Городские лисы. 1. приманка - Орлова Марина

Схватив в потёмках свою одежду, Лета рванула на кухню. Щёлкнула выключателем. Но не успела понять, с какой стороны совать ногу в легинсы, как в дверном проёме показался Джанки. Остановился как обычно — равновесно на обеих ногах, руки в карманы, — глядя на неё исподлобья.

— Куда собра́лась? — прозвучало с наездом.

— Домой.

Всё ещё с легинсами в руке, Лета подошла, встала перед ним и вскинула подбородок. Честно говоря, было некомфортно — с голыми ногами, с одних лишь трусах и его собственной футболке, но одёргивать подол она не будет. Подумаешь!

— Весь район шерстят.

— И что? Тебе, вообще, какое дело? — Лета помолчала, однако никакого ответа не получила, так что решила продолжить: — Мож, выйдешь? Я тут одеваюсь.

Однако Джанки так и стоял. Недовольство в его взгляде давило буквально физически.

— Нельзя тут у нас милицаям попадаться. Поставят на карандаш — проблемы будут.

— Ну и? Тебе что? Или… — Лета вдруг сообразила: — Думаешь, про тебя настучу? Про «Ретву»? Ну так не шухерись, я не шелупонь какая-нибудь, чтоб людей вместо себя сдавать.

Парень сделал шаг к ней, впритык. Хотя ростом он был ненамного выше, умудрился нависнуть сверху вниз. Процедил с раздражением:

— Иди ляг. Утром пойдёшь.

Лета хотела было сказать: «Или что ты мне сделаешь?», — но вообще-то ей и самой не хотелось тащиться куда-то посреди ночи. Однако и так просто сдаться, молча уступить она не могла. Так что девушка тоже подалась вперёд — вовсе она не боится и не смущается ткнуться носом прямо в его нос, пусть не воображает о себе! — и, глядя в его карие глаза, сказала:

— А ты извинись.

— За что? — опешив от такой наглости, Джанки даже подался назад и вытаращился на неё.

— За то, что я вообще-то по работе спрашивала — по твоей, которая тебе же и нужна. Чтобы выглядело реально. Чтоб было похоже, что мы вместе и я что-то про тебя знаю. Как с той едой в «Трале».

Он нахмурился с недоумением:

— Какой ещё едой?..

— Ну, тогда. Макароны твои. Всегда подружки едят у своих парней из тарелки, все парни на это жалуются. Вот я и изображала. Чтоб выглядело реально. Правдоподобно. А ты мне предъявил за это.

Парень помолчал, глядя ей в лицо, — теперь уже не щурясь раздражённо, а удивлённо распахнутыми глазами. Словно такая мысль не приходила ему в голову, а теперь он вдруг понял суть произошедшего.

В итоге опустил взгляд и отодвинулся, дав ей пространство. Буркнул:

— Просто мне не нравится. Расспросы эти.

— Вот мог бы с самого начала так и сказать. А не тыкать мне за бабки.

Джанки зыркнул на неё с неожиданной ухмылкой, и Лета в ответ нахмурилась в недоумении. Чего это он развеселился?

— Ладно врать-то, я уговор держу, — парень старался сдержать улыбку, но она расползалась всё шире. Видя недоумение Леты, пояснил: — А уговор был те не тыкать — ни за бабки, ни так.

И тут до неё дошло. Вот же дурак! Но, к сожалению, у неё сдержать улыбку тоже не вышло, так что в итоге они стояли уже как два дурака, вместе хихикая над совершенно тупой шуткой.

— Ладно, — милостиво сказал парень. — Прости, что наехал.

При этом лицо у него было такое, словно одолжение ей делает. Но чёрт с ним, Лета не стала придираться, сойдёт и так.

— Ты тоже прости. За общее дело? — она протянула кулак.

— За общее, — Джанки ткнул своим в ответ.

Девушка положила легинсы к другой своей одежде, лежащей на табуретке, и пошла в комнату. Забралась под покрывало. Всё-таки лежать здесь, в тёплом сумраке, было гораздо приятнее, чем если бы она тащилась сейчас до дома. И стало вдвойне приятнее, когда Джанки лёг рядом.

Вдруг сказал:

— Сама ж, небось, допетрила, что справка — это липовая ксива.

— Ну, допетрила.

— Так чего спрашиваешь?

— Думаешь, мне такую не надо?

— Зачем?

Лета подумала.

— Мм. Наверное, незачем. — Но всё же захотелось набить себе цену: — Ну, мало ли, вдруг всё же возьмут в шоблу. Камень, конечно, не так уж берёт девушек, но вдруг.

— И нафига оно тебе?

Лету задел этот спокойный рассудительный тон. Тоже мне, опытный и многознающий!

Так что она взбрыкнула:

— А тебе нафига?

— Мне надо было. А тебе что шобла даст?

Девушка подумала. Вопрос был неприятный. Какой-то забирающийся под кожу и не находящий там ответа.

Но она всё же попыталась:

— Ну… Сам же знаешь. Городских особо за людей не считают.

— Думаешь, шестёркой тя будут за человека считать?

— Так а какие есть варианты? Что, есть какие-то иные перспективы?! — Лета почувствовала, как мгновенно завелась и закипела.

Очень уж этот разговор напоминал разговоры с матерью, которая настаивала, что нужно поступать, и не куда-то, а в университет — как будто не она сама пролетела с экзаменами, сложила лапки и сдалась. А теперь поучала и рассуждала! Как будто Лета должна была в одиночку превозмочь все жизненные обстоятельства, победить все бури, стать сверхчеловеком и вознестись из их семейки неудачников прямиком в сияющие выси «не хуже, чем у людей».

— Нет, ладно! — выпалила девушка, испугавшись, что сейчас они с Джанки поссорятся. — Хреновая тема, давай сменим. Просто у меня там… в семье… тоже эту тему любят — и ну его.

— Давай сменим, — легко согласился парень. — Так с кем ты за меня раньше трындела? Что за «хмуровский чувак»? Так меня разрекламировал, что ты при встрече аж три раза повторила, что не дашь. Уже там мечтала заранее, что ли? — он усмехнулся.

Лета тоже смешливо фыркнула. Сменить тему было хорошо, тем более на такую — наполовину шутливую, а на другую половину уводящую внимание Джанки с её персоны на левого чувака.

— Ну да-а, — протянула девушка с иронией. — Расписал в лучшем виде. Что ты вообще неадекват, особенно если выпьешь. Но и без бухла не особенно мозги в пазы встают. Хотя, вообще, мне так показалось, что он сам тебя не знает, а с чьих-то слов говорит. Шлам — знаешь такого?

— А-а-а, бля, Шлам! — Джанки рассмеялся так искренне, что Лета даже удивилась. Обычно он больше иронизировал, пряча усмешку в углах губ, а тут заржал от души. Насмеявшись, проговорил: — Да, знаю Шлама. Бля… Это он ещё неплохо про меня сказал.

— А что было?

— Ну… — Джанки помолчал, словно раздумывая, говорить или нет. Но в итоге всё же выдал: — Я его отпиздил за дерево.

— Чего?.. Какое ещё дерево?

— Ну там, понимаешь, росло дерево. То есть так: мы сидели бухали. Потом я пошёл отлить, зашёл под какое-то дерево. Типа большого куста, только лучше. И вот я смотрю на него — а оно офигенное. Я таких никогда не видел, у нас таких не растёт нигде. У него листья такие необычные были. И вот оно в темноте стоит передо мной, и я думаю — оно мне нужно.

— Дерево?..

— Да блин, ты не понимаешь, — оживился Джанки. — Оно было такое красивое! Просто… самое красивое, какое я видел в жизни. И я понял, что хочу его.

— Ну да. Понятно. Почему бы и нет, — серьёзно сказала Лета, внутренне иронизируя над этой странной историей.

Но парень её иронии не заметил, потому что был поглощён воспоминаниями и, кажется, до сих пор находился под впечатлением тех событий.

— Вот, — серьёзно подтвердил Джанки. — И я начал его тащить. Но тока его ж хрен вытащишь. Позвал Шлама. Он пришёл, говорит — ты что, дурак, нахрена оно тебе? Ну, я ему и вломил пизды.

— За дерево, — уточнила Лета.

— Ага. Чтоб не оскорблял его и вообще. Потом мы вдвоём его всё-таки вытащили. Копали там… Тянули. И вытянули. И понесли ко мне домой.

— Вы со Шламом? Вы такие прям друзья были?

— Да не, я его впервой видел. Просто бухали. Остальные разошлись уже, а он один остался. А тут — дерево. Он сначала не хотел, но я популярно объяснил, что или он копает дерево, или я его самого ща под этим деревом закопаю. Так что он бросил мекать и стал помогать, — Джанки рассмеялся. — Ну и вот. Дальше понесли домой. Сначала в лифт его толкали, оно не лезет. Забили, понесли по лестнице. На шестой этаж. А время уже ночь. Я тогда снимал комнату в коммуналке, там хозяйка была злющая, не разрешала вообще никого приводить, особенно с ночёвкой. И вот прикинь: два часа, все спят, а тут мы вваливаемся — бухие и с деревом. В общем, хозяйка меня выставила к херам. Вещи в окно выкинула и говорит: «Пиздуй отсюда вместе со своим кустом».