Поиграем? (СИ) - Андерсон Кая

— Это от бабулиной указки, — посмеялась Скардино. Вот такие вот уроки этикета. Идеальная осанка у неё будет даже в гробу. Рэн вновь промолчал, поцеловав ее в макушку, шумно вдыхая приятный аромат, кажется яблока и ванили. Ему было нечего сказать. Он и не хотел ничего говорить. Его искреннего презрения к такому, итак хватит. С такими людьми нужно не разговаривать.

— Хочешь конфетку? — хихикнула Аннабель, достав из тумбы арбузные леденцы, закинув один из них в рот. Встала на ноги, проведя своей ладонью по его ребрам, опоясывая живот. Остановилась напротив, высунув язык с лежащим там розовым кругом.

— Хочу, — сверкнул глазами Аррингтон. Он любил такие игры. Очень сильно любил.

— Ну, тогда возьми, — протянула она, проникая ладонями под его рубашку, накрывая живот с обеих сторон. Рэн недолго думая, сделал шаг к ней, вновь смыкая их губы. Его язык сразу же проник в ее рот, задевая конфету, уводя ее в сторону, больше останавливаясь на таком сладком сейчас языке.

— Вкусно? — томно выдохнула Скардино, даже не открывая глаз, теперь леденец был у него.

— Очень, — шумно сглотнул Аррингтон, опять притягивая ее к себе, возвращая конфету. Руки хаотично блуждали по телу. Неожиданно ручка двери в комнату задергалась. Аннабель резко повернулась в сторону непонятного звука. Руки так и остались лежать на широких плечах. Закусив губу, она перевела беспокойный взгляд на Аррингтона. Тот молчал, все еще крепко прижимая ее к себе.

— Аннабель, это я, — раздался за дверью голос Джозефа. Глаза Скардино удивленно округлились. И что этой обезьяне тут надо? Что ей сделать с этой информацией, что это он? Запрыгать от счастья? Или что?

— Я ведь знаю что ты там. Свет горит. Дверь закрыта изнутри, — посмеялся он,

— Я просто хотел пожелать тебе спокойно ночи.

Услышав это, Рэн нахмурился, вопросительно взглянув на девушку. Та лишь закатила глаза, махнув рукой. Ничего необычного. Все так же не стучит. Только вот она уже давно имеет манеру закрываться, в этом доме только так и никак иначе.

— Ну, так желай, — все же ответила Скардино.

— Аннабель, детка, ну, что за невоспитанность, — усмехнулся Гринберг, вновь дернув ручку,

— Мне нужно кое о чем поговорить с тобой.

— О чем? — не унималась Аннабель, попутно стараясь отойти в сторону и убрать руки со своей талии, но сделать этого не получалось. Арринтон упорно отмахивался от любых попыток, лишь отрицательно качая головой, давая понять, что отпускать не собирается.

— Это важный и личный разговор. Нас не должны услышать.

— Пожалуйста, — прошептала Аннабель, приблизившись к таким желанным сейчас губам. Она знала этого урода. Он не уйдет пока не скажет, что он там хотел. Чушь какая то, скорее всего. Отмазка, чтобы просто ее увидеть и хорошенько запомнить для своих паршивых фантазий. Не в первый раз. Будет там стоять как пёс.

Рэн закатил глаза, нехотя убрал руки, отходя в сторону, дабы его не было видно. Аннабель, запахнув халат получше, прошла к двери, открывая задвижку. Достали. Никакого покоя.

— Что? — раздраженно изогнула она бровь, увидев своего нерадивого дядюшку.

— О, так ты была в душе, — прошелся по ней взглядом Джозеф, сально усмехнувшись.

— Говори, что ты там хотел и вали, — закатила глаза Скардино.

— Да, в общем, то ничего такого, — улыбнулся он,

— Хотел сказать, какая ты была красавица на приеме, попросить, не обращать внимания на Патрицию и пожелать спокойной ночи.

— Хорошо, спасибо, — быстро произнесла Аннабель, попытавшись закрыть дверь, однако Джозеф не дал ей этого сделать, вместо этого зайдя в комнату. Скардино машинально отошла на несколько шагов. Вероятно, если бы она не знала о том, что в метре от неё находится Аррингтон, то уже запаниковала бы. А так нет. Только раздражение. Приятно не чувствовать страх, однако.

— Что ты хочешь?

— Я думаю, мы крайне мало общаемся, Аннабель, — улыбнулся Джозеф,

— Я увидел тебя сегодня утром и понял, как сильно я скучал.

— Я не хочу общаться, — отрезала она уверенно.

— Аннабель, не будь так категорична, — протянул Гринберг, сделав шаг вперед, пытаясь приблизиться.

— Я очень хороший союзник. Ты не представляешь, сколько плюсов от общения со мной.

— Какие, например? — усмехнулась Скардино, — Кошмары по ночам?

Да уж. Те самые случаи, когда ее красота не идет ей во благо. Половина просто пытаются ее трахнуть, предлагая какую-то там выгоду взамен. Как будто ей это прямо интересно. Почему бы не пойти с такими замашками в бордель?

— Аннабель, я бы не стал… — начал было он, но прервал сам себя, услышав шаги в коридоре. Скардино тоже перевела туда взгляд, уже заранее зная, кто там. Она узнает эту пьяную походку из тысячи. Дамиан. Уже готовый. Через секунду в дверях и правда, появился Дамиан. Прищурившись от яркого света, он внимательно оглядел каждого по очереди. Так же прошел внутрь.

— А что вы тут делаете? — чуть заплетающимся языком произнес он. До Аннабель долетели знакомые нотки виски смешанные с его одеколоном.

— Зашел пожелать племяннице спокойно ночи, — елейно улыбнулся Джозеф.

— А ты парень, смотрю, набрался. Лучше остальным не знать о том, куда ты так шустро сбежал, — усмехнулся он.

— Да, — широко улыбнулся Дамиан, качнув головой. В такие моменты, Скардино всегда казалось, что в этот момент он уснет, но нет.

— Да, да, — выдохнул он, проходя еще ближе к ним.

— Я конечно не стану гов… — начал было Джозеф, но не успел договорить и слова, как буквально отлетел в сторону, повалившись на пол от хлесткого удара кулака, что так неожиданно прилетел от Дамиана. Дамиана, который лишь чуть тряхнул рукой, даже не почувствовав боли, от крови выступившей на костяшках. Гринберг же испустив хлюпающий звук, болезненно простонав, зажал свой нос, из которого на пол то и дело сочилась алая кровь. Вставать он пока не пытался. Аннабель ахнув, рефлекторно зажала рот руками, просто не ожидая такого поворота.

— Если ты еще раз подойдешь к ней, посмотришь, дотронешься, — медленно перечислял Дамиан, все еще не в силах совладать с расплывающимся изображением перед глазами,

— Я убью тебя, — весьма четко произнес он, со сверкающей ненавистью секанув на родственника, что затравленно смотрел на него, пытаясь встать.

— Ты… нажил себе проблем, — швыркнул он носом.

— Как же я ненавижу падаль вроде вас, — презрительно выплюнул Дамиан, на секунду накрывая лицо ладонями. — Просто… поганая мерзость…

— Я завтра же…

— Если ты еще раз появишься рядом с ней, никакого завтра у тебя не будет, — перебил его Скардино, покачав головой, подходя к сестре.

— Я с радостью… с радостью… — повторил он, смакуя неровные, но весьма ясные слова,

— Натравлю на тебя ядовитых пауков, которые медленно… очень медленно будут жрать тебя целые сутки.

Джозеф брезгливо сглотнул, в глазах промелькнул страх. Страх, осознание, что у него никакого дара в случае чего и нет.

— Вали отсюда, — кивнул на дверь Дамиан. Мужчина не став больше ничего говорить, засеменил на выход. Не оборачиваясь, не смотря ни на кого, только держа подбитое лицо, дабы кровь не бежала так сильно.

— Одна только мысль о пожелании спокойной ночи и ты узнаешь какого это, когда под кожей ползают опарыши, — еле выговаривая слова, добавил Скардино. Джозеф лишь ускорил шаг, не забыв прикрыть за собой дверь. Аннабель все еще молча стояла, смотря то на пятно крови, то на брата. Она была просто в шоке. Рада? Да. Но в шоке. Она совсем этого не ожидала. Она вообще никогда не говорила об этом Дамиану.

— Анначка, — выдохнул тем временем Дамиан, крепко её обняв, прижав голову к своей груди. Его глаза устало закрылись. Скардино улыбнувшись, обняла его в ответ. Пьяные объятия с Дамианом были одними из ее любимых. Он и без того был крайне милый и добрый с ней, а пьяный так вообще выкручивал все на максимум.

— Моя любимая девочка, — прошептал он, поглаживая ее волосы рукой, то и дело, качаясь в стороны.

— Ты чего напился то опять? — улыбнулась Аннабель, внимательно посмотрев в его глаза, отстранившись.