Когда бы не было меня, светило бы светило?
А перед тем не расставался б с ночью день?
И дарвинской теории пришлось бы в жилу
Создать нас или Богу было б просто лень?
Когда б не я шагал по улочкам Арбата,
Когда б не мой башмак в брусчатку мостовой
На киевском Крещатике свой след впечатал
По направленью однозначному – домой,
Обрадовался б влитый в бронзу Окуджава
Прикосновению признанья рук моих?
Прибавило б России горделивой славы
Моё познанье чужеродства средь своих?
Когда б я не вдохнул тумана на Тянь-Шане,
Не выучил урок английского назло,
Кто б пожалел тогда эвенкского шамана,
Которому всю жизнь шаманить подвезло.
Когда бы не было меня, меня б не знали
Друзья мои, как знали братья по крови.
И средь застолья мне б тосты не доверяли
Сказать в их честь о дружбе и любви.
Когда бы не было меня, как жил бы город,
Где жизнь течёт от свадеб до скорбей,
И пролетала б в небе высоко и гордо
Над ним под вечным солнцем стая голубей?
Когда бы не было меня на этом свете,
Мерцал бы Млечный Путь, сияла бы Луна?
И чаши океанов голубой планеты
Иссушены до праха были бы, до дна?
Когда меня не будет, всё куда-то канет,
Останется ли от меня хоть что-нибудь?
Хотя бы малая частица без названья
Продолжит на земле оконченный мой путь?
Когда меня не будет, время в хаос, в вечность,
В ничто повергнет, оборвёт сознанья нить.
И только Бог один останется беспечным
И вновь построит мир, в котором можно жить.
Я никем становлюсь каждой ночью во сне,
Вся Вселенная прячется на ночь во мне,
Из меня каждым утром выходит вовне,
И висит предо мной, как панно на стене.
В бесконечном бассейне из звёзд и планет
Растворил мой Создатель свой вечный секрет:
Чем я был, что я есть, что же будет со мной
И конечен ли путь мой под этой луной?
Что ж, дыханье своё растревожа в груди,
Тьму веков обгоню, что текут впереди,
В этот чудный элизиум сна и теней
Я войду, как когда-то влюбленный Орфей
Чтоб принять это бремя, забывшись в тиши,
И к звезде притулиться комочком души.
Мы помним всё! Давно и безнадёжно.
Всё продолжаем верить в чудный миг,
Когда прощение приговорит к надежде
И оживит умолкнувший язык.
Прощенья просим и прощаем сами,
Но жжёт порою воск сгоревших свеч.
Прощённые, простившие умами,
Мы сердцем ищем продолженья встреч!
Был я женщиной в прошлой своей ипостаси,
Танцовщицей индийской со смачными сиськами,
И горел в погребальном костре Варанаси,
И скитался с душою, поющею дискантом…
Я в чулане времён затерялся, как ветер.
Ждал у моря, искал кахетинское чудо.
И бродил пилигримом по белому свету,
Уходя в никуда, приходя ниоткуда.
Но истории ведь безразлично, чем занят
Внук казаха на горном прелестном джайляу,
Или докеры Поти, иль шлюхи Лозанны,
Иль китайцы с бесчисленным гласным «нихао».
Время всё проверяет на память и тщетность,
Успокоит, разбавит признанье прозреньем,
И поделит имперские сны на дискретность,
И умножит страданья на зов вожделений.
Разум в смысл обращает сквозь прорези глаза
Сотворяемую всерукастым реальность,
Превращая в бессмысленность с тщетностью разом
Перестарившуюся девицу – фатальность.
Кто-то просто оставит бороздку из тени
И исчезнет бесследно ушедшим Вийоном,
Отбазлавшим без страха, упрека и лени,
И в земную траву упадёт несмышлённым.
Горе пухнет от слёз, смех искрится весельем,
Удивленье сменяется очарованьем,
Выпивает отчаянье терпкое зелье,
Одиночество дарит покой с осознаньем.
Мирра слов остаётся обузой причастья,
Повисая над плотскою бренною чашей,
Величайшею миссией вечного счастья
И великой душевной трагедией нашей.
Был я женщиной в прошлой своей ипостаси,
Танцовщицей индийской со смачными сиськами,
И горел в погребальном костре Варанаси,
И скитался с душою, поющею дискантом…
Прошёл Новый год, повторился как данность,
В обыденность вдруг превратившись так странно.
И детское счастье, как чудное чудо,
Ушло в никуда, как пришло ниоткуда.
Искрящейся магии Деда Мороза
Под ёлочкой ждать мне уже слишком поздно.
Прошёл Новый год, не грусти, моё сердце!
Тебе всё труднее мечтою согреться:
Так много веселий и бед отстучало,
Ещё не устало, но взрослым не стало.
Быстрее и тягостней движется время,
Порой превращая нам праздники в бремя.
Меняется время, меняется мода,
Меняются люди, мечты и погода.
Меняются листья на ветках деревьев
И птицы меняют красивые перья.
Меняется снег на грозу первомая,
Полёт журавлей направленье меняет.
Меняется лето на осень, а зимы
На весны сменяются неудержимо.
Считаем мы их от страницы начальной,
От той новогодней свечи беспечальной,
До гордых седин, до инсультов, инфарктов,
До самых конечных, свершившихся фактов.
Меняя любовь на сомнений огарок,
Несеём воздаянье покорности в старость.
О сердце моё, не печалься, не сетуй!
В июле отпразднуем жаркое лето!
Весна нас порадует первой грозою,
И дождик исплачется тёплой слезою.
Пускай только Бог, сколько в жизни осталось,
Заменит унынье на детскую шалость!
И пусть каждый день новым праздником будет
Для малых и старых, для верящих в чудо!
