Грохот был такой, что в ушах зазвенело. Пыль поднялась столбом.
Шахтёры шарахнулись к стенам. Кто‑то упал, кто‑то выронил кирку. Бригадир стоял с открытым ртом и смотрел на меня так, будто я только что вызвал демона.
Пыль осела. Я заглянул в образовавшийся проём.
За твёрдым слоем действительно шла мягкая порода. И жилы в ней, судя по всему, неплохие.
– Вот так, – сказал я, отряхивая руки. – Можете работать дальше.
Бригадир сглотнул.
– Ваша милость… Это… Как вы…
– Магия, – пожал я плечами. – Штука полезная. Ладно, мужики, не стойте столбами. Работы прибавилось.
Шахтёры начали приходить в себя. Подбирали кирки, переглядывались. Кто‑то уже полез в проём, щупая новую породу. Другие подогнали тачку и стали складывать в неё разрушенную породу.
Я отошёл в сторону и присел на камень. Надо было отдышаться – трюк с мечом прилично меня вымотал. Всё‑таки мои каналы ещё далеки от идеала.
Пока сидел, заметил кое‑что интересное. Шахтёры украдкой поглядывали на меня. И не просто поглядывали – они явно нервничали. Борис что‑то шептал своим, те кивали и хмурились.
Странно. Вроде бы я им помог. Чего переживают?
Я встал и подошёл к бригадиру.
– Василий, что‑то не так?
Тот вздрогнул, будто его поймали на воровстве.
– Н‑нет, ваша милость. Всё хорошо. Всё отлично!
– Врёшь же. Говори как есть. Обещаю, что наказывать не буду.
Он замялся, а потом выдавил:
– Камни, ваша милость…
– Что камни?
– Ну… Мы же вам камни должны приносить. Которые находим. А мы не находим их почти. Тяжело… В этой шахте они небольшие совсем, если каждый кусок породы будем просматривать – куча времени уйдёт.
Я смотрел на виноватые лица шахтёров и едва сдерживал смех.
– Не переживайте. Вы свою работу делаете?
– Ну, делаем, – кивнул Василий. – Только…
– Пустую породу наверх таскаете? – перебил я.
– Таскаем.
– Себе домой булыжники не воруете?
– Да зачем они нам!
– Ну вот и славно. Таскайте дальше. Если в породе кристаллы есть – я их сам найду. Ну а если вы найдёте – сдавайте гвардейцам, как положено.
– Конечно, ваша милость! Мы от вас ничего не утаиваем! – наперебой загалдели шахтёры.
– Знаю, знаю. Вы молодцы. Если бы утаивали, вас бы уже волки грызли. Продолжайте работу, – я хлопнул Василия по плечу и направился к выходу.
За спиной раздался бодрый стук кирок. Шахтёры взялись за работу с удвоенной энергией. То ли от облегчения, то ли от страха.
Неважно. Главное – работают.
* * *
Вернувшись домой, я заперся в мастерской. Разложил на верстаке все необходимое для сегодняшней работы.
Камни из шахты, трофейный металл, заготовки для посохов. Пора делать новую партию оружия.
Огненные посохи у меня уже имелись, и я даже улучшил их относительно первых образцов. Но хотелось сотворить что‑то новенькое и неожиданное для моих врагов.
Электрические посохи, например.
В моём прошлом мире электрические артефакты считались сложными в изготовлении. Нужны были особые кристаллы, редкие металлы, точная настройка. Здесь с материалами было похуже, но принцип тот же.
Я взял первый камень – небольшой кварц с желтоватым оттенком. Повертел в руках, рассматривая структуру.
Ещё неделю назад я бы провозился с таким камнем полдня. Но после вчерашней ночной прокачки дело точно пойдёт веселее.
Я сосредоточился и начал работать.
Энергия потекла через пальцы в камень. Я ощущал его структуру, видел внутренние дефекты, трещинки, инородные включения.
Первый срез. Второй. Грани начали формироваться.
В прошлой жизни я огранял камни часами, добиваясь идеальной геометрии. Здесь приходилось работать грубее – но суть оставалась той же. Каждая грань усиливала определённый аспект. Каждый угол направлял энергию в нужную сторону.
Через час у меня в руказ был прекрасный готовый кристалл. Не шедевр, но рабочий. Я вставил его в медную оправу и примотал к деревянному древку.
Простенько? Да. Но для начала сойдёт.
Я взял посох и направил в него немного маны. Кристалл засветился, и между рожками оправы проскочила маленькая молния.
Отлично. Работает.
Конечно, это не боевой артефакт. Скорее средство для разгона толпы. Удар таким посохом не убьёт, только хорошенько тряхнёт. Мышцы сведёт, сознание помутится. Может, жертва даже потеряет это самое сознание.
Если надо взять кого‑то живым или просто усмирить – самое то.
Я отложил готовый посох и взялся за следующий камень.
Сырья и материалов теперь стало побольше – что‑то из шахты приносили, что‑то мы с парнями добыли в лагере Барса. Арсений уже успел переплавить часть монет и некоторые найденные в лагере безделушки.
Теперь у меня на столе имелись и серебро, и медь, и латунь, и свинец. Не говоря уже про обычное железо и сталь.
Всё это шло в дело. Для разных артефактов лучше подходят разные металлы. И теперь у меня есть выбор, так что можно не размениваться на полумеры и не искать жалкие аналоги.
Растём, одним словом.
К вечеру у меня было готово три вполне рабочих электрических посоха. Отдам своему спецотряду, пусть тренируются.
Я встал и с наслаждением потянулся. Нагнулся туда‑сюда, разминая затёкшую спину. Глянул в окно – уже темнело.
Интересно, как там Катарина? Всё ещё спит? Сигналов от нитей я не чувствовал, да и браслет, настроенный на ведьму, молчал. Выходит, красавица всё ещё приходит в себя.
Ничего, пусть отдыхает. После такого выброса ей нужно время.
Да мне и не жалко, честно говоря. Пусть спит себе. Заряжать артефакты‑то я всё равно могу.
Хотя от бодрствующей ведьмы всё же можно получить гораздо больше пользы, чем от постоянно спящей.
В дверь постучали.
– Войдите, – сказал я.
Вошёл Ильдар. Вид у него был довольный – а это случалось нечасто.
– Ваша милость, есть новости.
– Хорошие, надеюсь?
– По тому человеку, которого вы искали. Травнику.
– О, надо же! Рассказывай, – оживился.
– Проверили, как вы велели. Он и правда там живёт, где вам тот разбойничек рассказывал. Избушка на окраине Гнилого леса.
– Отлично. Завтра с утра еду к нему.
Ильдар вздохнул и, явно не надеясь на моё согласие, предложил:
– Может, охрану возьмёте? Места там опасные.
– А где они у нас безопасные? Справлюсь. Ты лучше проследи, чтобы парни не отлынивали и тренировались. Пускай к хитиновым доспехам привыкают, – велел я.
Ильдар кивнул и вышел.
Травник. Наконец‑то!
Я давно хотел заполучить себе такого специалиста. Целебные зелья, мази, настойки – всё это было нужно позарез. Целительных кристаллов у меня почти не осталось, а люди имели свойство болеть и получать травмы.
На следующее утро я выехал из имения верхом на Громиле.
Ехать пришлось часов пять. К счастью, дорога в нужном направлении была совсем глухая – ни жуков, ни разбойников. Какие‑то звери шныряли по кустам, но тревожить меня никто не стал.
Избушка травника появилась неожиданно, как будто из‑под земли выросла. Она была едва заметна среди густых зарослей. Маленькая, покосившаяся, с покрытой мхом крышей. Рядом – огород с разнообразными травами.
Из трубы вился дымок – значит, хозяин дома.
Я спешился и привязал Громилу к дереву. Подошёл к двери и постучал.
Тишина.
Постучал ещё раз.
– Кого там принесло? Я вас не звал! Идите на… – раздался хриплый голос изнутри.
– Граф Шахтинский, – перебил я. – Поговорить надо.
Дверь со скрипом приоткрылась, и в щель высунулось бородатое лицо.
Травник оказался старше, чем я предполагал. На вид ему было все семьдесят. Седая борода до груди, лохматые брови и рост…
Ну, если бы не седина, его можно было бы принять за ребёнка. Совсем какой‑то низенький, еле мне до груди достаёт.
– Граф? – он прищурился. – А чего графу от меня надо?
– Впустишь – расскажу. Тебя же Тихон звать?
