Изгой Высшего Ранга (СИ) - Молотов Виктор

Громов прав. Молчать — единственный разумный вариант. По крайней мере, пока я не стану достаточно сильным, чтобы защитить себя от любых угроз.

Хотя логика мне подсказывает, что он имел в виду отнюдь не всё вышеперечисленное. А при желании, через какое-то время, когда моё слово уже будет иметь вес — и с ФСМБ можно договориться. Всегда можно найти вариант предупредить властей по-тихому.

Скорее всего, это ограничение самой системы. Но я пока только начал с ней разбираться, и мне ещё предстоит узнать, что она вообще из себя представляет.

Я доверюсь Громову. В конце концов, он отдал мне свой Дар. Первый Дар, если верить его словам.

Вдруг навалилась усталость, как будто кто-то накинул на мои плечи свинцовое одеяло. Всё-таки три дня в отключке, потом разговор с полковником, неуклюжие эксперименты с магией… Организм требовал отдыха, и спорить с ним было бесполезно.

Поэтому я закрыл глаза.

Завтра начнутся тренировки. Нужно быть готовым ко всему. Ведь судьба не перестанет испытывать меня на прочность. В этом я точно уверен. Судьба не просто испытывает, она выбирает сильнейших. И мне ещё предстоит выяснить — для чего.

Утро наступило слишком быстро. Как будто только закрыл глаза, и уже проснулся. А через полчаса даже завтрак принесли. Обычный омлет с беконом и апельсиновый сок, но было вкусно.

В дверь постучали ровно в восемь. Три коротких удара, пауза, ещё два. Словно шифр какой-то.

Я уже стоял на ногах, ибо старая привычка вставать рано никуда не делась. Восемь лет ежедневных тренировок в шесть утра выработали рефлекс.

— Войдите, — крикнул я.

Дверь открылась с тихим шипением пневматики, и в палату вошёл мужчина.

Метр девяносто роста, если не больше. Широкие плечи, которые едва помещались в дверной проём. Короткая стрижка с проседью, серые глаза, которые сразу же прошлись по мне с ног до головы. Лет сорок пять, может, чуть больше. На форме ФСМБ красовались две звезды и какой-то значок с перекрещенными молниями. Наверное, это знак отличия боевого мага. Я в них ещё не разбирался.

— Подполковник Дружинин, — представился он, и его голос был таким же, как внешность — грубым, жёстким, без лишних эмоций. — Ваш инструктор на ближайший месяц. Если, конечно, продержитесь.

Последнюю фразу он произнёс с лёгкой усмешкой. Явно не верит, что у меня что-то получится. Ну-ну, посмотрим.

— Глеб Афанасьев, — ответил я, выпрямившись. — Готов к тренировкам.

Наконец-то начнётся моя карьера настоящего мага! Уже не терпится… Хочется уже осознать, каково это — быть настоящим магом.

— Посмотрим, — он достал из-за спины свёрток и бросил мне. Бросок был резкий, это явно проверка реакции. Я поймал одной рукой. — Переодевайтесь. У вас три минуты.

Я раскрыл свёрток. Чёрная тренировочная форма с эмблемой ФСМБ на груди и плечах. Ткань на ощупь странная: плотная, но в то же время лёгкая. На материи едва заметно мерцали руны — магическая защита, наверное. Или усиление. Или и то, и другое. В общем, на тренировке разберусь.

Переоделся я быстро. А форма села идеально, будто шили на заказ. Хотя откуда у них мои размеры? А, точно, три дня обследований. Наверняка измерили всё, вплоть до длины мизинца на левой ноге.

— Две минуты сорок секунд, — отметил Дружинин, глядя на наручные часы. — Для Пустого неплохо.

Для Пустого. Конечно! Даже сейчас, с Даром S-класса, я для него всё ещё Пустой. Интересно, что нужно сделать, чтобы он изменил мнение? Разнести пару кварталов? Сомневаюсь, что я на такое способен, но всё же.

— Пойдёмте, — он резко развернулся и вышел из палаты.

Я последовал за подполковником. Всю дорогу он молчал.

Коридор, поворот, ещё коридор. Белые стены, яркий свет ламп дневного света, запах озона от работающих систем очистки воздуха. Затем мы зашли в грузовой лифт с бронированными стенами. Дружинин нажал кнопку без обозначения и приложил ладонь к сканеру.

— Подполковник Дружинин, код семьдесят семь сорок девять, — произнёс он в микрофон.

— Доступ разрешён, — ответил механический голос.

Лифт дёрнулся и поехал вниз.

Мы ехали долго. Судя по ощущениям, мы спустились метров на сто под землю. Может, даже больше.

Наконец, двери открылись с тихим звоном. И снова коридор с множеством дверей. Мы прошли к самой дальней. И Дружинин открыл её, так же приложив ладонь к сканеру.

Передо мной открылся огромный зал. Нет, огромный — это слабо сказано. Гигантский. Потолок терялся где-то в темноте, метров двадцать в высоту, а может, и все тридцать. Стены уходили вдаль — конца не видно, как будто мы вошли в подземную пещеру. Пол, стены, потолок — всё покрыто странными символами, значения которых я не знал. Тут была целая радуга магических знаков.

— Тренировочный комплекс для магов высших рангов, — пояснил Дружинин, и его голос эхом отразился от стен. — Построен пятьдесят лет назад, после того как один маг S-класса случайно уничтожил предыдущий. Стены из особого сплава с вкраплениями обсидиана и метеоритного железа. Выдержат прямое попадание ядерной бомбы. Или неконтролируемый выброс магии S-класса. Что, в общем-то, одно и то же по разрушительности.

Мы вошли в зал. Наши шаги гулко отдавались в пустоте. Дружинин остановился точно в центре, в кругу из белого камня, метров пять в диаметре. Повернулся ко мне и сложил руки за спиной.

— Скажите, Афанасьев, — начал он, и в голосе появились стальные нотки, — сколько всего было магов S-класса за всю историю?

— Двадцать три, — ответил я без раздумий. Это знает каждый школьник. — Теперь двадцать четыре.

— Теперь двадцать четыре, — повторил он, и в его голосе прозвучало что-то похожее на сожаление. Или даже разочарование. — Знаете, что их объединяло? Все они были гениями. Настоящими талантами. К десяти годам показывали выдающиеся результаты, побеждали на международных турнирах, ещё не имея Дара. К двадцати они уже были живыми легендами.

Конечно, ведь как только мир узнаёт о предрасположенности к Дару S-класса, таких детей учат в лучших заведениях за счёт государства. Они получают всё самое лучшее. Не знаю, как в таких условиях можно провалиться.

Получить предрасположенность к Дару S-класса такое же редкое явление, как и встретить такого мага на улице. Сейчас в мире всего пять таких одарённых, считая меня. Двое в России, остальные живут за рубежом.

Подполковник сделал паузу, глядя мне прямо в глаза.

— А вы? В восемнадцать лет Пустой. Ни магии, ни таланта, ни предрасположенности. Ни-че-го. И вдруг! — он хлопнул в ладоши так громко, что звук эхом разлетелся по залу. — Дар S-класса. Думаете, это что-то меняет?

Я молчал. В горле встал ком от злости, но показывать это было нельзя. Сжал кулаки так, что ногти впились в ладони.

— Не меняет, — продолжил он, начав медленно ходить вокруг меня. — Вы и в подмётки не годитесь ни одному из предыдущих двадцати трёх. Дар S-класса в руках дилетанта — это просто опасная игрушка. Вы, скорее всего, так и останетесь здесь. Для опытов. Потому что научиться управлять такой силой без базы, без подготовки, без врождённой предрасположенности — невозможно. Будем честны.

Вот тварь. Как же бесит…

Но я сдержался. Просто смотрел на него спокойно. И никак не выдавал своей злобы.

Нет смысла вступать в конфликт. Лучше доказать делом, что я и правда достоин. Пусть подавится своими словами.

— Понял вас, подполковник, — ровно ответил я, голос не дрогнул. — Что нужно делать?

Он хмыкнул. Видимо, ожидал другой реакции. Возмущения, оправданий, может, даже слёз. А я просто принял его слова. Внешне, по крайней мере.

Внутри я никогда не мирился с унижениями. Иначе бы давно сдался. И стал бы одним из тех Пустых, которым только двор мести доверяют.

— Для начала посмотрим, на что вы вообще способны, — Дружинин достал из кармана небольшой пульт, нажал кнопку.

Воздух в центре зала замерцал, задрожал, как марево над раскалённым асфальтом. Из ниоткуда начала материализоваться тварь. Сначала полупрозрачный контур, потом мелкие детали.