Хорошие соседи - Евгеньева Оксана

– А ты думаешь у меня есть настроение шутить?

– Твою мать, – заорал Артур. – Какая дура! Боже, какая дура! Я не убивал Вику. Зачем?

– Ну да, сказал бы ты мне что-нибудь другое: я ее убил и радуюсь.

Я видела, как раздражаю Артура, как вызываю в нем ярость. Он уже сжимал кулаки, а тело его выпрямилось. Я ожидала взрыва, но на удивление он сказал тихо:

– Серьезно, я Вику не убивал.

– Тогда зачем твоя сестра сказала адвокату, что ты спал с Юлей? Это же неправда! Она мне не рассказывала!

– Юля любит меня и умеет хранить секреты. – Артур уставился глазами в стол.

– Прекрасно! – вспылила я. – То есть ты хочешь сказать, что все же спал с Юлей, ценил ее любовь и привязанность, но готовился к свадьбе с Викой? В чем ты должен мне признаться?

– Все гораздо сложнее.

– Объясни! – потребовала я.

– Вика меня шантажировала.

***

Я взяла визитку Лилии Разиной и набрала ее номер.

– Слушаю, – ответил уже знакомый голос.

– Вика шантажировала Артура. Она манипулировала им. Вся их свадьба была не больше, чем мыльный пузырь. А сама Вика – дьявол в юбке.

– Сюзанна?

– Анна, я же просила. Да, это я. От меня только что вышел Артур. Он мне много чего рассказал. – соврала я, потому что Артур сидел рядом со мной и смотрел на свои обкусанные ногти.

– Так, давай по порядку.

– Вика шантажировала Давыдова. Он не будет говорить об этом никому, и в полиции не признается. Борисова взяла его за яйца, хотела, чтобы он женился на ней.

– Зачем? – спокойно спросила Лилия, будто записывала за мной под диктовку.

– Нашла у кого спросить! – Я не заметила, как сама перешла на «ты». – Но со слов Артура, ей так было удобно. Брак с Давыдовым был выгоден и красив, родители Вики считали его неплохой партией, подруги поголовно завидовали. Даже тот факт, что Юлька была влюблена в Артура – вызывал у Вики азарт. Это не мои мысли, это слова Артура. Вика Борисова не скрывала своей радости от того, что причиняет Юле боль.

– Получается, у Артура и Юли был весомый мотив.

– Я думаю, что Юля подозревает Артура. И поэтому шлет мне свои записки… дура. А Давыдов говорит, что он никого не убивал. У него есть алиби на ночь убийства.

– Да, я смотрела материалы. Его алиби подтверждают несколько человек, но надо еще разобраться, что это за люди. Артур как возможный убийца нам бы подошел. Он влюблен в Юлю, Вика его шантажирует. Он убивает невесту и валит все на любовницу. Отличный узор!

«Из него убийца, как из говна пуля», – подумала я, а в слух сказала:

– Вика не была пушистым ангелом. Если она шантажировала собственного жениха, то не сомневаюсь, что были еще желающие ее пристукнуть. Передай, пожалуйста, Юле, что Артур невиновен. Иначе она точно себя оговорит. Скажи ей про алиби. И еще. Артур готов помогать. Финансово. У него есть деньги, и у меня они есть. Мы готовы вложиться в это дело. И заплатить за услуги.

– Надо искать мотивы. Нужно, чтобы Артур вспомнил всех Викиных подруг. Всех, кто терся и крутился возле нее. Мы сможем помочь Мельниковой только в том случае, если найдем настоящего убийцу.

Я положила трубку и посмотрела на Артура. Он сидел на табуретке сгорбившись и подпирал голову рукой, как будто она весила тонну. Я же, на удивление, о своей мигрени позабыла вовсе.

– Ты уверен, что Лилия Разина сможет вытащить Юлю? Она бесплатный адвокат. И выглядит крайне ненадежно, – спросила я у Артура.

– Я слышал о ней. Она очень мутная, но говорят, у нее хорошие связи. Чуть ли не Артюхин, глава местный, чай с ней пьет раз в месяц. Ее мужик – бывший мент, сейчас у него свое детективное агентство. Можно было, конечно, вкинуть деньги в каких-нибудь столичных адвокатов с обширной практикой, но есть проблема. Я слышал разговор отца с Борисовым и знаю, что сейчас будут всячески сливать это дело. Огласка не нужна никому. И Юля не нужна никому. Дело закроют, и Мельникову посадят. Всем это очень удобно. Особенно Юлиному папаше. Уже осенью новые выборы. Разина вцепится в это дело как собака в кость. У нее какие-то личные мотивы и ненависть к правящему классу. Это не мои слова, это отец так кричал, когда чемоданы мои паковал. Он сказал, что Разина если возьмется за дело, измажет и изваляет всех в говне и будет стоять до последнего.

– Но почему Юлин отец так поступает? Я не могу понять, она же единственная дочь, – спросила я, доставая чашки и разливая в них ромашку с мятой.

– Потому что он засранец. Ему карьера дороже. Мне Юлька о нем много рассказывала. И знаешь, причин ей не верить у меня нет. Он ушел из семьи формально – лет десять назад. Но фактически с самого начала делал карьеру, а на Юльку с матерью ему было плевать. Я знаю этот путь изнутри и скажу тебе откровенно: не каждая женщина вынесет в принципе врача в семье. Это должна быть очень влюбленная или очень самодостаточная натура. Но выдержать врача, который сделал карьеру и пошел во власть, – это вообще вышка. Юлиной маме это оказалось не по зубам. Она первая свернула налево. Поэтому папашка – вроде как не предатель, а жертва. Мать Юли сама от него ушла. Там много всего намешано. И отцовской любви если и есть хоть капля, то она вся пересохла от осознания, что все утренние газеты сегодня написали «Дочь Мельникова лишила жизни наследницу знаменитого кардиохирурга Борисова!». Я знаю эти игры. И в них принято избавляться от балласта, чтобы не утратить равновесие системы. Леонид Мельников с запятнанной репутацией может стать таким балластом. Поэтому ему проще скинуть дочь, чем самому провалиться в бездну.

– Ублюдок. У меня просто зла не хватает. Получается, Юля одна против всех. – Я внутренне сжалась от этой мысли, потому что ситуация мне была очень знакомой. – Лилия сказала, чтобы ты вспомнил всех, кто мог пересекаться с Викой и иметь на нее зуб. Нужна хоть какая-то зацепка. Какие-то имена и мотивы.

– Юля следила за Викой, – сказал Артур тихо, а я замерла с чайником в руках. – Она хотела собрать на Борисову компромат, чтобы избавить меня от шантажа. И я знаю, что Юля что-то нарыла. Нашла какую-то старушку с интересной информацией. У Юли есть блокнот, небольшой. Она туда все записывала. Я знаю, что она прячет его дома в мягкой игрушке. Может быть видела – такой большой белый медведь? У него молния на спине.

Я смотрела на его лицо, но на нем не было никаких новых чувств: усталость, подавленность, страх. Он говорил спокойно, без эмоций.

– Так, может, ты сам достанешь этот блокнот? – спросила я. – Юля же для тебя старалась! Нам нужна эта информация. Там может быть реальный мотив и имя убийцы.

– Я не могу, – сказал он. – Отец настаивает на том, чтобы я как можно скорее отправился на практику в Корею. Он поднял все свои связи и давит на меня. Пока пресса не угомонится, мне лучше исчезнуть на время. От этого зависит мое будущее. А пока я здесь – сидеть тихо и не высовываться. Понимаешь, какой скандал: мою невесту убила моя любовница. Да это клеймо в этом городе! Меня за врача считать никто не будет!

– А как же Юля? – спросила я.

Он не ответил. А я все поняла и без слов. Крысы первыми бегут с корабля. Я смотрела на него, и не было у меня к нему ни грамма жалости. Правда, отвращение, которое Артур вызывал у меня вызывал раньше, – тоже прошло. Передо мной сидел слабый человек. Тряпка. Но не мне судить, не мне. И что Юля в нем нашла?

– Ты не знаешь, почему Юля на это пошла? – спросила я.

– На что? На слежку?

– Нет. На отношения с тобой. Она же знала, что ты женишься. Что Вика тебя шантажирует, и ты идешь у нее на поводу. Почему Юля на это пошла? Это же приговор: она всегда будет любовницей при тебе.

– Не знаю, – ответил Артур так, как будто никогда об этом не задумывался.

– Ты сможешь написать мне список подруг? Тех, у кого с Викой были какие-то ссоры? Или внезапное охлаждение отношений. Может быть, получится подключить частного детектива, я знаю, что при адвокатских конторах такие есть, и нащупать хоть что-то, что поможет Юле?