Скорее всего, меня ждал год безработной жизни, а потом стоило научиться воровать телефоны у прохожих.
Показавшийся из-за пролеска дом стал еще одним болезненным напоминанием о собственном провале. Мне нужно было собрать все силы в кулак и перестать ныть. Раз что-то произошло, значит, от меня ждали помощи в решении проблем, а не того, чтобы я стала еще одной из них.
– Кофе? – быстро спросил Эрик у Рэя.
– Нет. Переодень ее, а я сделаю чай.
Меня? О боже, нет, только не еще одно соблазнение. Я едва не разревелась, когда Эрик подхватил меня на руки и, не дав даже оглядеться, отправился на второй этаж.
Внутри начал подниматься гнев. Да, я ошиблась. Да, чуть не привела нас всех в тюрьму. Но разве это повод обращаться со мной как с мешком картошки?!
К моменту, когда меня опустили на пол моей спальни, я уже была готова драться.
– А можно хотя бы пару слов объяснений?! – сложила руки на груди я.
– Нет, – Эрик потянулся к моему пучку и высвободил волосы, – я не требую объяснений, почему ты выключила телефон, наплевав на наши договоренности, что ты всегда берешь трубку. А ты не требуешь объяснений, почему я хочу, чтобы ты выглядела, как обычная Уна.
– Это и есть обычная Уна.
– В кроксах?
Эрик брезгливо стянул их с меня и отбросил в сторону.
– У тебя тонкие ноги и узкие красивые стопы, за которые любой фут-фетишист мать родную продаст, – жестко сказал он. – Не смей прятать за уродливой одеждой и обувью яркую звездочку, поставившую на уши весь Лондон.
Я ничего не ответила, и не потому что была с ним согласна. Просто… В этом не было смысла.
Позволив Эрику одеть себя в классические шорты с высокой талией и белую шелковую блузку, я совсем запуталась: чего они от меня хотят? Для соблазнения эта одежда не подходила, а офиса у нас больше не было. Если только… нет, все равно ни малейшей идеи.
– Тут какая-то твоя косметика, – сунул мне в руки тушь, подводку и помаду Эрик. – Закончи образ и спускайся вниз.
Я повернулась к зеркалу, оставшись одна. На меня смотрела немного опухшая от четырнадцати часов сна, но до сих пор красивая девушка, к которой я привыкла за годы жизни. Этой милашке когда-то казалось, что ей все по плечу.
Собраться с духом. Нарисовать длинную тонкую стрелку. Повторить успех со вторым глазом. Подкрасить ресницы.
Помада окончательно пробудила меня к жизни. Да, я не была настолько же умной, как Эрик, Рэй или Лейла. Но я и не была настолько же тупой, как Хэмиш или Гаурав, идиотские поступки которых привели их к смерти. И раз привезли сюда… Может, от меня все же был толк?
Вниз я спускалась с прямой спиной и гордо поднятой головой, но, когда увидела гостиную, остановилась, чтобы перевести дух.
Она вся была в шарах, которые висели над потолком. Красные, в цвет моей помады, черные, белые шары превращали комнату в зал для детского праздника. А на стекло, прямо напротив лестницы, был приклеен большой плакат с надписью «Добро пожаловать в мир финансовых махинаций».
Эрик и Рэй встречали меня внизу, стоя по обе стороны от лестницы. И как только я спустилась на их уровень, оба выстрелили из хлопушек, с ног до головы обсыпав меня конфетти.
– Добро пожаловать в криминал! – одновременно прокричали они.
И сразу же после этого заиграла музыка, но я даже не поняла, что это была за мелодия. Закрыв лицо руками, я разрывалась от приступа истерического смеха и такой сумасшедшей эйфории, будто не мне десять минут назад казалось, что жизнь закончилась.
– Что это? – задыхаясь, спросила я.
– Посвящение, – невозмутимо объяснил Рэй. – Ты ведь его так представляла?
– Я не понимаю.
– Ты же думала, что после первого удачного преступления тебя будут ждать шары и хлопушки? – широко улыбнулся Эрик. – А их не было. Понимаю, насколько это разочаровывает.
– Вот поэтому ты два дня не выходила из дома, да? – подхватил Рэй. – Мы решили, что раз так, надо все компенсировать.
– А то ты даже не попробовала тот попкорн.
– Вот, твоя вечеринка, – обвел комнату рукой Рэй. – Прости, конечно, но на ней у тебя только мы. Если позовем остальных, они могут неправильно нас понять.
Меня взяли за обе руки и провели внутрь. На журнальном столике перед диваном стояли чайник, молочник, три чайные пары и высокий белый торт с кремом, почти такой же, какой Рэй привез после моего задержания.
– Я не поэтому не отвечала, – поспешила объяснить я.
– Если ты еще раз скажешь, что не сделала ничего полезного, скормлю собакам, – пообещал Эрик.
– Но это так!
– Сядь, я налью тебе чай. – В голосе Рэя появились стальные нотки.
Мне ничего не оставалось, как повиноваться. За то время, что мы были знакомы, я прекрасно выучила этот тон и все, что за ним следует.
– Давай по порядку, – упал на диван рядом Эрик. – Ты заставила Чарльза поверить в то, что хочешь его.
– Ну если только в первый раз.
– А потом не дала ему ни одного доказательства против нас, несмотря на двое суток допросов.
– Вычислила копа под прикрытием, – напомнил Рэй.
– Вырубила его и привезла сюда в багажнике.
– Грамотно слила Ливингстона и дала конкурентам подставиться.
– Все это время отвлекала Чарльза от нашей истинной цели, заставляя его думать, что мы хотим сбежать.
– И напомню, подделка подписи лучше всего получилась у тебя. Я уже не говорю о том, что идея перелить прибыль «Рид солюшнс» на его поддельный паспорт абсолютно гениальна.
– А самое главное, только после разговора с тобой Лейла решила нам доверять, – закончил Эрик.
– Если теперь ты хочешь сказать, что не была полезной… Подумай получше. Без твоей энергии, харизмы и оптимизма мы с Эриком уже убили бы друг друга.
И ни слова про интеллект… Я неловко улыбнулась, осыпанная комплиментами, с которыми было бы трудно спорить, но и верить… тоже.
– Уна, – позвал Эрик. – Скажи, мы с Рэем хоть раз казались тебе людьми, которые щадят чью-то самооценку?
– Нет… – с сомнением ответила я.
– Потому что это действительно не про нас. Если бы ты облажалась, поверь, мы бы первые тебе сообщили.
– Со всеми подробностями, – подтвердил Рэй.
– Поэтому сегодня мы празднуем не то, где мы все облажались, а то, что мы все выбрались. Бери чай и торт.
Слезы выступили на глазах, но я отказывалась плакать. Противоречивые чувства дрались внутри меня, выясняя, что именно сейчас ощущать, и от этого каша в голове казалась невыносимой. Чтобы не наговорить глупостей, я заняла руки, подтащив коробку с тортом к себе и вонзив вилку в один из краев.
– Может, порежем? – дрожащим голосом предложила я.
– Нет, – твердо ответил Рэй. – Мы купили его для тебя.
Нежный крем не просто радовал своей сладостью, он даже немного успокаивал бушевавшие эмоции. Я прикрыла глаза, позволив слезе скатиться с ресниц, и остановила дыхание, чтобы насладиться вкусом.
Торт лучше, чем любые слова. Мужчины, которые купили мне торт, точно на меня не злились. Мы должны чаще покупать друг другу торты, чтобы показывать свои истинные намерения. Или хотя бы небольшие муссовые пирожные, или… эклеры.
– Тебе легче? – спросил Рэй.
Так и не выдохнув, я кивнула. Он широко и по-мальчишески улыбнулся и наклонил голову, опуская взгляд на мои губы.
– На самом деле у нас есть еще один повод для встречи, – сообщил он.
– Рэй, дай ей хотя бы поесть, – рыкнул Эрик в ответ.
– Нет-нет, – запротестовала я и повернулась к нему. – Я уже в порядке, правда. Спасибо вам… обоим.
Чтобы доказать свои слова, я взяла на вилку еще один большой кусок.
– Что-то случилось? – спросила я.
Внутри все сжалось от смеси ужаса и предвкушения. Если это еще одна проблема с Чарльзом… Что ж, у меня хотя бы были торт и шары. И полные волосы конфетти.
– Помнишь, Лейла сказала, что нам нельзя больше вести прежний образ жизни в Лондоне? – произнес Рэй и дождался моего кивка. – Мы придумали, как перенести бизнес в другое место.
– Куда? – испугалась я.
