После развода. Ненужная истинная дракона (СИ) - Томченко Анна

Кровь из носа перестала течь, но это не означало, что у меня перед глазами все прояснилось.

Муть и давящая боль в груди, намекающая на истощение.

— Господин Форест, вы сегодня не должны были появляться здесь, — тихо заметила я, не понимая причин для прибытия в поместье.

— Я проезжал мимо, увидел открытые ворота и посчитал, что это о чем-то говорит и когда заглянул, не прогадал. Выяснилось, что моего ученика кто-то кроме меня решил поучить искусству боя.

Появление Йена в поместье произошло год назад. Накануне больших снегопадов в ворота постучали. Фридрих по своему обыкновению и имея предубеждение относительно поздних гостей, отказывался открывать, но я настояла.

— Мне нужен кров, время, чтобы лошадь отдохнула и немного горячей воды, — произнес тогда незнакомец, и я нахмурилась. — Меня зовут Йен Форест, я в этих краях впервые. Отблагодарить смогу любой услугой, вам же в поместье нужны рабочие руки…

— Мне нечем платить, поэтому можете отдохнуть с дороги и утром уезжать…

Фридрих ворча расположил Йена в небольшой комнате, которая раньше принадлежала конюху, дал горячую воду, хлеб и застывшую кашу.

Рано утром Йен захотел лично со мной увидеться.

— Я же не ошибаюсь, леди Анна Шейн, вы та про кого говорят, что собрались поднимать старое поместье?

Я отвела глаза и поджала губы.

На тот момент у меня не было ничего чем можно было бы гордиться.

— Я могу быть вам полезен, — медленно произнёс Йен, заставляя вновь обратить на него внимание. — У вас дети и сын… Я слышал его когда он спустился в кухню. Мальчику не помешает мужское воспитание и совсем немного знания боевых искусств. Вы же этого не будете отрицать?

— Я не отрицаю этого, но повторяю — мне нечем вам платить.

Зима была холодной. И я все больше думала о том, что поля не смогу засадить. Потому что важнее было тогда накормить детей, чем заработать.

— Считайте, это будет моей благодарностью за то, что в эту ночь я нашел кров…

Уже после, когда более-менее стало понятно, что Форест не собирается никуда исчезать из поместья и готов всеми силами помочь, я с опаской, но все же согласилась на то чтобы он стал учителем Руперта.

Леди Инесс ворчала и говорила о том, что сильные руки в хозяйстве лишними никогда не будут и тыкала меня локтем в ребра, скашивая глаза на Йена, когда тот смог найти общий язык с Рупертом и стал выводить его на задний двор для того, чтобы привыкнуть к оружию.

Через несколько лун Форест перебрался в небольшой городок и приезжал раз семь дней для того, чтобы заниматься с Рупертом. Я не знала какую деятельность он ведёт и если честно мне до этого не было никакого дела, самое главное, что Руперту помогали занятия. И вот сегодня не тот день, в который должен был приехать Йен, но он зачем-то оказался на пороге поместья.

— Я так понимаю, сегодня мои услуги все равно не будут востребованы, — медленно произнесл Форест, буравя взглядом моего бывшего мужа.

— Они в принципе теперь не будут востребованы, — произнёс Герберт и поджал губы. — Мой сын справится с любыми занятиями, я прослежу…

Мне от этой словесной перепалки стало только хуже. Руперт перехватил меня за талию и шагнул в сторону дома, для того чтобы отвезти меня в гостиную и так произошло, что до меня донёсся короткий диалог, от которого кровь застыла в жилах.

Я всякое могла предположить, но явно даже не расчитывала узнать некоторую правду о том, что мой бывший муж мог выдать учителю Руперта.

— Познакомимся? — медленно произнёс Герберт и я уже на этих словах словах решила притормозить.

Руперт в непонимании обернулся.

Йен и Герберт стояли друг напротив друга и не один не уступал в чем-то другому: широкоплечие, статные и у обоих во взгляде метался огонь.

— Познакомимся, — благосклонно и лениво произнёс Йен, склоняя голову, намекая на поклон. — Господин королевский дознаватель…

Герберт усмехнулся, потер левую бровь и выдохнув выдал не самое очевидное.

— Сдаётся мне, господин Форест, мы с вами знакомы, ведь я выносил приказ о вашем заключении под стражу…

Глава 11

— Господин Шейн, вы не только зачитывали приказ о моём заключении под стражу, но также выносили приговор. — Мягко произнёс Йен, и я резко обернулась.

Руперт потянул меня на себя.

— Мам, мам, пошли они сами разберутся, — тихо шепнул сын, понимая, что дело выходит из-под контроля, и наше присутствие здесь явно лишнее.

А у меня в голове сразу развернулось несколько вариантов: если Йен знал о том, к кому пришёл, в чей дом, то столько ли в нём было благородства, как он пытался показать, или это просто несколько шагов для достижения своей цели. Вдруг у него были какие-то не самые хорошие планы на пребывание в Раудан?

У меня мороз прошёл по коже.

Оружейная была старая. Принадлежащие прадеду. Половина железа стало непригодным, но другая часть была цела. И Йен ко всему этому прикасался, он был с моим ребёнком.

Я не понимала, чего теперь ожидать от этой ситуации.

— Мам, — хрипя позвал Руперт, дёргая меня на себя, я оступилась. И тяжело задышала. При наклоне вперёд кровь снова полилась из носа.

— Такое сложно забыть, — медленно произнёс Герберт. И его спина напряглась. — Все-таки за нарушение клятвы, данной королевству, не так часто мне доводилось зачитывать приговоры…

А в последнем слове Герберта звучало столько издёвки, что мне даже противно стало от этого. Это примерно как попинать безобидного щенка, то же самое он сделал сейчас с моим сыном.

Какой же он…

Он чудовище.

Когда мы оказались в кухне, ко мне подбежала кухарка, постаралась помочь Руперту, тут же подхватила салфетку со стола, стала вытирать у меня с груди кровь.

— Боги, леди Анна. Леди Анна! — тихо произнесла кухарка, сетуя и вертясь передо мной. — Вы же вся бледная, на вас лица нет.

— Так бывает, — тихо объяснила я, ощущая дрожь.

Руперт знал, что меня надо оставить в покое на какое-то время. А ещё принести горячий чай, много горячего чая. Когда я оказалась в своей спальне, леди Инесс с Адалиндой тут же оказались рядом со мной. Я взмахнула рукой.

— Руперт, не смей, не смей никуда уходить, будь здесь, возле меня.

— Мам, я прекрасно понимаю, что происходит.

— Нет, ты не понимаешь. Если все так, как мне кажется, то ничего хорошего в господине Форесте нет.

Руперт нахмурился, сдвинул брови.

После горячего чая мне стало полегче, Адалинда сидела у меня на коленях и, дотягиваясь до волос, расчёсывала влажные пряди.

Леди Инесс смотрела на меня исподлобья.

— Не к добру, это не к добру, Анна, этого твоего залётного дракона надо грязными тряпками гнать, гнать так, чтоб до самой границы.

— Выгонишь его, — произнесла я сквозь зубы, — когда у него сил больше, чем заклинаний вгрохано в это поместье.

Леди Инесс поджала губы. Она вообще к магии была равнодушна, в принципе, как и магия к ней. Моя няня даже не владела ничем бытовым, но она была чудесным воспитателем. Идеальные манеры, ровная спина. Я больше чем уверена, что благодаря её стараниям Герберт обратил внимание на сироту из почти прогоревшего и никому ненужного Дринроу.

Я отвела глаза, потому что примерно так меня и называли первое время нашего брака: прабабка Лукреция, мать Герберта.

Сирота из Дринроу.

— Папа к нам насовсем приехал? — Тихо спросила Адалинда, я покачала головой.

— Он приехал по делам.

Дочь вздохнула, отведя от меня глаза.

— Не расстраивайся, милая, — шепнула, гладя её по волосам. — Не расстраивайся, просто вот такой вот он дракон и это не говорит о том что мы с вами чем-то плохи, плох он.

Адалинда ещё тяжелее задышала, а в следующий момент леди Инесс холодно произнесла.

— Пока эти 2 бойцовых петуха пытаются друг друга словом зарезать — отдохни, ты не восстановишься, и у тебя не будет сил выпроводить ни одного, ни другого из поместья.

Она подошла, забрала с моих рук Адалинду и поджала узкие губы. Седой завиток, и тот выглядел воинствующее на её тонкой шее.