Коломбо. Пуля для президента (ЛП) - Харрингтон Уильям

— Откуда у него карта?

— Пол раздавал карты своим подружкам, — ответила Алисия. — У Карен Бергман наверняка есть карта, хотя я её никогда не видела. У Джессики О’Нил была. У Бобби Анжелы должна была быть. А раз была у неё, то и её отец мог до неё добраться.

— Чем этот человек зарабатывает на жизнь? — спросил Коломбо. — И где его искать?

— Он работает в казино в Вегасе, — ответил Тим. — Играет на гитаре, хотел стать кантри-певцом. Он работал крупье в нескольких казино. У него были проблемы с законом, этот человек сидел в тюрьме.

— Я пробью его по базе, — пообещал Коломбо. — «Верджил…» Не одолжите карандаш?

— Присмотрели что-нибудь в меню, лейтенант? — спросил Белл.

— А что порекомендуете, сэр?

— Салат из морепродуктов хорош.

— О, это подойдёт. Звучит очень неплохо.

Официантка вернулась с напитками, и Белл заказал обед. Затем он спросил Коломбо, чем тот занимался в Нью-Йорке.

— О, я из самого города, с Манхэттена: та часть, что ближе к Чайна-тауну. Самая обычная семья. Обыкновенная большая семья. У меня пять братьев и сестра. Я был обычным пацаном. Полагаю, двумя главными интересами в моей жизни, когда я был мальчишкой, были пинбол и бильярд. Когда я начал встречаться с будущей миссис Коломбо, она сказала мне, что я должен стать кем-то, если хочу на ней жениться. Вернувшись из армии, я подготовился к экзамену в полицию и попал в ряды «Лучших парней Нью-Йорка», двенадцатый участок. Одному старому сержанту-ирландцу я приглянулся, и он меня натаскал. В Лос-Анджелес я приехал навестить дядю. Мой дядя играл на волынке в оркестре масонов. Он уговорил меня остаться. Я подал заявление в полицию Лос-Анджелеса, и вот я здесь; с тех пор тут и служу. Думаю, я счастливый человек. Я люблю свою работу. Не многим из нас удаётся зарабатывать на жизнь тем, что действительно любишь делать.

Алисия заметила, что её прошлое не сильно отличается от прошлого Коломбо. Она была из Нижнего Ист-Сайда, семья греческая. Она тоже выросла в большой семье: двое бабушек-дедушек и тётка жили в одной квартире с её родителями, двумя сёстрами и братом. Она сама оплачивала учёбу в Городском колледже Нью-Йорка, работая официанткой, а иногда и натурщицей в художественных классах. Диплом она получила по специальности «драма и телепроизводство». Алисия вышла замуж за Грэма вскоре после выпуска, через два года развелась, а потом приехала в Калифорнию.

Тим был коренным калифорнийцем, как Белл — техасцем. Оба унаследовали огромные деньги.

— Алисия никогда не была в Европе, — сказал Тим. — Я собираюсь повезти её туда в наше свадебное путешествие.

— О, вы двое женитесь? — обрадовался Коломбо. — Это здорово! Поздравляю!

Алисия, которая к тому времени уже почти покончила с обедом, отложила вилку.

— Мы ещё не делали официального объявления, — твёрдо сказала она. — Слухи ходят, но это всё ещё конфиденциально.

— Ваш секрет умрёт со мной, мэм.

Она с минуту смотрела на него, проводя языком по зубам. Потом закурила.

— Коломбо, вы просто кадр! — ухмыльнулась она. — Как Черчилль говорил об одном парне: «Скромный человек, у которого есть веские причины быть скромным». Вы — скромный человек, у которого нет причин для скромности. Не хотела бы я быть преступником, которого вы преследуете.

Коломбо покачал головой.

— Всё, что я делаю, мэм, — это выполняю свою работу настолько хорошо, насколько могу.

— Но не сбрасывайте со счетов Карен Бергман, лейтенант. Не удивлюсь, если, когда мы найдём завещание, окажется, что Пол оставил крошке Карен немного денег. В любом случае, последняя женщина, с которой он был, всегда оказывалась той, кто питал к нему меньше всего нежных чувств.

— Я буду иметь это в виду. Интересное замечание. И, э-э, думаю, мне пора. Уверен, вам есть о чём поговорить. Слушайте, э-э… позвольте мне заплатить. Я не должен позволять вам оплачивать мой обед.

— Ни в коем случае, лейтенант, — возразил Белл. — Забудьте! Мы благодарны за ваш тяжёлый труд. Вы работаете в субботу. Мы вам очень признательны.

— Ну, спасибо огромное. Я правда ценю это. — Он отодвинул стул и встал. — Чёрт, я же так и не сдал плащ. Ну да ладно… Ещё раз спасибо.

— Удачи, лейтенант, — отозвался Тим. — Надеемся вскоре увидеть вас снова — и услышать, что вы раскрыли дело.

— Я тоже на это надеюсь, сэр, — ответил Коломбо, пятясь и запихивая маленький плеер обратно в карман плаща. — До свидания. О… ах, минуточку. Есть одна мелочь, которая меня немного беспокоит. Ничего важного, понимаете. Просто один из тех висячих концов, как шелуха от попкорна в зубах, от которой никак не избавиться. Знаете такое чувство?

— Что именно, лейтенант? — уточнил Тим, так как Коломбо явно обращался к нему.

— Ну, сэр… вы сказали мне, что вы и миссис Друри поехали на пляж Блокер и пробыли там… Сколько? Час? Верно? И поехали вы туда, чтобы уединиться. Но, сэр, разве там не трудновато найти уединенное местечко? Он вроде как закрыт после заката, но на деле там полно детворы, на песке, в воде, они везде тусуются. Я просто задумался об этом. Одна из тех мелочей, которые не дают мне покоя, когда я чего-то не понимаю.

— В таких местах уединение всё же возможно, лейтенант. Раз сотня людей в сотне машин делают то же самое… Если вы понимаете, о чём я.

— О! Ну конечно, понимаю, о чём вы. Разумеется. Вы и миссис Друри — взрослые люди, у которых есть свои дома, где можно уединяться сколько угодно.

— Вы когда-нибудь слышали о романтике, лейтенант? — спросила Алисия. — Попробуйте как-нибудь вечером вывезти туда миссис Коломбо с той же целью. Это пойдёт на пользу вашему браку.

Коломбо кивнул и застенчиво улыбнулся.

— Надо же, спорю, так и будет. Спасибо, миссис Друри! Спасибо.

В машине у Коломбо не было радио, поэтому он остановился у стойки администратора и спросил, где телефон-автомат. Женщина за стойкой смерила его взглядом и заявила:

— Наши гости не пользуются телефонами-автоматами, сэр. Телефонная кабинка номер три свободна. Можете позвонить оттуда.

Коломбо вошёл в маленькую комнатку и закрыл за собой дверь. Он снял трубку и набрал номер управления. Когда оператор ответил, он попросил соединить его с архивом.

— Архив слушает.

— Это лейтенант Коломбо, убойный отдел. Пробейте мне одно имечко. Верджил Меннингер. Там три буквы «н».

— Повисите, лейтенант.

Он поглядывал через окошко в двери, слушая, как клерк в архиве стучит по клавишам компьютера. На телефонном столике стояла пепельница и лежали фирменные спички клуба, так что он закурил сигару.

— Лейтенант?

— Да…

— Меннингер, Верджил К. Насколько подробная информация вам нужна? Родился в 1950-м, Тексаркана, Техас. Э-э… сидел в Техасе и Оклахоме. Кражи, мошенничество. Арестовывался в Лос-Анджелесе, Сан-Диего и Сан-Клементе, везде по подозрению, обвинения сняты. Подозрение в краже, один раз угон и дважды мошенничество. Последний известный адрес — Лас-Вегас, Невада, где он подал на лицензию для работы крупье в казино. Это было в ноябре 1986-го. С тех пор чист. Лицензия выдана. Последнее продление в ноябре 92-го. Годится?

— Есть что-нибудь на его дочь? Барбара Меннингер.

— Секунду.

Коломбо улыбнулся мужчине, который пялился на него через стекло двери, не зная, то ли ему просто любопытно, то ли нужен телефон. Мужчина резко отвернулся и пошёл дальше.

— Лейтенант?

— Да?

— Меннингер, Барбара, она же… Иисусе! Также известна как Бобби Анжела! Это же та…

— Верно. Певица.

— Родилась в 1973-м, Уэйко, Техас. Арестована полицией Лос-Анджелеса 3 января 1992 года, пьянство и нарушение общественного порядка. Отпущена 4 января, обвинения не предъявлены. Других приводов нет.

— Что ж, спасибо. Вы очень помогли.

Он набрал другой номер, позвонив на прямую линию капитана Сигеля.

— Как насчёт санкционировать командировку в Лас-Вегас, капитан? А? Ну, знаете, я тут подумал туда смотаться, сходить на пару шоу, попытать удачи за столами. Убийство Друри. Вот зачем, убийство Друри. Верно. Понял. Ладно, спасибо. Сяду на самолёт, как только предупрежу обо всём жену.