По ту сторону зла - Селезнева Екатерина

— Да уж, курорт еще тот! — с улыбкой ответила Юля.

— Ну чего налетели-то? Юльчик, мы тут тебе привезли вещи, продукты, не знаем, правда, что тебе можно, что нельзя! Но уже привезли! — прервала парней Дарья.

— Ключи от квартиры вернули соседке твоей, а то мало ли что! — перебила ее София.

— Помолчите хоть секунду, дайте человеку рассказать все нормально, — осадил всех Павел.

Юлия рассказала, что помнила, о недавнем визите Арсения, но о прогнозах врачей упомянула лишь украдкой. Она не захотела говорить, что может навсегда остаться в инвалидном кресле, и не столько из-за реакции своих друзей, сколько сама боялась признать этот факт.

— Да уж… Такая себе история, конечно. Ну, ничего, сейчас вот поправишься, и все встанет на свои места, — с уверенностью заявил Павел.

— А насчет этого индюка — не бери в голову, поправишься и найдешь новую классную работу, с твоими-то навыками и опытом! Еще увидишь, назад звать будут! — пытался разрядить обстановку Витя.

«Знали бы вы, друзья мои, какие на самом деле прогнозы», — думала про себя Юля.

В палату зашел врач.

— Я вижу, у нас тут все хорошо? Рад, что поднимаете Юлечке настроение! Позитивный настрой в такой ситуации — самое важное! — деловито произнес врач.

— Да мы уже собирались уходить, еще ехать миллион лет обратно! — ответила, не поднимая головы, Дарья.

— Как?! Уже? Ну, останьтесь еще ненадолго, — начала упрашивать Юля.

— Даша права, надо уже ехать, пока доедем, пока то-се… — поддержала подругу София.

Юля молча, смиренно кивнула, и друзья начали собираться домой.

— Ну, все, не грусти, Юлькин-булкин! — сказал Саша.

— Я же просила, не называй меня так! — улыбнулась Юля.

— Через пару дней ждем тебя уже дома, да? Сходим в поход или погуляем, все наладится! — позитивно пытался закончить беседу Виктор.

Друзья попрощались с Юлей и пошли быстрыми шагами к выходу. Уже выйдя на улицу, Дарья вдруг сказала:

— Ой, ребята, я, пожалуй, схожу кое-куда, ехать далеко, не хочу потом терпеть всю дорогу, я быстро.

Компании для похода в туалет у Дарьи не нашлось, и она пошла быстрыми шагами по коридору больницы, рассматривая таблички на дверях и указатели. Уже выходя из уборной, она заметила врача Юли в глубине коридора. Он тоже ее увидел и решил подойти.

— Вы молодцы, что приехали, ей сейчас очень нужна ваша помощь не только моральная, но физическая, реабилитация будет долгой, но шанс есть всегда, — начал говорить спокойным тоном доктор.

— Шанс? О чем это вы? — спросила Дарья

— Она вам не сказала? — уже пожалел, что начал этот разговор, врач.

Смекнув, что теперь доктор не скажет всего, Дарья решила включить всю свою хитрость:

— Понимаете, Юлечка такая гордая, она никогда не будет жаловаться. Но мы, ее друзья, должны знать, как ей помочь, как подготовиться, что для этого нужно? Понимаете? — очень мягким, почти «лисьим» голосом сказала Дарья.

— Конечно, самое главное — это поддержка близких. Видите ли, при аварии очень сильно пострадал позвоночник и… — продолжил врач.

— Вы думаете, она больше не встанет? Не говорите так, я уверена, что можно что-то сделать! — с искренним удивлением спросила Дарья.

— Думаю, нужно верить в лучшее. Я за годы практики видел всякое: молодых спортсменов, которые умирали на операционном столе за секунды, и курильщиков, которые дожили до глубокой старости, поэтому не все в наших руках. Но я уверен, что если пройти нужную реабилитацию, и с вашей поддержкой, есть очень неплохие шансы на выздоровление, — оптимистично заверил врач.

«Нашей поддержкой, как бы не так! Пусть ее богатенькие родители поддержат или ее многочисленные ухажеры! Посмотрим, кому теперь ты будешь нужна, калека!» — подумала про себя Дарья, но вслух сказала только:

— Конечно, доктор, мы сделаем все, что от нас зависит. До свиданья!

Дарья вернулась к своим друзьям и поспешила поделиться новостями, которые случайно узнала, тщательно скрывая свое внутреннее ликование.

— Ну сколько тебя можно ждать? Ты что там, туалет этот строила что ли? — негодуя, спросил Саша.

— Ребята, у меня для вас плохие новости, я встретила Юлиного врача! Она не все нам сказала! Врач говорит, они сделали все, что могли, но, к сожалению… — Дарья сделала драматичную паузу, — к сожалению, Юля больше НИКОГДА не сможет ходить, у нее нет шансов встать на ноги, и после операции ей предстоит еще очень долгая и дорогостоящая реабилитация, чтоб хотя бы ездить на коляске и элементарно себя обслуживать.

Друзья стояли молча, не зная, что на это ответить. Первым заговорил Витя:

— Так, подождите, неужели ни одного шанса? Есть люди, кто на колясках паралимпиады выигрывают, разве нет? Ну, скажи Паша, ты же спортсмен, разве так не бывает?

— Что ты хочешь услышать? Да, так бывает, только Юля не паралимпиец, и ситуации разные, а представь, сколько займет времени реабилитация… И сколько денег, это не просто квартиру в кредит взять. А самое главное, все это может не помочь, — очень тихо и отчаянно ответил Паша.

— Ну не знаю, у нее есть родители, есть накопления, я думаю все будет… нормально, — сказала София, глядя в сторону, как будто там показывали что-то очень интересное.

— Вот именно, наша задача — поддержать морально? Мы — поддерживаем! От нас никто ничего не просит, так что хватит эти сопли развозить, поехали домой, я есть хочу как волк, — подытожил Саша.

Вся компания друзей направилась к машине Виктора. Это был старый добрый седанчик, видавший лучшие годы своей жизни, но для Виктора машина была лишь средством передвижения, и вполне его устраивала. Приехав в свой город, Виктор развез друзей по домам.

Утром следующего дня Юля проснулась с мыслью о том, что надо подписать документы и покончить с этим, разорвав всякое общение с теперь уже бывшими коллегами.

«Нет смысла держаться за место, где тебя не ценят и где ты больше никому не нужна, пусть платят компенсацию, и покончим с этим», — подумала Юля и взяла в руки документы.

В бумагах было сказано, что она соглашается на предложенные ей условия, однако сумма компенсации не была указана.

«Да какая разница, это ничего не изменит», — подумала Юля и подписала документы. Затем она написала сообщение директору о том, что согласна на его условия, что документы подписаны, и он может прислать курьера их забрать.

Через пару часов у ее палаты уже стоял молодой парень в форме курьера фирмы, где Юля больше не работала.

— Скажите, а на какую сумму я могу рассчитывать? – решила спросить Юля, понимая, какой ответ за этим последует.

— Я не знаю, девушка, я лишь должен забрать бумаги и привезти в офис, — с улыбкой ответил парень.

Затем он посмотрел документы, и убедившись, что все подписи на месте, попрощался. Через пару часов на телефон Юли пришло два уведомления: одно о переводе очень скромной суммы, больше напоминающей сдачу в магазине, и уведомление о том, что она больше не является сотрудником данной фирмы по ее же собственному заявлению.

«Мда… Этих денег мне не хватит даже на бинты, не говоря уже о реабилитации. Вот же сволочи! Ну ничего, у меня есть свои сбережения, слава Богу, хватило ума хоть что-то откладывать, родители сами платят за мою квартиру, так что этого хватит на первое время. А вот со всем остальным тяжелее. Но у меня есть друзья, я не одна, так что все будет хорошо», — пыталась позитивно мыслить Юля.

На следующий день никто не приехал, сославшись на большую занятость и удаленность больницы. Но остались сообщения, звонки и веселые картинки с мемами, которые друзья отправляли с регулярной частотой. Спустя еще неделю сообщений становилось все меньше, а звонки и вовсе прекратились.

А спустя еще одну неделю на звонки и сообщения никто не отвечал, и только когда Юля уже пересела в инвалидное кресло, к ней в палату зашел Витя:

— Привет, Юлек! Как ты тут? — поздоровался Витя.

— Привет… Я уже думала вы меня… заблокировали! — грустно ответила Юля.