Последняя из древнего рода (СИ) - Властная Ирина

Естественно, в Залесье нас никто не встречал, но и наше появление не осталось незамеченным. У волшебной лесной тропы, несмотря на все её преимущества, было и несколько недостатков: пользоваться ею можно было лишь в пределах земель Гэррош, и перемещения были чётко очерчены границами леса, оттого и название у неё было… лесное такое.

Пока мы с решительными лицами от кромки леса к селу шли, двое мальчишек, побросав свои корзинки при нашем появлении, уже успели до Залесья домчаться и шум там навести, и сейчас нам навстречу уже целая делегация выдвинулась, к которой с каждой минутой всё больше и больше людей примыкало, словно ручейки в полноводную реку со всех сторон стекались.

— Такая честь! Такая честь! Сама хозяйка Жемчужного нашу деревню своим присутствием почтила! — разлился сладкими речами господин Вурх, и поклонился низко, и улыбнулся широко и радушно, только вот взгляд у него неприятный был, бегающий такой, липкий. — О, и господин Брай здесь! Неужели, милостивая госпожа, решили местный совет провести, так сказать, и Залесье местом его проведения выбрали? Так предупредить надо было, мы бы и стол накрыли чин по чину, и встретили бы как полагается… мы это можем, мы это умеем. Вон, лорд Фрай не даст соврать. Всегда со всем радушием!

Дедушка Дарт только шаг вперёд намеревался сделать, но я его за плечо придержала — это была моя битва. Лорд Эйшар по-дружески руку на плечо дедушки закинул, заставляя его на месте остаться.

— Светлого дня, жители Залесья и верноподданные баронства Гэррош, — привычным жестом вскинула я руку, демонстрируя метку главы рода и кольцо. — Волей Всемогущих и Всемудрых Богов, теперь я леди Эллия Гэррош, стала во главе рода Гэррош и взяла на себя бремя забот о благополучии земель Гэррош. Так что, уважаемый Вурх, мне нет нужды оповещать о своём визите — это мой дом, и я хозяйка не только Жемчужного, но и всех земель, всех полей, лесов, каждого камня и каждой травинки! Мы прибыли сюда не застолье устраивать, а по заслугам воздать!

Нет у меня времени для реверансов, меня лорд Рэдвел ждёт, да и не приводят они ни к чему, реверансы эти, — итог один, а времени бездна уходит на все разговоры.

— О, сразу к делу, так это хорошо… хорошо, — тут же засуетился староста Вурх, — у меня все отчёты готовы, все мешки и ящики наперечёт, всё до последней морковки и до последнего зёрнышка учтено…хоть сейчас можем проверить. Сколько собрали, сколько в Жемчужный отгрузили… всё записано! Не то, что у некоторых, — бросил он быстрый взгляд на хмурого Брая, — теперь и отследить невозможно, что и в самом деле пропало в огне, а что в обход баронства пошло… Прошу, милостивая леди, прошу в мой дом, там все бумаги…

— Это ты сейчас, что такое говоришь, пенёк облезлый?! — взревел разъярённым медведем староста Лесной. — Ты меня в чём сейчас обвиняешь? Что я собственными руками своих людей на голод обрёк? — потряс для наглядности своими кулачищами Брай и в сторону Вурха дёрнулся, определённо для выяснения отношений. Вурх тоже не щупленьким был, но если Брай могучий дуб напоминал, крепкий такой, то староста Залесья хоть и в теле был, но рыхлый весь какой-то.

— Лорд Фрай! — крикнула я своему начальнику стражи, и тот несправедливо обвинённого мужика назад дёрнул, а Горн с Ролли помогли ему Брая на месте удержать, чтобы глупостей не натворил. — Староста Вурх, а мне не надо на ваши записи смотреть, я и так знаю, что там всё в полном порядке. И провоцировать людей, верных роду Гэррош, стараясь остаться в тени, тоже не надо.

— Милостивая госпожа, да что вы такое говорите! Я же как никто верен роду Гэррош, я же кровными узами связан с вами, Лиарочка, кровинушка моя, наследница-то законная лорда Фарита, но раз уж Боги прогневались за что-то и не подарили ей ни капли родовой силы Гэррош, так что уж поделать, всё в их власти. Вы по праву занимаете место главы рода, в вас сила имеется, я хоть сейчас готов клятвы верности принести, — честнейшими глазами смотрел то на меня, то на жителей Залесья господин Вурх, и одобрительный гул послышался в их ряд.

— Мне не нужны ваши клятвы, господин Вурх, и я не желаю вас больше видеть ни в роли старосты Залесья, ни на своих землях! Род Гэррош не будет терпеть на своих землях воров, лжецов и предателей! — посмотрите только, какой ушлый тип, почуял, что дело неладно и юлить начинает.

Потрясённая тишина повисла над импровизированным собранием.

— Я, леди Эллия Гэррош, глава рода Гэррош обвиняю господина Вурха в сговоре с разбойниками, которые давно сидят в горах и чувствуют себя на моих землях совершенно свободно. Староста Залесья тайно продавал разбойникам, собранные деревней целебные травы и зелья, предназначенные для нужд баронства. Тем самым, он обворовывал не только казну баронства, но и вас, честных работников! Ведь эти монеты могли пойти на ремонт ваших домов, на защиту наших земель. Я обвиняю господина Вурха в предательстве рода Гэррош! Рода, которому он клялся служить верой и правдой! У него были тайные договорённости с родом Даахт, и именно из-за его попустительства горели наши склады и строения, из-за его алчности и жажды наживы, подвергались опасности ваши жизни и жизни ваших детей, ваши дома и всё, что вам дорого!

Вурх поднял голову, и его щёки вспыхнули багровым цветом. Он откашлялся и попытался изобразить оскорблённое достоинство… вполне достоверно, стоит отметить:

— Леди Эллия, это чудовищная клевета! Я честный слуга рода Гэррош, всю жизнь посвятивший служению Залесью. Разбойники? Я всегда боролся с ними! Ещё при вашем достопочтенном отце, светлая память его имени, мы не раз устраивали облавы на этих мерзавцев! Я в жизни не взял ни одной монетки! Род Даахт? Совершенно не понимаю, о чём речь… род Гэррош и род Даахт всегда были связаны дружескими узами! Даахт не раз протягивали руку помощи нашим землям! Все эти обвинения, направленные на то, чтобы очернить моё имя! — запальчиво принялся он защищаться. — О, я знаю, это всё проделки этого бездельника Дарта, да? Он меня терпеть не может, и дочь мою… уж не знаю, чем мы ему не угодили. Это он вам всё наговорил на меня, да? Хочет лишить меня вашего доверия! Я отрицаю все обвинения!

Дарт и так миролюбивым нравом не отличался, а после таких слов и вовсе свой кровожадный характер во всей красе проявил, вывернувшись ужом из-под руки лорда Эйшар, он посохом Вурха сперва по спине огрел, а потом по ногам приложил, заставляя старосту Залесья на колени рухнуть.

— Ты на кого рот свой поганый открыл? Отрицает он! Тартасу будешь свои байки рассказывать, авось поверит… хотя нет, он же не дурак, точно не поверит! Ты вчера с Сайкой по переговорному артефакту связывался, только вот слушали тебя мы с Элькой!

Лицо Вурха вытянулось, судя по всему, он лихорадочно пытался вспомнить, что он вчера наговорить успел и как ему теперь выкрутиться.

— Это не я! Нет моей вины! Это всё Сайка! Я всё, всё по её указке делал! А как не слушаться? Она же леди Гэррош! Хозяйка! Это она требовала, чтобы я торговлю в обход лорда Фарита наладил! А я… я был слаб… золото ослепило меня, и я не смог противостоять этому соблазну… каюсь, есть у меня шкатулочка с монетами, маленькая совсем, на старость собирал себе… всё отдам, но я лишь приказы Саэры исполнял, — не бросал попыток выйти сухим из воды Вурх или хотя бы с минимальными потерями.

Меня злость с головой накрыла, прорываясь яркими всполохами силы. Вот же скользкий гад!

— Слабость не оправдание предательству, господин Вурх. Вы должны были сообщить лорду Фариту о происходящем в его владениях, вы должны были отказать своей дочери и это ваше упущение, как отца, который не смог воспитать честного и достойного человека. Вы же выбрали путь с наименьшим сопротивлением и позволили несправедливости и обману буйным цветом расцвести на землях Гэррош. Вы предали доверие тех, кого должны были защищать, вы проявили недопустимую слабость, и вы не достойны занимать должность старосты. И за все ваши злодеяния вы понесёте наказания! На землях Гэррош никогда не будет царить беззаконие! — разносился мой сильный и уверенный голос на дороге.