Не все проклятие, что им кажется (СИ) - Властная Ирина

— Скоро узнаешь, — рассмеялся глава Департамента, видя обескураженное выражение не ожидавшего такой подлости дракончика.

Я лишь неодобрительно покачала головой на такую детскую выходку высокопоставленного лица нашего королевства.

— А где господин Леор? — неожиданно спросил Мартерийский, становясь серьёзным.

Действительно, после того как мы доставили Дира и Листа в Дом, господин Леор так и не появился, а ведь он определённо был в курсе событий, слуги не могли ему не доложить. Тем более, Дир, по сути, стал им бесполезен, ведь он был не скован больше Печатью… он даже стал опасен для них, потому как мог рассказать всё, что знал… Бездна…

— Они убьют Дира, — прошептала я помертвевшими губами и, сорвавшись с места, понеслась к двери, ведь в той комнате Дир был вместе с Листом.

Глава 31

Как бы я ни спешила, лорд Мартерийский оказался куда быстрее, и именно он первым ворвался в комнату, где Лист, сидя на кровати, совершенно спокойно разговаривал с Диром. Двое мужчин одарили нашу компанию одинаково недоумёнными взглядами… что теперь делать я не знала, ведь спешили мы сюда с определённой целью — спасать, а спасать было некого.

— Вы Дир? — задал очевидный вопрос лорд Вериан. — Лорд Мартерийский. Надеюсь, вы разъясните нам некоторые моменты?

— Я знаю вас, лорд Вериан, кто же не знает главу Департамента, — внимательно смотрел на Мартерийского Дир и решил представиться официально: — Лорд Диртан Лоуст из Горограда.

— Хмм… лорд Диртан Лоуст… неожиданно… — задумчиво протянул Мартерийский, а я и этого сделать не могла, потому что от удивления и слова вымолвить не получалось.

— Простите меня, госпожа Сандр, — посмотрел на меня собственно лорд Лоуст, — я не хотел причинить вам боль…

— Я знаю, и не держу на вас зла, лорд Лоуст.

— Рассказывайте! — потребовал Мартерийский, окутывая стены комнаты заклинанием.

— Да, теперь я могу рассказать, вместе с Печатью, госпожа Сандр сняла с меня и все связывающие клятвы…

— Как вы это поняли? — тут же вцепился в него Мартерийский, бросив в мою сторону беглый взгляд.

— Я рассказал кое о чём господину Листу и не ощутил никакого воздействия, так что смело могу рассказать обо всём, что знаю сам.

— Ты понимаешь, что это значит, сияющая моя! — оглушительным шёпотом обратился ко мне Велдран, привлекая всеобщее внимание. — Теперь этот, — лёгкий кивок в сторону нахмурившегося Мартерийского, — тебя в свою унылую службу затянет, закроет в тёмной и пыльной каморке и будет тебе всех опасных личностей подсовывать, чтобы ты с них клятвы снимали, да информацию получала… эх, измельчало мужское племя, измельчало, вместо драгоценностей, преступников презентовать будет…

Испуганно вскинула взгляд на предмет обсуждения, на Мартерийского, то есть. Тот изучал меня каким-то слишком нехорошим взглядом, и почему-то мне показалось, что Велдран подал ему довольно неплохую идею… захотелось от души треснуть дракончика за его слишком болтливый язык. Где были мои мозги, когда я решила спасти это несчастное крылатое создание?

— Когда-то у меня была совершенно другая жизнь, был свой дом, семья, земли… — начал свой рассказ Дир. — На моих землях оказался маг, сильный маг, почти при смерти… он явно от кого-то убегал и его магия не могла исцелить его, резерв у него был почти пуст, а последние капли он потратил на то, чтобы сбить своих преследователей со следа… Жалость и сострадание проснулись во мне, и я, глупец, привёл его в свой дом, и мы сделали всё возможное, чтобы вытащить его из-за грани. Мои слуги следили за его состоянием днём и ночью, моя жена лично меняла его повязки, я доставал самые дорогие и действенные травы… Орион, так назвался он, когда спустя пару месяцев начал медленно идти на поправку, и яд, который был в его крови и который долгое время держал сознание мага на тонкой грани безумия потерял свою силу. Орион рассказал нам, что попался тёмным ведьмакам, от которых хотел спасти несколько девушек, украденных теми для жутких ритуалов, и ему чудом удалось сбежать… мало того, что и невинных ему не удалось спасти, так и самого едва не отправили за грань, и это настоящее чудо, что ему удалось наткнуться на меня, когда у него почти не оставалось и шанса. Орион был признателен за спасение своей жизни и очень сетовал, что не может никак отплатить за нашу доброту, ведь начни он использовать заклинания, те ведьмаки легко могли отследить магический след и прийти не только за ним, но и за нами… Мне, как человеку, далёкому от тонкостей магического искусства, всё показалось очень логичным и правильным, не вызвал никаких сомнений или тревог. Орион попросил остаться на некоторое время, чтобы набраться сил и продолжить своё дело по борьбе с тёмными магами. Я согласился, глупо было бы сначала спасти, а потом выгнать ещё не восстановившего силы Ориона на улицу, — Дир перевёл дыхание и прикрыл ненадолго глаза, видно было, что ему тяжело говорить как физически, так и морально. — Орион остался и по мере своих сил стал помогать. А потом… а потом я стал замечать, что моя жена, свет моего сердца, леди Миара, стала отдаляться от меня, предпочитая моё общество, обществу Ориона… — мужчина сцепил зубы, судорожно вздохнул, словно справляясь с нахлынувшей волной болезненных воспоминаний.

Могла представить себе, что произошло дальше, но и строить догадки не хотелось, если можно было услышать всё из первых уст… Велдран настойчиво начал взбираться по моей ноге, и мне пришлось подхватить его на руки. Устал стоять? Так мог бы и присесть, судя по обычному поведению дракончика застенчивость и скромность явно были у него не в почёте, да он, наверное, и слов таких не знал.

— Сокровище моё, нам срочно нужно на улицу! — вот сейчас Велдран говорил так тихо, что я едва разбирала его слова.

— Зачем? — не хотела я никуда идти, мне тут очень интересно было… а потом подумала, что вдруг дракончику по нужде нужно, нет, ну мало ли…

Тяжело вздохнула и, извинившись перед присутствующими, попыталась выйти в коридор. Только когда защитное заклинание Мартерийского развеялось, мы вышли. Лист, прихрамывая, поспешил за нами, Мартерийский вновь окутал помещение магической сетью и остался наедине с Диром, и с окончанием истории жизни наёмника, а я осталась за дверью без информации и всё по вине некоторых чешуйчатых, бодро вздёрнувших хвост и засеменивших по коридору на улицу.

— А ты всё так на четырёх и бегаешь, сокровище повелителей небес? — оценил танцующую походку дракончика Лист, у которого хвост довольно азартно ходил из стороны в сторону… не у Листа, конечно, у дракончика.

— Нет, я, конечно, всегда подозревал, что ты с головой не совсем дружишь, но не настолько же... Ты как себе представляешь мой безудержный полёт в этих крысиных норах? Да я же даже крылья, как следует не смогу раскрыть, чтобы не снести эту хибару до основания! — величественно заявил Велдран, даже не оборачиваясь в нашу сторону и шустро перебирая лапками к центральному входу Дома.

— Действительно, Велдран, а я ведь ни разу не видела, чтобы ты летал… честно говоря, я, вообще, никогда не видела драконов в небе.

— Скоро увидишь, моё сокровище, обещаю тебе! А ещё обещаю, что мы даже полетаем на них!

— Правда? — с восторгом уточнила я.

— Да чего там хорошего! Ветер в лицо, чешуя холодная, да ещё эти роговые наросты, так и норовят одежду испортить, — недовольно пробурчал Лист, немного морщась при каждом шаге.

— Вам в постели надо было остаться, чтобы рана вновь кровоточит не начала, — неодобрительно покачала головой на такую ненужную активность.

— Я не оставлю вас одну, — упрямо поджал губы Лист, и на его лице отразилась непоколебимая уверенность не только в своих словах, но и в своих поступках.

Дракончик замер возле ворот, через которые входило пятеро мужчин, одетых довольно непривычно для наших мест: длинные камзолы, застёгнутые на все пуговицы, с воротником-стойкой, оканчивались куда ниже колен, широкие ремни, не на талии, а ниже, почти на бёдрах, к которым были приторочены по обе стороны клинки… довольно узкие штаны, заправленные в мягкие кожаные сапоги, которые скрывались под полами камзола. Вся одежда была серого цвета… Ладные фигуры, подтянутые и прямые, словно тетива, сосредоточенные лица, внимательные взгляды… я интуитивно спряталась за плечо Листа, который и сам выступил вперёд, закрывая меня собой.