Я – Легенда! Дилогия (СИ) - Бор Жорж

– Я этого не хочу, – спокойно произнёс Космачёв. – Я просто хочу, чтобы мы оба назвали вещи своими именами. Если из мальчика что‑то получится, то отлично, он будет нам должен. Если не получится, то мы заберём кристалл и часть его территории. Поделимся остальным с Лазаревыми, чтобы заодно купить старика на ближайший совет. И Фёдор Григорьевич останется при своих долгах перед казначейством. Без кристалла и без артефактов, с обозлёнными вассалами и испорченной репутацией.

– И с Покровским, который начнёт оглядываться, – мягко добавил Болотов.

– И с Покровским, – кивнул Космачёв. – Ты ведь видел, как он сегодня на совете отыграл за Овчинниковых? Очень хорошо отыграл. Аккуратно, не подставился, но всем дал понять, чью сторону держит. У Сергея Алексеевича своя голова, и она ему пока подсказывает держаться Фёдора Григорьевича. Но если Фёдор Григорьевич ослабнет, Сергей Алексеевич начнёт думать. А когда Покровский начинает думать, это всегда заканчивается одинаково: он бросает проигравшего на произвол судьбы

Болотов чуть наклонил голову, признавая точность формулировки.

– Лазарев в тот же день ляжет под того, кто больше предложит, – продолжил Космачёв. – Старик уже еле дышит, ему просто нужно дотянуть род до внука, а как именно – ему всё равно. Горюнов сделает вид, что всю жизнь был против Овчинниковых, и в чём‑то он будет даже искренен. А мелкие наши, в совете и за его пределами… Ты ведь видишь, что в Сером городе уже начинается?

– Вижу, – спокойно ответил тот. – Вассалы Овчинниковых третий день нервничают. Двое из них в этом самом клубе на прошлой неделе сидели с моим племянником и аккуратно интересовались, нельзя ли «как‑нибудь обозначить нейтралитет». Я поручил племяннику пока не отвечать ничего конкретного. Пусть понервничают.

– Правильно, – кивнул Космачёв. – Чем дольше они сидят и переживают, тем сговорчивей будут потом.

Болотов медленно потянулся к графину, налил себе на этот раз совсем немного, жидкость едва прикрыла дно, и поднял рюмку.

– За мальчика, – произнёс он. – Чтобы он подольше пожил. Желательно, до следующего совета.

Космачёв коротко усмехнулся, поднял свою рюмку и тоже не стал произносить ничего лишнего. Они выпили молча, и это означало, что двое старых людей в тихой комнате согласились между собой, что юного барона Орлова, который ещё не знал ни о липовых контрактах, ни о купленном долге Горюнова, ни о наёмниках в Чёрном городе, ни о новой бумаге с печатью Овчинниковых на столе у Андрея Николаевича, придётся ещё какое‑то время держать в живых. Пусть и не ради него самого.

За окном служка вернулся во двор и снова взялся за метлу…

Глава 12

Московский полис.

Чёрный город.

Улица Сталеваров 11

Пауза затягивалась. Главарь бандитов смотрел на меня с такой смесью эмоций, что их сложно было разобрать. Часть бандитов на втором этаже здания уже начала нервничать. Кто‑то косился на своего лидера, а кто‑то начал вполголоса обсуждать ситуацию.

– Так не пойдёт… – попытался отказаться Сиятельный. – Мы так не договаривались, барон!

– Мы вообще никак не договаривались, – жёстко ответил я. Краем глаза заметил, как вздрогнула от моего тона Елизавета. – Ты, почему‑то, решил, что можешь взять в заложники людей баронессы Строгиной и требовать плату за свой мерзкий поступок. Читай!

– Нет! – зло ответил главарь бандитов. Вот только злость эта была бессильной и это понимали все, включая подручных Сиятельного. – Я не буду этого делать!

– Тогда верни расписку, и мы уйдём, – невозмутимо произнёс я. – Это второй из возможных для тебя вариантов.

– Шеф… – негромко произнёс один из охранников главаря. – Если ты не хочешь, то я могу. Я умею!

– Заткнись, Батон, – резко ответил Сиятельный и, зло скомкав бумажку, вернул её мне. – Проваливайте с этой улицы. Если кто‑то из этих бродяг задержится, то его уже не спасёт даже моя защита!

– Что за дела, шеф? – спросил кто‑то из головорезов через разбитое окно второго этажа. – А как же бабло?

– Ты жить хочешь, Гнус? – поднял взгляд на подручного Сиятельный и тот активно закивал. – Вот и заткнись. Уходим!

Люди с оружием начали исчезать из окон, а сам Сиятельный развернулся и пошёл в сторону выбитой двери в здание. Он на ходу что‑то ворчал и хватался за амулет, висевший на шее. Мастер и все остальные потрясённо следили за происходящим и явно боялись разрушить странную договорённость лишним движением или словом.

– Уходим, – повторил я слова предводителя бандитов. – Елизавета Дмитриевна, скажите своим людям, чтобы следовали за нашей машиной. Попробуем найти транспорт, чтобы доставить их к вашему имению.

– Д‑да‑да, господин барон… – торопливо ответила девушка. – Конечно же. Пётр Егорович! Выводите людей!

Ко мне подошёл крупный мужик, лицо которого на две трети было покрыто синяками. Но глаза старосты сверкали упрямством и решительностью. Он пару мгновений всматривался в моё лицо, а потом коротко поклонился и направился к своим людям.

– Слышали, что его благородие сказал⁈ – зычно проревел Пётр Егорович. – Двинули в сторону ворот из города! Детей на руки, баб в середину. Ходу!

– Ему бы армией командовать, – хмыкнул Мастер. – А не в поле пахать.

– Он и командовал, – негромко ответила Лиза. – Ещё когда отец только бароном стал, Пётр Егорович с ним вместе служил. Но потом на земле осел.

– Давайте в машину! – приказал я и пошёл следом за бандитами. – Я отойду ненадолго.

– Святослав Иванович… – тут же насторожился Мастер. – Давайте хотя бы Бугурт с вами сходит.

– Не нужно, – твёрдо ответил я. Командир святых даже не пытался меня остановить, но всё же предпринял попытку обеспечить защиту. – Мне ничего не угрожает.

Мои спутники ушли к броневику, люди баронессы Строгиной уже выстроились колонной и двинулись прочь от мрачного здания. Я подошёл к тёмному провалу входа и почти минуту просто стоял. Если я хоть что‑то понимал в законах подобных банд, то скоро всё встанет на свои места.

– Что тебе надо, барон? – наконец прозвучал из темноты голос Сиятельного. – Ты уже получил своё.

– У меня есть недоброжелатели, – ответил я. – Они уже пытались найти надёжных людей, чтобы выполнить грязную работу. Скорее всего, плату предлагают просто фантастическую. Слышал что‑нибудь про это?

– Возможно, – нехотя ответил главарь бандитов. – Я такими вещами не делюсь. Тем более с возможными целями заказа. А тебе что?

– Ничего, – невозмутимо ответил я. – Просто совет. Если предложат такой заказ на барона Орлова – не бери его. Даже если покажется очень выгодным.

– Это не тебе решать, барон, – хмыкнул в ответ Сиятельный. – После нашей сегодняшней встречи, я, может, ещё больше захочу взяться за такую работу.

– Решать действительно не мне, – согласился я. – Просто хочу, чтобы ты знал. Прошлые исполнители сгорели после выполнения своего задания. Когда мы ещё не знали, кто это сделал. Мы нашли только подпалины на земле. Ты сумел разумно поступить один раз и, думаю, сможешь это сделать снова.

Закончив фразу, развернулся на месте и пошел к броневику. Темнота за выломанной дверью молчала, но я ощущал на своей спине пристальный взгляд. Сиятельный получил массу проблем, но поступил правильно. Не разумно или хорошо, а именно правильно. Поэтому я решил его отблагодарить, пусть и таким странным образом.

– Можем ехать, – забравшись в машину и закрыв за собой дверь, произнёс я. – Где мы можем найти подходящий транспорт, Мастер?

– В полис наших людей везли остатки дружины, на наёмных грузовиках, – сообщила Елизавета. – Я могу поискать телефон фирмы перевозок, но не уверена, что быстро получится. Вернее, быстро можно всё организовать, но это будет…дорого…

Подтекст был понятен без дополнительных пояснений. Девушка и так лишилась дара речи, когда услышала от бандита сумму выкупа. Для меня она тоже была очень весомой, потому что реальных денег на счету баронства просто не было. Но я объективно понимал, что люди в таком состоянии просто не дойдут до моих владений. Да и защитить их на марше имеющимися силами будет довольно проблематично.