Дело в ридикюле (СИ) - Лерн Анна

— Прости меня, моя девочка... Прости... — забормотала Вивьен, глядя невидящими глазами окно, за которым размеренно текла чужая жизнь. — Я не хотела… Но не могу поступить иначе…

Когда за окнами стемнело, она подошла к умывальнику и плеснула себе в лицо ледяной водой. Холод отрезвил актрису ещё сильнее, но дрожь в руках не проходила. Достав из шкафа чистое платье, Вивьен торопливо переоделась, неуклюже застегивая пуговицы негнущимися пальцами. Взглянув на себя в зеркало, женщина испуганно отшатнулась. Но всё же привела в порядок растрепавшиеся волосы и, глубоко вздохнув, решительно вышла из гостиничного номера, плотно прикрыв за собой дверь.

Улица встретила её лёгкой прохладой. Ночь уже спустилась на Логред, окутав городок мягким светом масляных фонарей. Вивьен шла быстро, почти бежала по тихим уютным улицам, вздрагивая от каждого шороха. Сердце колотилось в груди, как испуганная птица. Она знала, что старая мельница находилась за церковью, и повернула в яблоневый сад, подсвеченный серебристым диском луны.

Обойдя белоснежные стены дома Божьего, актриса немного постояла, глядя по сторонам. А потом решительно шагнула в густые заросли. Вскоре показался силуэт старой мельницы, одиноко стоящей у реки. Перед этим мрачным строением Вивьен замедлила шаг, охваченная новым приступом страха.

Но, пересилив себя, актриса подошла ближе. Она осторожно толкнула скрипучую дверь и сделала несколько шагов вглубь, почти ничего не видя в пахнущей затхлостью темноте.

— Есть тут кто? — прошептала она хриплым от волнения голосом.

В ответ прозвучала тишина. Вивьен уже было подумала, что ошиблась, что никого здесь нет, когда вдруг из темноты раздался низкий неприятный голос:

— Какого чёрта, Вивьен? Чего надо?

Актриса замерла. Сердце пропустило удар. Показался слабый свет фонаря, и в нём она увидела массивную фигуру. Морган! Он подошел ближе, и Вивьен побледнела, раздавленная его тяжёлым, угрожающим взглядом.

— Чего тебе надо? — грубо повторил он. — И почему явилась раньше? Неужели не поняла, что сказано было к полудню? И с дочуркой!

— Я пришла не просто так, Морган, — залепетала Вивьен срывающимся голосом. — Меня заставили всё рассказать! Мне угрожали! И я призналась, что должна привести Адель на старую мельницу! Но сразу же прибежала сюда, чтобы предупредить вас! Чтобы вы знали!

Глаза Моргана зло прищурились.

— Заставили, говоришь? — прорычал он, делая шаг к ней. — Кто?

— Я не знаю… — актриса вдруг поняла, что даже не спросила имени визитёра. — Но он выглядел как джентльмен…

— Значит, теперь ты болтаешь с кем попало, проклятая тварь? И подвергаешь нас всех опасности? А я ведь предупреждал…

— Нет! Нет, Морган! Я же пришла! Я же предупредила! — Вивьен протянула к нему руки в умоляющем жесте. — Прошу…

Но Морган уже не слушал. Он замахнулся и сильным коротким ударом в лицо сбил актрису с ног. Женщина вскрикнула и неуклюже упала, ударившись о шершавую поверхность расколотого надвое массивного мельничного жернова, лежащего в углу. Голову пронзила острая боль. Мир на мгновение вспыхнул и погас. Вивьен обмякла и затихла.

Морган с отвращением посмотрел на неё. Он опустился на одно колено, грубо перевернул актрису, а потом поднёс палец к её шее, нащупывая пульс. Ничего.

— Сдохла, — пробормотал себе под нос бандит, поднимаясь. В его голосе не промелькнуло ни тени сожаления.

Он вытер руку о штанину и пошёл вглубь мельницы, где в небольшом помещении, служившем им временным убежищем, лениво перебирал карты его подельник — здоровенный детина по прозвищу Брут.

— Кончай дурью заниматься, — бросил Морган, сплёвывая на пол. — План меняется. Из-за этой шлюхи Вивьен.

Брут поднял голову.

— Чего стряслось? Зачем приходила?

— Сдала она нас. Нужно уходить, — процедил Морган, задумчиво глядя в темноту. — Девка не появляется на заброшенной станции, а в мастерскую она вчера приехала на экипаже со здоровенными мужиками. Неужели догадывается о чём-то? Но откуда? Короче, так, Брут, надо выследить её маршрут. Узнать, во сколько дочурка Вивьен примерно приезжает и уезжает. Посмотреть, как устроена охрана. Экипаж подъезжает к самой мастерской или останавливается чуть дальше? Где удобнее подскочить? Понаблюдаем пару дней. Подготовимся. Эта девчонка — золотая жила. А теперь пора убираться отсюда. Приведи лошадей.

Глава 80

В Кессфорд-холле мне ещё было непривычно. Но зато рядом со мной находились мальчишки и любимый человек, что существенно скрашивало временные неудобства. Я продолжала ездить в мастерскую, и сегодня был особо важный день. За сумками должен был приехать человек от господина Даунтона.

Маркиз уехал в столицу по делу об опеке над мальчиками. Теперь, как мой будущий муж, он мог закончить судебные тяжбы одним махом. Ведь всё-таки была разница, кому доверить детей: будущей маркизе или сбежавшей из дома девчонке, проживающей на заброшенной железнодорожной станции.

Аннабель осталась погостить в доме брата и сегодня собиралась навестить меня, после того как отправит письма из почты Логреда. Баронесса намеревалась устроить в Кессфорд-холле большой бал в честь нашей с маркизом помолвки.

Посыльный от мистера Даунтона прибыл после обеда. Мы со швеями уже приготовили сумки к отправке, сложив их в большой фанерный ящик. Перед этим я проследила, чтобы каждая из них была упакована в красивый мешок из мягкой ткани с затягивающимся шнуром. Возможно, стоило подумать над специальными коробками. Это будет стильно, учитывая, что теперь у меня имелся свой зарегистрированный бренд.

Уже знакомый мне молодой человек протянул мне бумаги, которые я должна была подписать, и тугой конверт. Мой первый серьёзный заработок.

Наверное, стоит отметить это дело со своими работницами. Мэри Томпсон, Сара и Элизабет потрудились на славу. Они всё легко схватывали, и никаких нареканий у меня не было. Наоборот, я чувствовала, что у нас сложилась настоящая команда.

Когда в мастерскую заглянула Аннабель, мы уже накрывали один из столов, освободив его от инструментов. Элизабет сбегала в магазин и купила несколько бутылок шампанского. А в кондитерской — пирожные и колотый чёрный шоколад, при взгляде на который у меня текли слюнки. В моём мире такого точно не было!

— Я успела прямо к празднику! — воскликнула Аннабель, снимая перчатки. — Адди, тебя уже можно поздравить?

— Да! Партия сумок уехала в столицу, и мы неплохо заработали! — похвалилась я, чувствуя гордость за свою мастерскую. Но не стеснялась этого. Разве можно стесняться того, что достигнуто честным трудом?

Мы выпили шампанского, с удовольствием съели по воздушному пирожному, посплетничали. День заканчивался чудесно. Огорчало лишь то, что рядом не было Иви. Но у подруги сейчас столько забот. Наверняка она полностью поглощена маленькой Доритой. Ну ничего, мы с мальчиками и Эммой обязательно навестим их на днях.

Перед тем как покинуть мастерскую, я вышла на задний дворик, где находилась колонка с водой. Там дежурил один из слуг. Нужно было предупредить парня, что пора возвращаться домой.

Вдохнув свежий, чуть влажный воздух, я повернула голову. Охранник сидел, прислонившись к стене, голова его склонилась на грудь. Что-то неладно… С замиранием сердца я приблизилась к нему и едва не закричала, увидев на шее парня тёмный след от жгута. Его задушили!

Сердце ухнуло куда-то вниз. Меня сковал холодный ужас, но инстинкт самосохранения сработал быстрее. Я бросилась назад, к двери мастерской.

— Крошка, ты куда? — тяжёлая рука схватила меня за плечо, оттаскивая назад, а потом закрыла моё лицо, не давая не то что кричать, даже вдохнуть. Сбоку появилась ещё одна мужская фигура, и я с ужасом узнала того самого незнакомца со шрамом.

— Тише, тише… Лучше не надо, леди… — криво усмехнулся он. — Если твои работницы услышат и выйдут, нам придётся убить их. Брут, уходим. Держи.

Бандит вытащил из-за пазухи мешок, и я сразу поняла, что он собирается сделать. Только не это! Нет! Я рванулась с удвоенной силой, пытаясь укусить ладонь его подельника. Но мужчина был слишком силен. Он выкрутил мне руки за спиной, причиняя адскую боль. Потом затолкал в рот тряпку и одним движением накинул мешок на голову, после чего связал запястья верёвкой.