– Кроха, – поднялся из кресла Эрик, – а случится ли в нашей жизни хоть один момент, когда ты не будешь при малейшем конфликте пытаться сбежать?
– Очевидно, для этого придется ехать в Сингапур, – сделал то же самое Рэй. – Чтобы ей было некуда.
Он забрал у меня из рук сумку – не могу сказать, что легко отдала ее, – и притянул к себе, оставляя поцелуй на виске.
– Этот ответ нас тоже устроит, – пояснил он, – но тебе нужно понимать правила, прежде чем мы двинемся дальше.
Рэй повернул меня лицом к Эрику и сжал за плечи.
– Если мы втроем, значит, втроем. Сейчас каждый сам за себя, и так не должно быть, – сказал он то ли мне, то ли Эрику. – Это не только совместные время и быт, но и решения и ответственность.
– Говоришь так, словно это будут отношения, – вырвалось у меня.
– Да, я именно это имею в виду. Отношения. Не временная договоренность, а полноценные отношения со всем, что они подразумевают.
– Поэтому еще раз хорошо подумай, – улыбнулся мне Эрик. – Нас обоих больше не устроит просто секс.
– И если согласишься, будешь нашей. Полагаю, не окажется сюрпризом, что никаких других мужчин…
– Максимум – расстояние вытянутой руки, – кивнул Эрик. – Моей. Сжатой в кулак.
Никто не подскажет, почему это звучало так вкусно и маняще, словно мне предлагали поселиться в самом большом в мире торте? Я всю жизнь избегала отношений, как чумы, полагая, что они станут для меня клеткой, в которой буду несчастна.
Но я ведь уже в ней, по собственной воле зашла внутрь, и даже вежливо прикрыла за собой дверцу. С момента, как мы впервые собрались в гостиной, я не испытывала чувств ни к кому, кроме этих двоих. И пусть для отвратительного слова на букву «л», которое теперь не казалось простым, наоборот, пугало своей сложностью и объемностью, было одновременно слишком рано и слишком поздно…
Еще ни с кем не чувствовала себя так спокойно.
– Согласна, – ответила я. – Мне нравится, что это будем мы.
Руки на моих плечах сжались сильнее, а Эрик шагнул вперед.
– И даже если эти мы будем одновременно? – с хитрой улыбкой спросил он.
Щеки загорелись до самых ушей от осознания, что именно он хотел сказать. Еще одна мечта могла оказаться не просто реальностью, а чем-то постоянным… Боже, я точно спала!
– А можно?
– Прямо сейчас? – промурлыкал мне на ухо Рэй.
– Да. – У меня резко пересохло в горле.
Эрик потянул наверх футболку, демонстрируя секундную готовность к любому развитию событий. Рэй отстранился, сделав шаг назад.
– Тогда празднуем, – сказал он. – Эрик, подготовишь нашу девочку?
– С удовольствием, – облизнулся тот. – Кроха, правила ты знаешь. Пять минут у тебя.
Я в панике оглянулась на Рэя, но тот лишь ухмыльнулся. Он сам-то знал эти чертовы правила? Чтобы получить оргазм, нужно было хорошо спрятаться.
– Пять, – произнес Эрик.
Сорвавшись, я побежала наверх. В доме уже не осталось мест, где я бы не пряталась, и на секунду показалось, что можно было бы повторить трюк с собачьим вольером… Но потом мне на ум пришла обычно закрытая веранда на втором этаже, которую использовали только летом. Она выходила на дорогу, а сбоку к дому была приделана пожарная лестница.
Вот этот трюк мне сейчас и был нужен. Я постаралась как можно тише открыть дверь на веранду, пробежала мимо накрытой пленкой ротанговой мебели и добралась до перил.
Чтобы дотянуться до лестницы, мне пришлось бы высунуться наружу до пояса, и опасность упасть была не так уж маловероятна, но у меня в ушах стучал адреналин погони. Возможность удивить не только Эрика, но и саму себя, казалась слишком приятной, чтобы от нее отказываться.
Небо затягивало тучами. Когда я дотянулась до перекладины на уровне своих глаз, мне на макушку упала первая крупная капля.
Обе руки зацепились за лестницу так, словно она была моим единственным спасением.
Большая ошибка. Спасения мне точно не стоило ждать.
– Где же моя Уна? – раздался из глубины дома обманчиво ласковый голос Эрика.
Забравшись с ногами на перила, я перешагнула, едва не растянувшись до шпагата. Вот для чего нужен был спортзал, да? Чтобы сейчас, под начинавшимся дождем, стало проще влезть на пожарную лестницу.
Руки заныли. Дождь усиливался, барабанил по мне большими каплями, и каждое движение вниз становилось все опаснее. Я клялась себе, что доберусь до первого этажа, несмотря на холод, влагу и дрожащее тело.
Черт меня потянул на эту веранду…
Лестница закончилась, но, даже свесив ноги с последней ступеньки, я не дотягивалась до земли. Это пожарные были такими высокими или система такой непродуманной?
Пришлось прыгать. Приземлившись на полусогнутых коленях, я отчетливо услышала опасный хруст, но смогла устоять на ногах. Теперь, если обогнуть дом, можно было добраться до единственного места, где я еще не пряталась.
Только открыв дверь гаража, я поняла, что дождь уже лил стеной, и то по контрасту – внутри было сухо, ничего не било меня по голове. Оглядев себя, заметила, что одежда промокла до нитки, и ее можно было выжимать, как и мои волосы.
Но я сделала это. Спряталась хитрее, чем когда-либо. И то, что Эрик до сих пор не нашел меня, подтверждало мою гениальность.
Мне нравилось быть его добычей, но еще больше – достаточно умной добычей, чтобы поселить в голосе, громко разносившемся по дому, нотки искреннего интереса. Пройдя немного внутрь, я присела на корточки за второй машиной, стоявшей там, – «Астоном Мартином».
Возбуждение росло с каждой секундой. Сегодня их будет двое. Оба настолько разные, что я не могла даже представить, как это будет… но очень хотела узнать.
Дверь наконец распахнулась, и Эрик, задержавшись на пороге, шумно вдохнул воздух носом.
– Моя хорошая, моя хитрая кроха, – произнес он с нотками восторга в голосе, – ты теперь пахнешь машинным маслом?
Он закрыл за собой и медленно, наслаждаясь каждым шагом, прошел внутрь. Я перестала дышать: из всех наших игр этот момент всегда был лучшим. Секунды, когда он уже знал, что нашел меня, а я – что сейчас буду обнаружена.
– А вот и Уна, – вырос надо мной Эрик.
В тот же миг я очутилась у него на руках, и его губы жадно обрушились на меня, а пальцы впились в мои бедра. Адреналин плескался в нас обоих, и, когда два одинаковых чувства смешивались, голова моментально пустела.
Я скучала по нему. Так скучала, что сама углубила поцелуй, и наши языки встретились у него во рту. Быстрые голодные движения, которыми мы никак не могли насытиться, заставляли огонь внутри гореть еще жарче.
Эрик прижал меня к стене, высвободив одну руку, чтобы начать расстегивать пуговицы на блузке. У него плохо получалось, так что нетерпеливые пальцы быстро оставили эту идею, и тут же послышался треск ткани.
Чтобы раздеть полностью, Эрик опустил меня на пол. Только тогда наши губы оторвались друг от друга.
– Как ты сюда добралась? – хрипло спросил он.
– Пожарная лестница.
Широкая улыбка прорезала его лицо, а в глазах вспыхнули гордость и восхищение.
– Сумасшедшая.
Когда Эрик со мной на плече вернулся в дом, я уже была полностью обнажена. Рэй, раздетый до пояса, терпеливо встречал нас посреди гостиной. Позади него журнальный столик был убран и застелен чем-то темным и… кожаным?
– Вернул нашу девочку, – сообщил Эрик. – Пыталась сбежать по пожарной лестнице.
– Это очень плохо, – притворно нахмурился Рэй.
Как только Эрик опустил меня на пол, Рэй подошел ближе и приподнял за подбородок.
– Теперь ты вся мокрая, – осуждающе произнес он.
– Уже мокрая, – с ухмылкой в голосе поправил Эрик.
Я задрожала от предвкушения. Две ладони легко толкнули в спину, и я упала в руки Рэю, навстречу еще одному поцелую.
Этот был неторопливым. Рэй словно заново открывал для себя мое тело: его руки исследовали изгибы, не оставляя ни одного дюйма без внимания. Он развернул меня и, не разрывая поцелуя, заставил сделать несколько шагов назад.
