Под его теплыми ладонями мое тело, замерзшее под дождем, разогревалось. Или жар шел изнутри?
Я перестала думать и пытаться представлять себе, как все произойдет. Все уже происходило. Рэй мягко заставил меня опуститься на журнальный столик. Шары под потолком означали самый настоящий праздник, а я была десертом.
– Как мне нравится этот вид, – послышался голос Эрика.
Приподняв голову, я увидела, что он стоял прямо передо мной, а потом наклонился и раздвинул мне ноги пошире. Голову потянули вниз – Рэй позади, на коленях, опустился для еще одного короткого поцелуя.
Теперь меня ласкали четыре руки и целовали две пары губ. Я сходила с ума от ощущений, но пока способна была понять, чьи пальцы болезненно сжали мои соски, а чья ладонь легла мне между ног.
А потом я окончательно рухнула в бездну чувств. Эрик кусал мои бедра, посылая волну мурашек по всему телу, и она разбивалась о губы Рэя, который покрывал мои шею и плечи невесомыми поцелуями.
Я была их девочкой. Их обоих.
От этой мысли все внутри приятно сжалось, и ласки – каждое прикосновение – подводили меня к краю, за которым плескалось безумие. Еще секунда – и я была готова прыгнуть вниз, уже осознавая, что пути обратно не будет.
Эрик и Рэй разрушали для меня все понятия близости, их движения были настолько отточенными, словно мы репетировали это тысячу раз.
Почувствовав язык между своих ног, я не удержалась от долгого стона – и в ту же секунду боль пронзила один из моих сосков. Открыв глаза, я увидела, как Рэй уже хватает зубами второй. Еще никогда сочетание боли и удовольствия не было настолько одновременным и настолько же возбуждающим.
Я готова была умолять прекратить эту пытку: пустота внутри ощущалась особенно болезненной. Страсть в душе кипела и бурлила, угрожая выжечь все к черту, если ей не дадут выплеснуться на волю. Я подняла руки и потянулась к брюкам Рэя – мне было это необходимо.
Громкий шлепок по запястью намекнул, что этого делать было нельзя.
– Пожалуйста, – взмолилась я. – Мне нужно.
– Я не разрешал тебе касаться, – строго ответил Рэй.
Тут же Эрик вошел в меня пальцами, словно отвлекая, и от невозможности происходящего закружилась голова.
– Тебе жалко? – послышался его насмешливый голос. – Она заслужила.
– Только если в честь праздника, – Рэй наклонился ниже, к моему уху, – потому что такие грязные жадные шлюхи не должны трогать то, что им не разрешали.
Он расстегнул ремень, сам разделся и снова встал на колени, опуская мою голову вниз, заставляя свисать с края столика.
– Сколько раз тебе нужно будет хлопнуть по мне, чтобы прекратить?
– Два, – выдохнула я.
На секунду и Эрик и Рэй выпустили меня из рук. Снова стало холодно и пусто, в панике я едва не потянулась к живому, настоящему телу, которое напомнило бы, что все это не сон… И они вошли в меня с двух сторон.
Это было слишком невероятно – теперь сомнений в том, что я сплю, не оставалось. Чувства взорвались одновременно, кожа вспыхнула миллионами искр, и оргазм неожиданно оказался настолько близок, что я едва сдержалась.
Слишком хорошо. Слишком много. Рэй вошел глубоко в мое горло, задержался и ласково пробежался пальцами по открытой шее, пока я пыталась вдохнуть воздух, который вдруг закончился в легких. Послышался шорох одежды, и после него на секунду Рэй подался назад.
На мой живот со звонким шлепком опустился кожаный ремень. Я вздрогнула, застонала, и все вокруг превратилось в ничто.
Там, где кожа расцветала пламенем от ударов, тут же появлялись нежные прикосновения. И теперь я не смогла бы сказать чьи, но этого уже и не требовалось. Мы перестали быть отдельными личностями, и то, что с нами происходило, не было похоже ни на что.
Жаркая грубость Эрика. Расчетливая жестокость Рэя. Стремление быть их игрушкой, которое вырывалось из меня. Каждое движение во мне пробуждало желание раствориться в ощущениях, полностью отдавшись во власть обоим моим мужчинам.
Теперь это были мы. И лучше этого ничего в мире не существовало.
Меня подняли со столика, но ноги не держали. Эрик взял меня на руки, заставив обвить себя за шею, и я сама потянулась к его губам. Сзади тут же оказался Рэй, и, когда я повернулась, второй поцелуй был уже его.
– Как себя чувствует наша грязная шлюха? – с интересом спросил он.
– Прекрасно, – выдохнула я.
– Лучшая шлюха в мире, – повернул меня к себе Эрик.
Я оставалась у них в руках, и оба готовили меня к главному, лаская, щипая, сжимая, кусая, целуя… Я тонула в мире, созданном Эриком и Рэем, закованная в кокон из их тел. Если это был сон, лучше бы мне не просыпаться, ведь после того, что они делали со мной, ни один человек в мире не сможет их заменить.
Эрик притянул меня к себе, заставляя выгнуть спину, и перехватил одной рукой за горло.
– Ты всегда можешь остановить нас, – напомнил он.
– Могу, – хрипло согласилась я. – Но мне это не нужно.
Прохладные влажные от смазки пальцы Рэя коснулись моего сфинктера, и только тогда я поняла, что имел в виду Эрик, который теперь помогал расслабиться и не бояться, аккуратно прикусывая мою нижнюю губу. Он умел быть разным в постели и словно всегда чувствовал, что необходимо именно сейчас.
Когда я была готова, сама направила Эрика в себя. Тело Рэя, прижимавшееся сзади, казалось особенно твердым и прохладным, но я знала: глубоко внутри него горел огонь не меньше моего. Мы разделяли его на троих, и он не гас, а наоборот, распалялся все больше.
Второй член неторопливо вошел в меня сзади, растягивая настолько, что перед глазами заплясали звездочки. Рэй подхватил за талию, давая откинуться на его грудь, а Эрик придерживал за бедра. Неторопливо и терпеливо они двигались внутри меня, и это ощущение заполненности, правильности, идеальности происходящего окончательно столкнуло меня с того края, за которым плескалось выжидавшее момента безумие.
Я упала в него с головой, даже не попытавшись выбраться на поверхность.
Стонала в полный голос, до хрипоты, кусала губы до металлического привкуса крови, но наслаждалась каждой секундой – и была по-настоящему счастлива.
Если для того, чтобы стать их шлюхой, нужно было пройти через тюрьму, страх и разочарование, если нужно было преодолеть себя и вырасти во много раз, я готова была повторить этот путь. Лишь бы Эрик и Рэй были моими. Сейчас. Завтра. Всегда. В Лондоне или в Сингапуре, плевать.
Я не спросила разрешения на оргазм, но, когда два голоса одновременно произнесли: «Можно», – позволила себе выдохнуть и рухнуть в пульсацию, которая прорывалась изнутри. Стоны Эрика и Рэя смешались с моим, поцелуи не прекращались – они передавали меня друг другу, словно я была трубкой мира.
Едва не теряя сознание, я продолжала просить большего, и получала – теперь мои руки обвивали обоих, а две пары губ не переставали ласкать шею, плечи, лицо… Сама не заметила, как меня уложили на диван выдохнуть, и невольно тянулась за продолжением.
– Я тебя свяжу, – пообещал Эрик, одной рукой придерживая мои обе.
– Нашел чем ее пугать, – с улыбкой в голосе ответил Рэй.
Перед глазами все плыло и смешивалось в кашу, так что прохладный край стакана с водой, прижатый к моим губам, оказался приятным сюрпризом. Стало немного легче, особенно от того, что вместе с ним мои плечи и бедра начали ласково и успокаивающе гладить.
– Скажи, как снова сможешь видеть, – произнес Эрик. – Я отнесу тебя в душ.
– Откуда ты знаешь, что я не могу? – вслух удивилась я.
– Поверь, по тебе заметно.
Оказавшись в плотном кольце его рук, я постепенно начала приходить в себя. Это все еще не было похоже на реальность, но теперь хотя бы ощущение себя в пространстве возвращалось, а вместе с ним – ноющая кожа, растянутые мышцы и немного неприятная боль между ног.
– Рэй, – нашла его все еще мутным взглядом я. – А у тебя есть мазь?
Мои ноги лежали у него на коленях. Рэй разминал мне мышцы, и теперь, увидев это, я почувствовала, как пальцы быстро и умело продавливают кожу.
