Я уже знала, что наутро буду покрыта синяками, но и не думала его останавливать. Ощущения захлестывали, как огромная волна, кожа чутко реагировала на каждое касание, а в голове осталась одна-единственная мысль: боже, как хорошо…
Даже не заметив, когда мои ноги тоже стали свободными, я машинально обхватила ими Эрика за торс, но он перекинул лодыжки себе на плечи и начал входить еще глубже.
Безумие. Я теряла остатки сознания от перегруза ощущениями, но стоило мне закрыть глаза, как легкая, почти невесомая пощечина заставила меня вновь распахнуть их.
– Смотри на меня, – приказал Эрик, схватив за лицо, – не смей отводить взгляд.
Долго я бы не продержалась. Он двигался так быстро и так резко, что и без дополнительных стимуляций я чувствовала приближение оргазма. Но почему-то казалось, что нельзя просто отдаться ему, а нужно… Да, так было бы правильно.
– Можно мне кончить? – собрав последние силы, спросила я.
– Моя умница, – с гордостью произнес Эрик. – Давай.
И от его короткого приказа – даже больше, чем от члена, – я окончательно рассыпалась на осколки. Пульсация внизу живота была настолько сильной и яркой, что можно было умереть от нее одной, и казалось, будто я и правда пережила маленькую смерть… и восстала из пепла, чтобы пережить еще одну.
Эрик тоже балансировал на грани, это было видно по его чернеющим в тусклом свете глазам.
– Мой зверь… – простонала я с восторгом.
Это стало его последней каплей. Эрик и правда зарычал, словно хищник, прижал меня к кровати за шею, снова ускорился и вдруг застыл, закусив губу и тяжело дыша.
Он наградил меня поцелуем, полным эмоций, природы которых я даже не понимала. И в свой я тоже вложила все смешение чувств, что ощущала. Но когда Эрик перекатился на спину и упал рядом со мной, ненадолго, всего на пару секунд, он был похож на огромного довольного жизнью пса. Такого же породистого и холеного, как его доберманы.
Это потом он дотянулся, чтобы освободить из ремня мою левую руку, размял оба моих запястья и даже обе лодыжки, но я потащила его на себя – не одной мне нужно было отдохнуть.
– Ты сумасшедший, – прошептала я обессиленно.
– Нет, кроха, – широко улыбнулся он. – Поверь, ты куда безумнее меня.
Глава 11 Гребаная нейросеть
Это было бы великолепное пробуждение. Теплая кровать с тяжелым одеялом, новая шелковая пижамка, которую Эрик выдал мне перед тем, как отправить в мою – уже мою, не гостевую! – спальню, и приятно ноющие после жесткой ночи мышцы.
Что могло испортить такое чудесное утро? Негуманно раннее пробуждение. Когда я открыла глаза от настойчивого похлопывания по ноге, за окном только-только поднималось солнце. Значит, было не больше восьми часов.
Я повернулась, пытаясь понять, кто пробрался в мою спальню в такое время и даже ожидая увидеть кого-нибудь из доберманов, но на краю кровати сидел Эрик.
– Трахаться будешь? – спросил он.
– Что, прости? – спросонья мне показалось, что я ослышалась.
– Будешь трахаться? – так же спокойно повторил он. – Я сейчас могу.
– Боже, Эрик, я же даже не проснулась.
– А тебе для этого проснуться нужно? Ладно, подожду. Двигайся.
Он и правда отдернул край одеяла и залез ко мне в кровать в своих серых домашних штанах и с голым торсом. Кажется, Эрику очень нравились собственные широкие плечи и стиральная доска пресса, и я не могла его в этом винить. На его месте я бы целыми днями трогала себя за кубики, треугольник мышц на шее и великолепный член.
Вместо того чтобы просыпаться, я обхватила его за талию и удобно устроилась на сильном плече. От свежего запаха, которым Эрик был пропитан, мозг окончательно отключился, и из меня даже вырвалось что-то вроде мурчания.
Нет, это все же было идеальное утро… Пока нос не начали щекотать чьи-то волосы. Еще и так настойчиво, словно они специально забрались ко мне под одеяло, чтобы помучить.
– Фу, – почесала нос я, но волосы сразу вернулись. – Какого…
Когда снова открыла глаза, Эрик зажимал между пальцами мою же прядку и упорно подносил ее к моему лицу.
– Просыпайся.
– Слишком рано. У меня выходной.
– Просыпайся, потрахаемся – и на завтрак.
Он снова пощекотал мой нос, но на этот раз мне почти удалось перехватить его руку. Я подняла глаза к его лицу и столкнулась с ласковым и каким-то игривым взглядом, который словно подбивал на шалость. Эрик иногда становился таким подростком…
У него были красивые зеленые глаза. Редкого оттенка: темные, даже болотистые, они были как засасывающая меня трясина. Весь Эрик стал той еще топью… которой невозможно отказать.
– Ладно, – приподнялась я, – дай мне сходить в душ, и я готова.
– Нет, – покачал головой Эрик. – Я тебя лучше там трахну.
Он практически скатился с кровати, сгреб меня в охапку и, как вчера, перебросил через плечо. Я все еще не успела до конца проснуться и даже не поняла, каким образом Эрик успел снять с меня пижамные шорты, пока нес. Зато прохладный ветерок на голой заднице я чувствовала отлично.
– Вот так, – он поставил меня на пол в ванной, – подними руки вверх.
Я послушалась, и он стянул через голову и топ. Вид его мускулистого тела перед глазами мгновенно заполнил рот слюной, так что мне ничего не оставалось, как повиноваться инстинктам и зацепиться пальцами за резинку штанов на Эрике и потянуть вниз.
Его член уже стоял. Сейчас, при ярком свете, можно было разглядеть каждую венку на нем… А воспоминания о том, как вчера он был во мне, заменяли любую прелюдию. Вот только в этот раз я не была привязана к кровати и могла делать что угодно…
Раскрытыми ладонями я провела по огромной широкой груди вниз, пересчитав все кубики на животе. Эрик услужливо напряг их для меня, и правильно сделал: более возбуждающее зрелище сложно придумать.
А еще можно было наконец разглядеть его татуировки. По плечам до локтя спускались тяжелые грозовые облака, внутри которых словно скапливалась буря, но они вырастали из перьев: наверх к шее подбирались две черно-красные птицы, раздирающие когтями ключицы.
Я любовалась ими – кто это, вороны? соколы? – и продолжала ощупывать отлично скроенное, вылепленное в спортзале тело Эрика. Когда пальцы подобрались к члену и машинально обхватили его, послышался резкий вдох.
– Утренний стояк? – уточнила я.
– Он самый.
Эрик зарылся пальцами в мои волосы, распутывая пучок, в который я собрала их на ночь. Обеими руками я продолжала аккуратно ласкать его член, и когда моя голова невольно отклонилась, следуя за движениями Эрика, наградой за это стал поцелуй.
Спокойный, неторопливый, такой же ленивый, каким было субботнее утро. Я захватывала его губы своими, потом зубами, дразнилась, даже смеялась, когда ласка ощущалась как щекотка.
– Выпусти мой член, – попросил Эрик, отстранившись, – я достану презерватив.
Подняв руки вверх и сдаваясь этому великолепному предложению, я предвосхитила ожидания и зашла за душевую перегородку. Пока он возился с презервативом, успела включить воду и даже настроить ее на достаточно теплую, чтобы согреться. Капли стекали по волосам и превращали меня в мышь под дождем, но Эрик ведь хотел трахаться в душе, верно?
– Так и знал, – вздрогнул он, когда зашел ко мне за перегородку.
Эрик схватился за кран и сдвинул его в сторону, делая воду ледяной.
– Эй! – возмущенно поежилась я. – У меня от холода все пересохнет.
– А у меня упадет от адского пекла, – ответил Эрик, но немного вернул ручку в сторону тепла. – Иди ко мне. Так и знал, что ты попала сюда именно оттуда.
– Откуда?
– Из ада, – он поднял меня, подхватывая под задницу, – кроха-демоненок.
От стены исходила прохлада, но Эрик не дал мне опереться на нее спиной и держал на весу. Я обняла его за плечи, обхватила ногами и потянулась за еще одним поцелуем, который теперь смешивался с водой из душа. Мы оба промокли, еле теплые капли барабанили по плечам, но не мешали, а только подогревали растущий внутри пожар.
