Я приблизилась еще на шаг.
Серое пламя коснулось рукава, не обжигая ткань. Под ним кожа сразу онемела.
— Десять секунд, — сказала Леона.
Я положила ладонь на край каменного стола.
Дар вошел в структуру катализатора.
Белый минерал.
Соль накопления.
Пепел драконьей кости.
Стабилизатор.
Пять родовых нитей.
И еще один слой, тонкий и жесткий.
Не вещество.
Магический отпечаток Кассиана.
Его право давать команду.
Он связал катализатор с собственной кровью.
— Нашла, — сказала я.
— Двадцать секунд.
Управляющий слой держался на кристалле и на самом Кассиане. Разорвать только одну сторону было недостаточно. Он восстановил бы связь сразу.
Нужно было отделить его волю от всей структуры.
Я начала с внешней линии.
Кассиан дернулся.
Впервые на его лице появилась боль.
— Что вы делаете?
— Возвращаю основу в состояние, где она никому не принадлежит.
— Она развалится.
— Тогда соберем новую систему.
— Вы не успеете.
— Тридцать секунд, — сказала Леона.
Управляющий отпечаток сопротивлялся.
Не как яд.
Как живая магия человека, который считал собственное право естественной частью состава.
Я усилила разделение.
Боль поднялась от пальцев к плечам.
Кассиан схватил меня за запястье.
Северин двинулся.
— Не входите! — крикнула я.
Если он пересечет круг до противоядия, печь сразу получит доступ к его источнику.
Бран попытался приблизиться, но серый огонь отбросил его.
Кассиан сжал сильнее.
— Вы не понимаете, что уничтожаете.
— Понимаю.
Я отделила первый узел его отпечатка.
В дальнем конце зала прозвучал металлический удар.
— Третий канал открылся! — крикнул Илар.
— Тридцать восемь секунд!
Оставался четвертый.
Кассиан потянул меня к катализатору, пытаясь прижать руку обратно к управляющей линии.
Я ударила его локтем в грудь.
Не сильно.
Но он потерял равновесие.
Этого хватило.
Я отделила последний участок воли.
Серый кристалл треснул.
Под полом загудел затвор.
— Четвертый открыт!
Бран вошел в круг в тот момент, когда управляющая защита исчезла. Он схватил меня за пояс и вытащил назад.
Я упала на колени за серой линией.
Пальцы не чувствовали пола.
— Команда внешним группам! — сказала я.
Илар поднял пластину.
— Вводить состав! Все каналы одновременно!
Сигналы ушли по механическим линиям.
На схеме загорелась первая белая точка.
Потом вторая.
Третья.
Четвертая.
Пятая.
Белый раствор из медного сосуда начал уходить в центральную выемку. Илар открыл главный клапан.
Состав вошел в печь.
Серое пламя отшатнулось от него, словно встречало чужое вещество. Потом белый минерал начал впитывать пепел.
— Теперь, — сказала я Северину.
Он вошел в круг.
На этот раз печь не ударила.
Только протянула к нему пять тонких линий, пытаясь вернуть прежнюю привязку.
Северин остановился в центре.
— Что делать?
— Положите обе руки на главный знак.
— Правая ранена.
— Тогда левую на печь, правую на документ отказа.
Леона передала лист через край круга.
Северин положил его на каменный стол и прижал правой ладонью.
Левой коснулся центрального знака дома Аркхарт.
Серый свет поднялся по его руке.
Он стиснул зубы.
— Боль?
— Да.
— Где?
— От ладони к сердцу.
— Не удерживайте связь.
— Она сама держит.
— Произнесите отказ вслух.
Северин посмотрел на печь.
— Я, Северин Аркхарт, добровольно отказываюсь от исключительного права моего дома владеть, управлять и наследственно контролировать Центральную печь Астеры.
Медный знак под его рукой вспыхнул.
— Отказываюсь использовать собственный огонь как власть над источниками других домов.
Первая родовая линия погасла.
— Отказываюсь передавать это право наследникам.
Вторая и третья линии потускнели.
— Передаю городскую защитную систему совместному управлению короны, Гильдии ведьм, инженерной палаты и драконьих домов на равных условиях.
Четвертая линия исчезла.
Пятая держалась.
Главная.
Та, что шла прямо к сердечному огню Северина.
— Она не отпускает, — сказал он.
— Потому что магия проверяет не документ.
— Что еще нужно?
Я вспомнила страницу Беатрисы.
Если проводник пытается сохранить власть, серый пепел восстанавливает связь.
— Вы должны открыть источник и не требовать огонь обратно.
— Он может уйти полностью.
— Да.
— Хорошо.
Северин закрыл глаза.
В его левой ладони появился медный свет.
Не чешуя.
Не пламя.
Открытый сердечный огонь, освобожденный первой процедурой противоядия.
Печь сразу потянула его к себе.
— Не сопротивляйтесь, — сказала я.
Медный свет уходил из руки в камень.
Лицо Северина побледнело.
— Пульс падает! — крикнула Ивара.
Эдита не была с нами. Оценивать приходилось мне.
Я едва чувствовала собственный дар.
Но видела структуру.
Главная линия забирала не только право управления.
Она тянула весь источник.
Кассиан изменил узел так, чтобы разрыв привязки разрушал проводника.
— Это не часть старой системы, — сказала я. — Здесь дополнительная связь.
Кассиан поднялся возле стола.
В руке у него был металлический осколок катализатора.
— Я предупреждал. Без центра система уничтожит себя.
Он бросился к Северину.
Бран оказался дальше.
Я не успевала.
Северин убрал правую руку с документа и перехватил запястье Кассиана.
Они столкнулись у края печи.
Никакого драконьего огня.
Только двое мужчин, один из которых был ранен и терял силу, а второй пытался вернуть контроль над катализатором.
Кассиан ударил Северина в поврежденное плечо.
Тот побледнел, но не отпустил.
— Мирелла! — крикнул он. — Делай!
Я вошла в круг.
Бран пытался помочь, но серые остаточные линии снова поднялись между ним и столом.
Северин удерживал Кассиана обеими руками. Кровь проступила через повязку на плече.
— Вы не выдержите, — сказал Кассиан.
— Не вам решать.
Я положила ладонь на главную линию.
Нашла чужую связь.
Она шла от печи к сердцу Северина и дальше к осколку в руке Кассиана.
Три части.
Проводник.
Система.
Чужая воля.
Я начала разделение.
Дар едва отозвался.
Пальцы оставались немыми. В голове шумело. Но белый минерал уже ослабил серый пепел. Мне не требовалось рвать плотную сеть.
Нужно было увидеть границы.
Огонь Северина — живой.
Защитный состав — общий.
Катализатор Кассиана — чужой.
Я отделила его волю от линии.
Кассиан вскрикнул и попытался вырваться.
Северин прижал его к каменному столу.
— Стража! — крикнула Леона.
Снаружи раздались шаги.
Королевские стражники вошли в зал вместе с Браном, когда последняя защитная линия погасла.
Они скрутили Кассиана.
Он не сопротивлялся после того, как осколок катализатора выпал из руки.
Только смотрел на меня.
— Вы вернете им прежний порядок.
— Нет.
— Драконы снова заберут систему.
— Тогда будем менять закон и контроль. Открыто.
— Они не позволят.
— Значит, придется заставлять законом, доказательствами и людьми. Не ядом.
Кассиана увели.
Он остался жив.
Не погиб в собственном огне.
Не исчез вместе с катализатором.
Ему предстояло ответить перед судом за каждый препарат, опыт, смерть и поддельное заключение.
Северин все еще стоял у печи.
Главная линия держалась.
— Мирелла, — произнес он.
Я вернулась к структуре.
Чужой управляющий слой исчез.
Но печь продолжала тянуть огонь, потому что привыкла считать его собственностью системы.
