Что ж, пойдем другим путем.
— Расскажи, для начала, почему все болтают насчет отряда без знамен, при этом упоминают какие-то флаги?
Елена решила начать с простого, для завязки беседы. Марьядек, сильно запинаясь поначалу, но все бодрее и бодрее, пояснил, что тут есть своя специфика. «Беззнаменный» это скорее фигура речи. Имеется в виду: компания действует как бы от «своих», однако не настолько известна и сильна, чтобы иметь постоянный и всеми признанный штандарт, как у приличных полков. Городские наймиты несут полотнище Красной Луны, может быть еще что-то из мест, откуда набирались воины, однако и все на том. Наберутся опыта, славы, людей — будут как нормальные, идти в бой под тремя флагами, самое меньше. Ну или нет, тут как Двое назначат судьбу.
— Так… — Елена ухватилась за обмолвку и начала ее разматывать. — То есть они как бы чуть пониже, послабее этих… «настоящих» знаменосных полков?
Марьядек немного подумал, расчесывая бороду, в которой ощутимо прибавилось белых нитей.
— Хм… Ну да, — признал он в конце концов. — Не, это вестимо не братва Каменного Молота, но все равно будут на голову повыше любого из суйских. А когда соберутся в квадрат, их ничем не взять. Только стрелами закидать.
— Пятьдесят человек, — скривилась женщина. — Всего-то. И наверняка «полсотни» это условная численность. Как «полк» или «рота». Живых «голов» поменьше будет. Там даже квадрат десять на десять не соберется. Три шеренги человек по пятнадцать? Не очень внушает.
— Тоже верно, и так может быть, — неожиданно согласился горец. — Только это пусть и не самые-самые, но все же наши, — в голосе калеки прорезалась искренняя гордость. — Они, может, жандармов и не остановят в поле. Но древки держать обучены крепко. И главное — не побегут. Отряд хоть без своего знамени, но у нас все про всех знают. Если отцы подошвы покажут, детям в рожи… лица плевать станут три колена подряд.
— Вот прямо-таки плевать? — усомнился прежде молча слушавший бретер.
— Ну, может не так, чтобы харкать, — поправился калека. — Но шипеть за спинами, пальцами тыкать, это запросто. Позор и поношение. Скажут, отец солдат негодный, позор, а не солдат, наверное, и сын такой же. Придет записываться на войну — осмеют и погонят. И девки не дадут. А дочерей замуж никто не возьмет, скажут, утроба трусливая ссыкунов рожает, не надо нам таковских в род.
— Девки, это серьезно, — все с той же задумчивостью протянула лекарка. — Без девок жить, в самом деле, как-то неинтересно… Сильный мотив, да.
Раньян повернул в сторону лицо, пряча скабрезную ухмылку, Хель этого не заметила.
— А эти, — Марьядек широко махнул рукой, наверное, условно показывая в направлении братвы де Суи, затем процедил, не скрывая презрение. — Люди с копьями.
— Ага… То есть разница по большому счету в том, что цып… горцы немного лучше обучены. И не побегут до самого конца. Потому что чертов цех, только на прилавке у него война и солдаты, а не свинина. И кто готов стоять до конца, тот побьет хоть и большее, но сбродное и трусливое воинство. А если не побьет, то разменяется с таким соотношением, что сплошное разорение, а не профит. Верно я понимаю?
— Ну да, как-то вроде так.
— Любопытно…
И вновь Елена задумалась.
— Скажи, а можно ли выучить сброд Суи действовать пиками более-менее слаженно? — продолжила она расспросы.
— Не-е-е… — развеселился Хромец. — Это ж не просто взял и тычь от широкой души. Хоть пикой, хоть алебардой надо с умом и навыком действовать.
— Так и я об этом. Почему мы не можем собрать, скажем, пару сотен человек и начать гонять их с пиками? Неделю их с утра до вечера дрессировать на командное действие. Конечно, как «ваши» они не станут, но четырехкратное превосходство, это уже сильно.
— Учить?.. — горец явно не понимал, о чем идет речь. — Наемных людишек?.. Разных банд собрать… и выучить?
— Ну да.
Елена сообразила, что, кажется, нащупала некий очень важный элемент. Принципиальное различие в понятном, естественном для нее образе действий военных людей и местных обычаях. Казалось бы, если тебе нужно войско, следует собрать всех бойцов… или «головы», после чего тренировать их, прививая дисциплину, исполнение приказов по команде и общую работу по уставу. Чем лучше выучишь, тем больше станешь побеждать. Петр Первый и его полки нового строя… Больше примеров лекарка с Земли не знала, но это все и так было само собой разумеющейся истиной. Однако для настоящего солдата настоящего феодального войска это было совершенно неочевидно. Почему-то…
Следовательно, первым делом надо понять, где тут фундаментальная разница. Почему никто не рассматривает идею «согнать кратно бОльшую толпу, вбить базовую дисциплину, запинать числом»?
— Ну… — вздохнула она, понимая, что еды не увидит, минимум, еще несколько часов, скорее всего до утра. — Давай разбираться. Для начала расскажи, а как вообще пехота сражается?
Она осеклась, подумала и конкретизировала вводную:
— Нет, лучше по-иному. Как для ребенка или блаженного расскажи. Вот у меня лежит мешок денег, и я хочу войско. Большое, выученное, организованное и управляемое. Что дальше?..
* * *
Теорию и практику реабилитации фехтовальщика я из художественных соображений приписал Чернхау-Черниховскому. Однако настоящий автор — Виктор Лобанов, крайне суровый фехтовальщик очень доброжелательного и «небоевого» вида.
https://vk.com/wall-214315122_36
Большая часть описанных в «Справедливости» приемов, включая балансирование карандашом, ловлю нескольких шариков сразу и «освежение выпада» — его учение. Примерно половина, потому что некоторую часть я оставил для «Карлега»:-))
Скакалка в XV-XVI вв. уже существовала, более того, долгое время она считалась сугубо мужским занятием.
Относительно пики можно посмотреть этот интересный плейлист:
https://www.youtube.com/watch?v=Eaq1sPclHkM&list=PLRRwBtI2PdRE1mBKDym9M-Fk11mziSqHU
Глава 17
Негодные средства
Новый день принес хмарь небесную, легкий снежок и холодный ветер. Если бы происходящее оказалось отражено в каком-нибудь медийном произведении, то картинка идеально соответствовала бы содержанию. Все мрачно, сурово и депрессивно.
Елена и Раньян почти не спали. Большую часть ночи они говорили с Марьядеком, затем перехватили пару часов отдыха и до рассвета заперлись с Артиго. Было ясно: что-то происходит и нечто, как говорится, назревает… Самоорганизованное сообщество Перевала нервничало, атмосфера накалялась.
Второе собрание открылось «на свежем воздухе», в месте традиционных толковищ — Суи настоял. Видимо идея о том, что нет человека — нет проблемы, пришла в голову не только Раньяну. Бертран ощутимо нервничал, унаки были настороже, Фэйри смотрел на мир еще более наивным и простым взглядом. Алхимик источал самогонный запах предельной концентрации, но казался трезв. Елена вообще не видела у Дени характерных признаков алкоголизма, вероятно, знаток превращения одного в другое действительно лишь осуществлял производство, не потребляя свой товар.
Также на сей раз к беседе подтянулся барон Дьедонне. Кост был похмелен и зол, бредя широкими противолодочными зигзагами. Увидев Бертрана, Дьедонне могуче икнул и выдал коронное «Быдла!», однако теперь строго адресно, со смыслом. Наемный капитан ощутимо напрягся, в воздухе запахло проблемами. Тангах, уже не пытаясь казаться мирным, взял дубину наперевес. Кадфаль хмыкнул и взвесил на руках собственную палицу.
