Поменяться местами - О&#39

Это было мое условие. Я приняла все оговорки Тода для наших отношений, но сказала, что не лягу с ним в постель, пока у нас не будет пять свиданий. Мне хотелось получше в нему приглядеться. Конечно, я приехала ради развлечений и не собираюсь – как выразился Фитц – разыгрывать из себя недотрогу, но секс для меня кое-что значит, и к первому попавшемуся мужчине я в кровать не полезу.

Но Тод мне по-настоящему нравится. Может, мое условие и не настолько…

– Я всегда вижу, если женщина сомневается. – Он смеется и дарит мне еще один долгий поцелуй. – А теперь садись в такси и поезжай домой. Пока мы не нарушили твое же правило. – Он задорно подмигивает.

Боже милостивый. Мне и правда лучше уехать.

Утром я разрешаю себе поспать и встаю только в восемь. Выйдя из спальни, я обнаруживаю на диване плачущую Марту.

– Ой, доброе утро. – Я замираю в дверях, боясь смутить ее своим появлением.

Марта поднимает на меня заплаканное лицо и подзывает к себе:

– Посидите со мной? Не привыкла плакать в одиночестве. Обычно Лина меня утешает. – Я устраиваюсь рядом. – Хорошо выглядите, миссис Коттон. Ходили вчера на свидание с тем седовласым красавцем?

Я чувствую, что краснею. Марта улыбается.

– Не привязывайтесь к нему слишком сильно. Говорю это только потому, что вы сами просили напомнить. А как по мне, его упускать нельзя.

– Не волнуйся за меня, дорогая. У тебя-то что случилось? Если не секрет, конечно.

– Нам с Яз скоро переезжать, а мне дом не нравится! Она говорит, уже не до прихотей, а я ей, что решение важное и нельзя торопиться, а она… – Марта опять начинает плакать, слезы капают с подбородка. – Я так волнуюсь. Я, наверное, не готова стать матерью! Да и Яз все время занята своими делами и не помогает. Ребенок вот-вот родится, а она думает, что это ничего в нашей жизни не изменит. Но ведь все будет иначе. И это меня пугает. А у нас ничего не готово! Божечки…

Пытаюсь вспомнить, в какой счастливый ужас меня повергла новость о собственной беременности. Нам с Уэйдом пришлось нелегко. Мы в тот момент еще не были женаты, даже не помолвлены. В день свадьбы живота еще видно не было, так что никто о нашем секрете и не догадался. И я помню панику, накатывавшую на меня, как сейчас на Марту.

Больше всего меня расстраивало, что планам конец. В Лондоне мне не работать, мир не изменить. И конец приключениям. Вернее, меня ждало самое большое приключение, но пережить мне его предстояло, не выходя из дома. О том, чтобы покинуть Хэмли, больше не могло быть и речи. Что же касается мужчин… Теперь у меня был Уэйд, навсегда. Он поступил добропорядочно и сделал предложение, и я была ему благодарна. Боюсь представить, чтобы в ином случае сделали мои родители.

– Душа моя, знаешь, что мы сейчас сделаем? – Я беру Марту за руку. – Напишем список – все-все, что ты хочешь успеть до родов. И составим из него основной и запасной планы.

– Ох, миссис Коттон, теперь понятно, в кого у нас Лина, – с улыбкой отвечает она.

– Зови меня Эйлин, хорошо? Какая уж я теперь миссис.

Я достаю блокнот и пишу на чистом листе: «Список Марты».

– Кстати, а ты поговорила с домовладельцем насчет холла? – вспоминаю я, заметив пункт «привести в порядок холл» в моем списке дел.

Марта устраивается поудобнее и вытирает слезы.

– Точно, хотела же вам рассказать! Идея ему понравилась. Сказал, даже денег выделит. Всего пятьсот фунтов, но…

– Пятьсот фунтов? Нам хватит! – Тут я задумалась, глядя на Марту. Похоже, бедняжка все утро провела на этом диване, оплакивая свою судьбу. – Знаешь что, твоим списком мы займемся немного позже, а пока отвлечемся на не менее важное дело!

– Ох, спасибо! Слез на сегодня и правда достаточно. – Она встает, вытирая глаза. – Вниз по улице есть антикварный магазинчик – может быть, найдем там что-то из мебели.

– У меня есть идея получше, – отвечаю я с улыбкой.

– Господи… – Марта прижимает руки к груди. – Что за место?! Настоящая сокровищница! А это кресло! Это какой же век? Восемнадцатый?

В стремлении добраться до кресла она перелезает через один из многочисленных журнальных столиков Летиции.

– Полегче, милая. – Я смеюсь и поддерживаю ее под локоть. – Без мужской помощи нам тут не справиться.

– Вы правда разрешите использовать вашу мебель? – Марта смотрит на Летицию с удивлением.

– Почему бы и нет? Главное, чтоб дальше не растащили, а так – забирайте. Особенно если… – Она вздыхает. – Мне затея с холлом по душе. И я не против новых знакомств.

Должно быть, в Лондоне много таких людей, как Летиция, – едва ли в других многоквартирных домах атмосфера более добрососедская. Наверное, одному в большом городе тяжело, особенно когда ты сам уже не молод.

– Как ты думаешь, домовладелец разрешит нам использовать холл для чего-то… помасштабнее? – интересуюсь я у Марты.

– Вы это о чем?

– Пока до конца не решила, но… Летиция, у тебя найдется еще несколько столов?

– В подвальной кладовке должны быть.

У Марты такой вид, будто она вот-вот упадет в обморок.

– Еще и кладовка!

– Показывай дорогу, – прошу я Летицию. – И по пути как раз найдем помощников. Есть у меня кое-кто на примете.

Благодаря тонким стенам я узнала, что парочку в сандалиях зовут Руперт и Аврора. Я решительно стучу в их дверь.

Очевидно, гостей Руперт не ждал. Он смотрит на нас с удивлением и рассеянно убирает волосы за уши.

– Здравствуйте… Извините, забыл ваше имя. Айла?

– Эйлин. Эйлин Коттон. Это Марта и Летиция. А вы?..

– Руперт. – Он протягивает руку, запачканную краской. – Точно, Эйлин. Я все хотел зайти и извиниться… Моя девушка становится не особо приветливой, когда у нее новый проект. Она скульптор. В тот день, когда мы впервые столкнулись с вами, она работала над сложной металлической конструкцией, да так увлеклась, что даже про еду забыла… Простите, что она повела себя грубо. И примите извинения от нас обоих.

Моя улыбка становится чуть менее надменной.

– Ну, все мы бываем не в духе, когда голодны, – снисходительно киваю я. – Если хотите загладить вину, сейчас самое время. Идемте!

– Простите, идем куда?

– Заняты чем-то важным? – Я гляжу на него в упор.

– Нет-нет. Дайте только обуться, и я в вашем распоряжении.

Мы стоим в центре холла, окруженные разнообразной мебелью, дневной свет струится сквозь прекрасные окна.

Все смотрят на меня в ожидании, а я начинаю сомневаться в своей затее. В какой-то миг меня посетило былое вдохновение, но потом я вспомнила, с каким безучастным видом встречает мои задумки Деревенский Дозор…

Я делаю глубокий вдох. Ладно, кто не рискует и все такое. Что бы сделала Лина?

– Мы могли бы организовать тут клуб, – говорю я, теребя ремешок сумочки. – Проводить время вместе, играть в домино, «Эрудит». Можно и закуски организовать, если решим, как за них платить. Я в Лондоне всего ничего, а уже заметила, как здесь порой одиноко людям моего возраста. – Повисает молчание. – Простите, наверное, это ужасная идея. Базиль всегда говорит, что мои планы слишком амбициозны… Когда-то я собиралась работать на подобном проекте для молодежи, а сейчас мне кажется важным создать пространство и сообщество для пожилых. – Я беспомощно пожимаю плечами. – Не знаю, возможно ли это. Даже не понимаю, с чего начать.

– Пол, – неожиданно говорит Марта.

Теперь все взгляды устремлены на нее.

– Извините. – Она слегка подпрыгивает на месте. – Под этим затертым ковром наверняка деревянный пол. С него можно и начать, если мы хотим сделать это место более привлекательным. А потом мы можем поставить столы для настольных игр и для игры в карты – бридж, например, мой дедушка любит бридж. А вдоль дальней стены большой стол для закусок. – Она улыбается. – Замечательная идея, Эйлин. И вовсе не слишком амбициозная.

– Нельзя сдаваться, не попробовав! – объявляет Фитц и, подмигнув мне, добавляет: – Так говорит ваша внучка, когда я пытаюсь найти предлог, чтобы не устраиваться на работу.