трюк дважды, обеспечивая себе прикрытие, и когда пули начали свистеть в метре-полутора, потеряв мишень, сорвался с места.

Короткая перебежка, песчаная завеса, упасть, проползти по направлению к врагу, пока они расстреливают ствол, за которым я спрятался. И вот я уже вышел во фланг противнику. И опять нужно отдать им должное, если бы не лязг затворов, я бы ни за что не догадался, что куст в двадцати метрах от меня — замаскированный снайпер.