Сумрак - Vey Eka

«Она не похожа на других» – упрямо подумал он.

Но тут же другой голос, почти Громовский, зашипел в голове: «Все они умеют притворяться. Все.»

Крис остановился, вглядываясь в темноту.

«Я не верю» – подумал он и сам удивился.

«Я не верю, что она выдаёт себя за другую. Она просто не умеет лгать.»

Он вспомнил её руки – лёгкие, дрожащие, но упрямые. Её голос – то слишком громкий от отчаяния, то почти беззвучный от боли. Нет. Она не была подделкой. И вдруг ему стало страшно. Не за Эми. За себя. Страшно оттого, как быстро она проросла в нём. Как незаметно заняла то место, где прежде была только пустота.

«Это какой-то бред» – отрезал он себе мысленно.

«Всё из-за этой проклятой татуировки. Из-за этой случайной, навязчивой связи.»

Он резко провёл рукой по лицу, будто пытаясь стереть наваждение. И поймал себя на мысли: Эми постоянно возвращалась в его голову. Как бы он ни гнал её, ни отвлекался, всё равно мысли снова и снова тянулись к ней. И к книге, которую нашла эта нахальная девчонка. Книга, которая не давала ему покоя.

«Люди привязываются не к самым правильным и надёжным» – с горькой иронией подумал Крис.

«Они привязываются к тем, кто оставляет след. Кто, даже исчезнув, продолжает жить в их мыслях. К тем, кого невозможно вытолкнуть.»

Эми снова и снова вставала перед его мысленным взором – будто упрямый призрак, которому мало было одного шанса.

Как заезженная пластинка.

К любому бы пролезла в голову, когда ещё и татуировка постоянно напоминает о ней. И теперь – итог. Он стоит здесь и мечется, как какой-то пятнадцатилетний пацан. Эми то, Эми это…

«Очнись, – оборвал он себя мысленно. – Сосредоточься. У тебя есть задание. Забудь о татуировке. Тогда и она исчезнет.»

Крис сжал кулаки. Решение созревало тяжело, болезненно. Он встретится с ней. В последний раз. Докажет себе, что всё это – иллюзия. Что нет никакой настоящей связи. Что он свободен.

Глава. – Наблюдатель.

Эми сидела на холодной каменной ступеньке, ведущей на второе задание, сжимающая в дрожащих пальцах тонкую цепочку с безделушкой – случайный оберег, который, как ей казалось, мог бы хоть немного защитить её от собственных мыслей. Она глубоко вдохнула, пытаясь собраться с силами, зная, что снова должна пережить это. И снова – не сломаться.

Шаг вперёд.

Мгновение внутренней боли – и вот уже перед ней развернулась картина знойной, влажной Флориды.

Воздух был густым, словно можно было раздвигать его руками. Где-то вдали слышались гудки автомобилей, лай собак, шумливые крики людей. Всё вокруг казалось слишком ярким, слишком живым – слишком настоящим для Эми, чья душа всё ещё дрожала от воспоминаний о прошлом провале.

Она шла по улице, втягивая в себя запахи соли, бензина и морских водорослей. Где-то здесь должно быть её задание. В этот раз – без активного вмешательства. Она знала: если снова попытается навязать человеку свой выбор, воспоминания о Илье поглотят её, разорвут изнутри. Она не готова к этому. Сегодня – только наблюдение. Эми замирала, когда видела потенциальных кандидатов: парня с сигаретой за ухом, девушку в мини-платье, пышные вечеринки за стеклянными стенами баров. В сердце рос страх, спутанный с чем-то тягучим и противным – страх ошибиться.

Именно тогда она её увидела. Лиру. Эми сразу поняла: перед ней была не просто Сияющая. Её едва заметная сердечная нить дрожала на ветру, словно золотой луч сквозь серую пелену города. Эта нить – их путеводитель по жизни и испытание. Она всегда причиняет болезненные ощущения, когда они начинают замыкаться в себе или забывают о своей искренности и честности в любви.

Лира стояла, чуть опершись на перила маленького мостика, ведущего к пляжному кафе. Высокая, хрупкая, словно сотканная из лунного света, она казалась частью иного мира. Волосы её – длинные, волнистые, от светлого переходящие в тёмные кончики – медленно колыхались в лёгком бризе, создавая впечатление зыбкой реальности. Лицо – с острыми скулами, изысканное и странно живое, словно работа древнего мастера.

Фиолетовые глаза – глубокие, таинственные, как сумеречные озёра, в которых прятались и свет, и тьма. Они могли бы показаться холодными, если бы не крошечные огоньки эмоций, играющие на самом дне их бездонной глубины. На Лире было лёгкое платье из чёрного бархата, будто сотканного из самого ночного неба. Оно свободно спадало по её телу, открывая изящные запястья, окутанные тонкими серебряными украшениями. Платье слегка колыхалось, словно дыша вместе с ней.

Эми заметила ещё одну странность: тень Лиры двигалась с запозданием, будто, не успевая за ней. Иногда она замирала, словно что-то внутри неё боролось за право быть настоящим.

Эми знала, кто она. Любящая. И её присутствие означало, что испытание здесь будет сложнее, чем она думала. Лира заметила её взгляд, и на её губах промелькнула лёгкая, едва уловимая улыбка – не теплая, не холодная. Скорее, понимающая. В её взгляде не было осуждения. Лишь знание.

Эми сделала шаг ближе, неуверенно.

– Ты новенькая, – спокойно сказала Лира, голосом, который почему-то вызвал у Эми ощущение лёгкого дежавю. – Я почувствовала. Тебя тянет боль, как огонь мотылька.

Эми замерла, не зная, что сказать. Её сердце снова сжалось. Лира смотрела прямо в неё – не в глаза, а глубже, туда, где прятались страхи, вины и тайные желания.

– Ничего, – шепнула Лира, – здесь главное – не забыть, кто ты. И зачем ты здесь.

Эми молча кивнула. Впервые за долгое время она почувствовала, что её понимают без слов.

Лира шла по улице неторопливо, почти лениво, с той естественной грацией, которая казалась Эми чем-то невозможным. Она не смотрела по сторонам – казалось, мир сам открывался перед ней, уступая дорогу. Эми шла чуть сзади, украдкой наблюдая. Лира была прекрасна. Прекрасна так, как бывает только в тех снах, из которых не хочется просыпаться: лёгкие движения, мягкий изгиб шеи, прямая спина. И за этой внешностью – что-то ещё. Уверенность. Твердость. Внутренний свет, который не требовал оправданий.

«Как же ты вообще справляешься с этим всем?» – мелькнула в голове у Эми завистливая мысль.

Они остановились у стеклянного кафе, за витриной которого сидели двое: мужчина лет тридцати и молодая девушка. Девушка смеялась, запрокидывая голову, мужчина скользил по ней взглядом, в котором не было ни капли любви – только желание.

Лира без слов кивнула на эту пару.

– Твоя сцена, малышка, – усмехнулась она, глядя на Эми через плечо.

Эми сглотнула. Перед глазами вспыхнуло лицо Ильи – тот последний, ослеплённый похотью взгляд, ошибка, падение. Её ошибка. Грудь сдавило так сильно, что она сделала шаг назад, едва не оступившись.

– Нет, – прохрипела она. – Я только наблюдаю.

Лира криво усмехнулась.

– О, прекрасный выбор. Что может быть полезнее, чем просто стоять столбом, пока люди сами топят себя?

Дэвид перспективный фотограф. За съемки с ним любая модель могла сделать очень многое. Он всегда был принципиален и никогда не смешивал работу с личной жизнью. Но сегодня… Его спутница не просто модель, которых в его жизни были сотни. А невинная девушка, которая встречается с его другом, с которым они всю жизнь соперничают. Дэвид мечтает ей завладеть, обещая любовь и розовые облачка. Девушка почти согласна, ведь он перспективнее и пообещал наконец-то взять ее в жены, показать ей что такое настоящая любовь. Но у него было условие, которое он готовился озвучить…

Лира тут же вмешалась сперва в виде шепота:

– Стой…Он твой друга, она только его!

– Ты же сделаешь ей больно и просто бросишь…Разве она виновата в вашем соперничестве? Разве так поступает хороший принципиальный человек? Еще не поздно остановится. – продолжала она.

Но казалось…этот шепот только еще больше раззадорил его.

Тогда Лира решила воспользоваться своей способностью. Ее прикосновение оставляет лёгкое тепло. Если человек поддаётся похоти, оно усиливается до болезненного жара. Если сопротивляется – становится холодом. Она коснулась его шеи. Место мгновенно вспыхнуло. Но Дэвиду казалось было все равно, он все-таки озвучил: