Путь Строителя. Книга 3-8 (СИ) - Ковтунов Алексей

– Ага, обычным, – староста медленно покачал головой, и по его тону мне показалось, что он не поверил ни единому моему слову. Ладно, не первый раз, переживу. – Да, знаю, железное дерево просто так не порубишь.

Он подошёл к одному из длинных поленьев, которое с трудом, но всё же влезло бы в угольную яму. Поднял с земли мой топор, подкинул в руке, поймал за рукоять. Прошло мгновение, не больше, и вместо одного полена на земле лежали два, с ровнейшим, зеркально гладким срезом, а староста уже возвращал мне топор. Ни замаха, ни усилия, ни напряжения, вообще ничего. Просто было одно полено, а стало два.

– И правда, железное, – кивнул он, будто проверял не собственную силу, а качество древесины. – Но пусть долго не спит. Рабочий день у него неограниченный, а работа явно идёт ему на пользу. Если железное дерево и правда так нужно, организуй его на добычу, это хорошая практика.

Я молча принял топор и постарался не выронить, хотя руки слегка дрожали, и не от усталости. Гундар стоял рядом с каменным лицом, как будто ничего необычного не произошло, а Хорг, кажется, даже не заметил, потому что разглядывал горны и загибал поочередно пальцы подсчитывая в уме что‑то своё.

Сурик, впрочем, заметил. Стоял у горна с поленом в руке и хлопал глазами так часто, будто ему в них песку насыпали. Я поймал его взгляд и чуть заметно покачал головой, мол, молчи, потом обсудим. Сурик закрыл рот и отвернулся к топке, и правильно сделал.

А я всё ещё думал о том, что видел. Вернее, о том, чего не видел. Ни одной нити Основы, ни одного видимого потока. Тобас перед ударом пять минут собирал энергию, окутывал себя, концентрировал, и всё это было видно невооружённым глазом. А староста просто взял и рубанул, и древесина разошлась, как бумага. Разница между ними примерно как между бенгальским огоньком и молнией, только молния эта не оставляет следов и не предупреждает о себе заранее.

Глава 6

Хорг, оторвавшись наконец от пересчёта горнов или чего‑то еще, я сам не понял, повернулся к старосте и заговорил совсем другим тоном, деловым и без лишних предисловий.

– Известняка привезли две телеги, а нужно десять, и это только для начала. – отчеканил он, – Ольду досок на опалубку не хватает, песка нет, людей тащить его тоже нет, а двое, которых выделили вчера, уже лежат пластом и даже лопату поднять не в состоянии.

Староста выслушал молча, не перебивая и не меняясь в лице. Потом перевёл взгляд на меня, и я прочитал в нём вопрос раньше, чем он прозвучал.

– Есть ещё что‑нибудь, о чём мне следует знать?

Я помедлил ровно секунду. Все ключевые люди собрались в одном месте, настроение у старосты рабочее, не карательное, и если ловить момент, то прямо сейчас, потому что второго такого случая может не подвернуться до конца строительства.

– Трёх помощников недостаточно, – начал я ровным деловым тоном, без жалобных ноток. – Если угроза действительно серьёзная, а она серьёзная, раз уж Кральд лично приезжал, нужно выделять больше людей и средств. – кстати да, денег мне как‑то пока не перепало и чувствую это как минимум несправедливым, – Достаточно большой горн я построю через неделю, но известь можно обжигать уже сейчас, в ямах, в чужих горнах, в деревне ведь есть ещё ремесленники, и у кого‑то точно найдётся место для обжига. Дело‑то нехитрое, главное температуру держать и вовремя закладку менять.

Староста коротко дёрнул подбородком, что в его исполнении означало согласие.

– Решим. Но в сроки уложись. – на этом он развернулся и двинулся к выходу со двора, а Гундар пошел следом.

Ну нет, так просто не уйдёшь. Бык ещё тут, и пока он не ушёл, надо хватать за оба рога, потому что потом ловить его по деревне окажется куда сложнее.

– Староста!

Он обернулся, и в глазах мелькнула короткая и отчетливая тень раздражения. Молча кивнул, и кивок этот означал одновременно «что ещё» и «последний раз спрашиваю».

– Участок тесный, – развел я руками, – Горн большой, ямы для угля, для извести, для кирпича, людей где‑то размещать, заготовки сушить, – я загнул пальцы на одной руке, перешёл на вторую и понял, что пальцев не хватает. – А свободного места во дворе один пятачок, и тот, занят вашим храпящим сыном.

Староста скользнул взглядом по Тобасу и снова посмотрел на меня.

– С участком не помогу. – помотал он головой, – Всё, что внутри частокола, распределено на нужды армии лорда. Но за частоколом выбирай сколько надо, выделю.

– За частоколом я бы себе и без разрешения выделил, – вырвалось у меня раньше, чем успел прикусить язык.

– Не смог бы, – бросил староста, не оборачиваясь. – Но я разрешил. Южная сторона, ближе к реке, подальше от леса, как вариант… – задумчиво протянул он, – И чтобы никому не мешал. Перекроешь тропинку к воде или загородишь подход, разберёшь обратно. Второй раз объяснять не стану.

Ушёл, не дожидаясь ответа, и спина его выражала полную исчерпанность темы.

– Если за частоколом ночевать соберёшься, предупреди караул. Стражники нервные после разговоров про тварей, могут подстрелить сгоряча. – коротко бросил Гундар, задержавшись всего на пару секунд. – А потом оправдывайся, что своего подстрелили, бумаги заполняй, и староста потом с меня спросит, а не с них…

Последнее он добавил с таким мрачным неудовольствием, что стало понятно – беспокоится Гундар не о моей безопасности, а о бюрократических проблемах. Впрочем, предупреждение дельное, учту.

Хорг остался стоять посреди двора и провожал обоих взглядом, пока те не скрылись за поворотом, а потом повернулся ко мне.

– За частоколом, конечно, простор, – начал он задумчиво, и по интонации я сразу понял, что сейчас будет «но». – Но и лес рядом. А от леса по ночам лучше держаться подальше, особенно после всех этих разговоров.

– А горн ставить за стеной даже лучше, – возразил я. – Здесь копоть, жар, дым, деревенским и без того житья нет. Да и про доставку материалов не забывай, почти все таскать от реки приходится…

– Мирта уже два раза приходила жаловаться, – Хорг поморщился так, будто Мирта стояла прямо перед ним. – Бельё у неё, видите ли, провоняло. И непонятно, почему жжёшь ты, а жалуется она мне. Я ей что, ответственный за твой дым?

– Сочувствую, – я изобразил на лице глубокое сострадание, которое Хорг заслуженно проигнорировал.

– Идём, – он махнул рукой. – Пока не стемнело, глянем, что там за площадка.

Да уж, от частокола до реки действительно много места… И это странно, ведь обычно населенные пункты располагаются прямо на реке, но здесь почему‑то решили оградиться. Хотя ту же воду черпать было бы куда удобнее не отходя от дома.

Слева старый рассохшийся частокол, но с этой стороны выглядящий куда менее внушительно, чем изнутри. Справа пологий берег реки с каменистой отмелью и тёмной полосой ила у кромки воды. До самой реки шагов двести, может чуть больше, до дыры в частоколе, через которую я обычно сюда хожу, примерно столько же. Влажный и прохладный ветерок тянул вдоль берега, с лёгким запахом тины и мокрого камня.

Хорг молча осматривался, прищурив глаза от низкого солнца. Я уже ходил по пустырю примериваясь, и мысленно расставлял колышки. В голове за последние минуты сложилась схема, которая требовала немедленного воплощения хотя бы в виде палок, воткнутых в землю.

– Подожди, – Хорг придержал меня за плечо, когда я рванулся вперёд. – Не торопись, сперва ветер проверь.

Я остановился и прислушался. Ветер шёл вдоль реки, и в деревню дым не понесёт, даже если поставить все горны мира прямо здесь. Хотя ветер легко может изменить направление в любой момент, но сейчас вот так.

– Хорошо, – он двинулся дальше, ступая осторожно и поглядывая под ноги. – Грунт плотный, не поплывёт. А вот насчёт разлива что скажешь?

Я спустился к берегу и подошёл к ближайшему валуну, торчавшему из земли примерно по колено. На камне отчётливо виднелись следы высокой воды, тёмная полоска по нижнему краю, но невысоко, ладони на полторы от земли.