– Вот почему я беру вас со мной, ублюдки-красавчики, – теперь улыбка Бимбо каким-то образом превратилась в улыбку ангела и демона одновременно, а его ответ был очевидным предостережением о том, что события могут развиваться и по плохому сценарию.
– Значит, если этот чувак назовет тебе имена… то мы отправимся на поиски других парней? – спросил я, исполненный желания понять, как дела могут развиваться дальше. Я хотел знать, может ли плохое стать еще хуже, а потом вообще обернуться полным кошмаром. И тут я понял, почему нервничаю, почему мне как-то неловко. Я опасаюсь, как бы разозленный Бимбо не прибил парня, который ни в чем не виноват.
– Ну.
– Поиски каких-то других? – спросил Пол. – И что это значит? Сегодня же? Завтра? Почему только меня беспокоит незнание того, во что мы ввязываемся, черт побери? Это не…
– Послушай меня, hermano [18], – оборвал его Хавьер. – Похоже, это только начало, – сказал он. Хотя он и был умнее нас всех, он всегда на все соглашался. Такой уж у него был характер. Он считал, что за каждую нашу помощь ему в чем-то, за каждый маленький акт доброты между друзьями, он должен платить жизнью, и мы любили его за это. – Цель сейчас в том, чтобы получить инфу. По крайней мере, так говорит Бимбо. А мы там нужны просто на всякий случай – вдруг этот чувак начнет дурить. Мелочь. Сейчас нет нужды в каких-то инструкциях. Инструкции нужны будут потом, если этот чувак назовет Бимбо имена.
– Ну хорошо, поговорим мы с ним. Отлично. И что мы будем делать, если он назовет имена? Что это за «потом», о котором говорит Хавьер? – спросил Пол. Голос его теперь звучал спокойнее. Уступчивее.
– Мы уже говорили об этом, Эйнштейн: мы узнаем имена, мы отправляемся на поиски этих ребят, – сказал Бимбо. – И нет, это не обязательно делать сегодня, так что расслабься.
– А что будет, когда мы их найдем? – спросил Таво.
– Мы их убьем, – сказал Бимбо.
Вот оно.
Молчание, наступившее после этих слов Бимбо, было таким темным и глубоким, что я проникся убеждением: внутри него обитает что-то ужасное.
5. Альтаграсия
—
Темнота наступает
Нож мелькает в темноте
Бегство из Харабакоа
Призраки на дне океана
Кошмары внутри луны
«Мы их убьем».
Голос Бимбо донесся до Альтаграсии, которая сидела у окна и пускала в темноту сигаретный дым. Она понятия не имела, о чем говорит Бимбо, но ее это и не интересовало. Мужчины убивают. Мужчины лгут. Мужчины беспричинно дерутся. Она родилась в этой среде, жила в ней и благодаря своему брату вовремя бежала оттуда. Теперь она опять оказалась в таких же условиях и не хотела становиться их рабыней. Как это ни прискорбно, ее брат был уверен, что это их большой шанс, а отказать ему она не могла.
Бимбо был милашкой, и, потеряв мать, он явно пустился во все тяжкие, но Альтаграсия знала, что он – не убийца. Она всегда умела заглядывать в души людей. Ей этот дар передала ее бабушка Ана. В плохих людях было что-то особое, внутри них жила темнота, и она видела эту темноту. Внутри Бимбо ничего такого не было.
О плохих людях Альтаграсия узнала рано. Она родилась на окраине Харабакоа, где в отеле работали ее родители. Ее мать проводила дни рядом с бассейном, подавая выпивку и разнося еду туристам со всего света, в основном европейцам. Она всегда жаловалась на реплики, отпускаемые туристами-мужчинами, и ненавидела, когда кто-то из них после нескольких бокалов начинал распускать руки.
Ее отец выходил на работу во второй половине дня и работал допоздна, веселил клиентов со сцены или пьяных туристов в дискотеке. Он ни дня не ходил в школу, но мог поддерживать простой разговор на английском, немецком, итальянском и французском. Он рано научил ее азам английского, но потом жизнь изменилась. Ее отец начал пить, а когда потерял работу в отеле, стал исчезать из дома на несколько дней подряд, возвращался он, испуская жуткое зловоние и с темными мешками под глазами.
А еще он начал поколачивать их, словно они в первую очередь и были виноваты в том, что он начал пить. Альтаграсия и ее мать принимали побои, когда не успевали прятаться. Иногда, если отец исчезал надолго, она чувствовала приближение насилия, и тогда часами не появлялась дома, прячась у бабушки.
Донья Ана, бабушка Альтаграсии, всегда принимала у себя девочку, и у бабушки та чувствовала себя защищенной. Иногда приходила ее мать, но донья Ана неизменно затевала разговор о разводе дочери, так что та все реже появлялась в доме бабушки.
Брат Альтаграсии никогда не уходил вместе с ней. Он всегда был смелее ее, сильнее. Если отец приходил пьяным, брату иногда удавалось брать верх над ним. Но тогда в следующий раз отец становился еще злее. Альтаграсию преследовали ночные кошмары, в которых отец заявлялся домой ночью с мачете и кромсал их на кусочки, начиная с ее брата.
Альтаграсии было четырнадцать, когда все зашло слишком далеко. В полутьме комнаты Альтаграсия увидела брата, стоящего у кровати. Его рука поднялась, и в ней она увидела нож, который отразил лучик лунного света, проникшего в комнату через окно, а луна была такая полная, что Альтаграсия ни секунды не сомневалась – эта луна беременна ее кошмарами.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
