– Бегемотик, – протянула ладонь я. – Его зовут Макс.
– Тебе нравятся уродцы?
Это же не должно было звучать так сексуально… и с такой надеждой. Я забрала Макса из рук Рэя и пристально посмотрела ему в глаза. Он считал уродцем себя? Тогда он, выходит, полнейший кретин, потому что в этом лице не было ни одной некрасивой черты.
– Очень, – все-таки ответила я.
Он наклонил голову, скользя взглядом вниз, по моим губам и к груди. Словно оценивал. Словно у него нарастал особенный интерес. Я мысленно наступила себе на ногу, напоминая, что сейчас адекватность моего восприятия мира под огромным вопросом.
– Мы можем идти, – застегнула сумку я. – А то опоздаем.
Все же мы были бы странной парой: красивый камушек Рэй и бешеная табуретка Уна. Но он подал мне пальто и шел буквально на полшага позади, словно защищал, и этого хватало, чтобы мое сердце ушло в свою собственную спринтерскую гонку.
Боже! У нас ведь впереди был целый вечер вместе!
На улице моросил мелкий мерзкий дождь. Зима никак не заходила на остров, все кружила по периметру, так что холодные капли пока не могли стать снегом. Рэй достал зонт, раскрыл его и кивнул на свой локоть:
– Быстрее будет прогуляться. К тому же я хочу с тобой поговорить.
– Мы второй час болтаем, – возразила я, но приняла приглашение и забралась под зонт.
Он запаха, смешивающегося с влажным воздухом, крышу уносило только сильнее.
– А теперь я хочу поговорить не под камерами.
– Наши камеры пишут звук?!
– Именно.
– Черт, тогда приношу извинения за все, что сказала за последние полтора месяца.
– А что ты говорила?
– Всякую чушь, – попыталась вспомнить я. – Пример ты сегодня слышал.
– Тогда не за что извиняться. Уна… Скажи, я могу тебе доверять?
Я едва успела прикусить язык. Конечно, ему не стоило это делать, особенно с учетом того, что единственный инсайд, который я узнала, уже был у Эрика.
– Смотря что, – уклончиво ответила я. – Сэндвич или свой бокал точно не стоит.
– Ты хочешь меня отравить?
– Нет, я просто это съем и выпью.
– Я говорю серьезно.
Интересно, а могла ли моя влюбленность в Рэя помешать мне сливать информацию Эрику? Я прислушалась к себе, и в каждой клеточке тела кричал лишь один ответ: нет. Любовь любовью, а тюрьма тюрьмой. Хотя Эрик так не хотел, чтобы мы с Рэем общались.
– Не представляю, о чем речь, поэтому и ответить не могу. Вдруг ты попросишь меня спрятать труп.
– Что? – повернул голову Рэй. – Нет. С этим я бы справился сам.
Хладнокровие, с которым он это произнес, заставило мой желудок скрутиться в узел от ужаса. Как будто мой собеседник или уже убивал людей, или как минимум собирался.
– То, что ты сегодня узнала. Не делись этой информацией с коллегами, хорошо?
– Я не собиралась, но ладно. Хотя мне кажется, им и самим неинтересно.
– У нас сложный бизнес. Компания платит кучу денег, чтобы стратегии для клиентов были самыми эффективными на рынке. И если я узнаю, что кто-то пользуется этими наработками, сливая информацию конкурентам…
Мы остановились на перекрестке. Рэй быстрым движением приподнял мой подбородок, заставляя меня посмотреть на себя. Глаза у него были холодными и злыми. Боже… злыми!
– В этом случае мне и правда может понадобиться закапывание трупа.
Во рту пересохло. Почему-то захотелось сознаться прямо сейчас. Достать телефон, показать номер Эрика, объяснить, как я оказалась в этом положении, и попросить то ли пощады, то ли защиты. Но я только кивнула и улыбнулась.
– Поняла. Не буду им ничего говорить.
А копать себе могилу сложно? Хорошо бы не попасться до весны, там земля уже станет помягче.
Господи, Уна Боннер, задница с ушами, куда ты влезла?!
Глава 13 Гребаные ставки
Нас ждали. Казалось, столик был рассчитан максимум на четверых, но как только мы с Рэем появились в проходе, Хэмиш тут же поднялся и украл стул у соседнего. Мой мобильник завибрировал раз, другой, успокоился на пару минут, пока я шла к ребятам, а потом снова принялся гудеть.
Хэмиш галантно пригласил меня к стулу, который приставил к торцу стола, но пока он помогал мне сесть, Рэй бесхитростно опустился на его место и передвинул его пиво к другому торцу. В компании тут же установилось напряженное молчание.
Вот какого хрена было поддерживать слухи, которых я так старалась избежать?! Я бросила на Рэя гневный взгляд – лучший из доступных, – но тот его даже не заметил. Судя по всему, у них были гляделки с Хэмишем.
Последний проиграл. Он с той же легкостью, с которой делал абсолютно все в мире, обошел стол, украл еще один стул и очутился напротив меня.
– Лагер? – бесстрастно, словно ничего не произошло, спросил Рэй.
– Да, – закивала я.
В довесок ко всему этому дерьму мобильник грозился лопнуть. Я натянуто улыбнулась тишине – господи, почему в баре даже музыка не играла? – и проверила, не случилось ли что у Бренды.
«Кроха, ты почему молчишь? Уже семь».
«Мне нужно ехать самому на Собачий остров, чтобы с тобой поговорить?»
«Начинаю подозревать, что тебя поймали и пытают».
«Ты не забыла телефон в офисе?»
«Мы договаривались, что ты прилагаешь усилия, чтобы не заставлять меня нервничать».
«Где усилия, Уна?»
«Где они?»
«У тебя были задачи».
«И вот уже семь вечера».
«И я должен переживать, не попала ли ты в переплет».
«И вынужден настойчиво попросить, чтобы ты держала телефон при себе после выхода из офиса».
«ВСЕГДА».
«Я подарю тебе шнурок на шею».
«ТЫ ПРОЧИТАЛА И МОЛЧИШЬ?»
«Готовь задницу для наказания».
«Я в машине. Куда ехать?»
Эрик, мать его, Чесмор. Пока я прочла все эти сообщения, упало еще три. Пришлось собрать все терпение в кулак, чтобы не перезвонить и не наорать на него – что за подростковое поведение?!
«Не нужно никуда ехать. Была занята, отложила задачу на завтра».
«Где ты сейчас?» – тут же прислал сообщение Эрик.
«В баре. Меня позвали продажники, хочу у них узнать, откуда приходят инсайды».
«С каких пор ты пьешь с продажниками?»
Его забыла спросить, с кем мне пить.
«У них мероприятие. Что-то со ставками и торговыми соглашениями».
«Сложно было предупредить?»
Я закатила глаза и едва не убрала телефон. Но Эрик мог и не успокоиться. Черт, и Рэй как раз возвращался с пивом.
«Не было возможности, я не пишу тебе из офиса. Позвоню, как буду дома».
Сверху всплыло уведомление: Эрик перевел мне две тысячи фунтов на Revolut [9].
«Окей, жду. Отправил тебе деньги на ставку. Удачи!»
«…спасибо».
Я успела убрать телефон, прежде чем Рэй поставил передо мной бокал пива.
– Вы не начинали без нас? – повернулся он к остальным.
Воздух вокруг можно было резать ножом, настолько плотным он был от напряжения. Гаурав состроил странную гримасу, а продажники – черт, я их даже не рассмотрела! – переглянулись между собой.
– Кстати! – попыталась разрядить обстановку я. – Меня зовут Уна Боннер, я из аналитики. Маркетинг.
Один из них был милым: светлые кудряшки вокруг крупной головы, глаза чуть навыкате, но на лице застыло выражение ужаса. Я его понимала: Рэй вызывал у меня примерно те же чувства, только наоборот.
– Гарри Эванс, продажи, – кивнул он.
– Мартин Спенсер, продажи, – добавил второй.
Этот был еще интереснее. Мелкие глаза, крючковатый нос и прическа и борода, которые кричали мне в лицо о том, что Мартин Спенсер ходит к барберу. Живет у него. Возможно, даже спит в его постели, чтобы поутру тот укладывал ему бороду еще до восьми часов.
И все парни за столом были одеты как клерки. Да от нас за милю несло финансами и опенспейсом.
– Думаю, теперь мы можем наконец начать, – легко произнес Хэмиш, подаваясь вперед. – Вестминстер, ты знаешь правила?
Судя по короткому раздраженному взгляду, который он бросил в сторону Рэя, вечер обещал быть интересным. Во всех возможных смыслах.
