Из крох информации удалось составить примерный портрет Ларисы. Миниатюрная блондинка двадцати шести лет с кукольным личиком. Такие нравятся олигархам. Для своего возраста достаточно умная, чтобы не влипать в медийные скандалы. Ничего предосудительного в прессе. А пресса любит горяченькое. Уж, несомненно, если бы было за что зацепиться, они бы не упустили и раздули бы. Несколько видео с каких-то банкетов и презентаций убедили меня в том, что Лариса не относится к этаким экзальтированным кривлякам, считающим, что, если муж миллиардер, то весь мир должен пасть перед ней ниц.
Я увеличил её фото и вгляделся в лицо. Симпатичная, да ещё и умело наложенный макияж добавил эффекта. Но, всё природное, без пластики. Другая бы при таких финансовых возможностях носик поаккуратнее сделала бы, скулы повыше и губы с большой вареник. И взгляд мне понравился. Уверенный и спокойный. Без доли превосходства или высокомерия. Умный взгляд. Такая вполне могла затеять какую-то свою игру. А это значит, что мотив похищения может быть не только благосостояние её мужа, а ещё и что-то своё.
Этим, кстати, можно объяснить отсутствие требований выкупа. Зарецкому никто не звонил. Он и не знал о похищении, пока сам не приехал к ней в квартиру. Во что же ты вляпалась, девочка? Покопавшись в интернете, выяснил детали её биографии. Родом она не отсюда. Родилась в маленьком сибирском городке. В девичестве Уланова. Закончила пединститут по специальности преподаватель русского языка и литературы. Три года назад переехала в наш город и, каким-то чудом, почти сразу умудрилась где-то пересечься с Зарецким и очаровать его. Как бы то ни было, но роман у них скоропостижно перерос в шикарную свадьбу.
Больше ничего интересного раскопать не удалось. Теперь, фотки. Повезло, что в основном с курортов. Местных только процентов десять. И, в отличие от современной молодёжи, совсем нет селфи. Таких, вроде: «Я и борщ», «Я и пицца», «Мой новых халатик», «Я в крутом бутике» и так далее. Всё лаконично и по делу. Вот, они вместе с Зарецким на каком-то приёме. А эта – на фоне шикарного трёхэтажного особняка с тем-же чихуа-хуа, что и в интернете. И везде спокойная расслабленная поза и никакого манерного поведения.
Следующее, это телефонная книга. Номеров там забито много, но меня интересовали те, с которых, или по которым были звонки наиболее часто. Их оказалось всего шесть. Ирина косметолог и Даша маникюр оставил на потом, а Ленчик, Игорь друг, Сёма и Оля мне показались перспективными. С ними однозначно стоило поговорить. Хотя, списывать со счетов косметолога и маникюршу не стоит. Процедуры у них длятся часа по три, а там, волей-неволей разговоришься. Значит, и с ними нужно побеседовать.
Салон «Прима» даже внешне дышал презентабельностью и словно предупреждал: «Загляни в кошелёк, проверь свой счёт и подумай, по деньгам ли тебе сюда зайти?». На стоянке чинно стояли «Бентли», «Мерседесы», «Лексусы» и другие марки, не доступные простым смертным. Тучи разошлись, и выглянувшее из-за них солнце заиграло на огромных витринах в хромированных рамах. Потемневшая от сырости красная ковровая дорожка вела через широкое крыльцо в две ступеньки к большим стеклянным дверям, через которые, наверное, можно проехать на лошади. Обратил внимание на то, что положенного пандуса для инвалидных кресел не было. Видимо, подразумевается, что инвалидам здесь нечего делать.
Стеклянные двери раздвинулись, и оттуда выбежала невысокая женщина лет сорока в накинутом на плечи светло-розовом кардигане.
– Это вы мне звонили? – поинтересовалась она, заправляя за ухо прядь обесцвеченных волос.
– Да, Даша. Меня зовут Стас.
– Я знаю. Вы представились, когда мне звонили.
– Я частный детектив и хочу задать вам несколько вопросов. Где бы мы могли поговорить спокойно?
– Через дорогу есть уютный кафетерий. Можно там.
– Прекрасно. Ведите.
Мы перешли через дорогу и вошли в полуподвальное помещение. Действительно, довольно уютно. Стены отделаны панелями «Под дуб», деревянные, нарочито грубо сколоченные столики, мягкие банкетки, люстра, стилизованная под тележное колесо, бра в виде керосиновых ламп над каждым столиком и барная стойка из дерева. В воздухе витал запах кофе и ванили, а бариста за стойкой колдовал над туркой, готовя в раскалённом песке кофе по-турецки.
Стоило присесть, как перед нами появился официант – молодой курносый парень с пронзительно голубыми глазами в белом фартуке поверх белой рубашки и чёрных брюк. Мы, не сговариваясь, заказали по чашке «Американо». Я предложил ещё дессерт, но Даша отказалась, выразительно покосившись на свои пухленькие формы. Женщины, что ещё сказать? Они искренне считают, что случайное пирожное может отложить у них на боках килограммы жира. И переубедить их в обратном невозможно.
– Честно говоря, я впервые разговариваю с частным детективом, – улыбнулась Даша. – Да и вообще впервые вижу. Думала, что такое возможно только за границей.
– Нет, – я улыбнулся в ответ. – Такое возможно и у нас. Можете меня потрогать, чтобы убедиться.
– Верю, – трогать меня она не отважилась. – Так, о чём вы хотели со мной поговорить?
– Скорее, о ком. Скажите, вы хорошо знали Ларису Зарецкую?
– Ларису? Ну, как хорошо? Раз в три недели она приходит ко мне на маникюр. Очередная запись на послезавтра. Вот и всё. Никакой дружбы или близких отношений.
– И вы молчите, когда ногти ей красите?
– Нет, конечно. Разговариваем. Ногти, как вы говорите, красить, занятие не быстрое.
– Я что-то не так сказал?
– Маникюр, это не про кисточку с лаком. Это уход за руками. А покраска – заключительный этап.
– Вам виднее.
– А к чему эти вопросы?
– Я расследую дело об исчезновении Ларисы.
– Она пропала?
– Да. Предположительно, её похитили. Виктор Петрович Зарецкий обратился ко мне. Так, о чём вы разговаривали?
– Так, о разном. Ничего серьёзного.
– И, всё-таки?
– Обычный бабий тёп. Шмотки, цацки, мужики…
– А подробнее?
– Да ничего такого. Новая коллекция сумок Луи Виттон из Рима, платье от Шанель из Парижа, брюлики из Лондона… Красиво жить не запретишь.
– А про мужиков?
– Про мужей трепались. Но она ничего конкретного не говорила. Просто, что муж её любит, ни в чём ей не отказывает. На Мальдивы возил, про Багамы рассказывала.
– И всё?
– В последний раз говорила про какого-то старого знакомого, которого недавно встретила.
– Какого знакомого? – что-то заставило меня насторожиться.
– Не знаю. Она просто сказала, что не ожидала его здесь увидеть. Они познакомились в её родном городе где-то в Сибири.
– И больше ничего?
– Ничего.
Информативного мало. Интересно, о чём можно болтать три часа подряд и не сказать ни капли конкретики? Однако, старый знакомый, появившийся в городе, меня заинтересовал. У нас не Москва и не Питер, чтобы два человека, предварительно знакомых, встретились за тысячи километров от своего родного заштатного городка. Я в такие совпадения не верю. Кстати, необходимо выяснить, зачем Лариса переехала сюда? Опять же: у нас не Москва и не Питер.
Ирина косметолог тоже не сказала ничего конкретного, но подтвердила слова Даши о старом знакомом. И опять ни имени, ни фамилии, ни профессии. Даже уважение к Ларисе появилось. Есть аж две пары свободных ушей, а она только на общие темы разговаривает. Обычно, маникюрши в курсе личных дел клиентов даже больше, чем члены семей. Ленчик из телефона далеко не сразу согласилась на встречу. Только после того, как я рассказал ей о пропаже Ларисы и прислал скан своего удостоверения частного детектива, она пригласила меня к себе.
Отзвонился Чингиз и сказал, что номер, с которого посылали угрозы Ларисе, зарегистрирован на деда, который умер в прошлом году. Вполне ожидаемо. Анонимные угрозы со своего легального номера ни один нормальный человек рассылать не будет. Но ниточку проверить стоило. Поручил ему поговорить с Игорь-друг, Семой и Олей, а сам поехал к Ленчику.
