– Я могу найти их и убить, – на полном серьёзе предложил он.
Ещё ни один человек не был готов ради меня пойти на убийство, однако я проявила к тем подонкам невиданное милосердие.
– Не стоит. Не хочу, чтобы ты брал грех на душу.
Усмешка скользнула по его губам.
– Ты, пожалуй, единственный человек в мире, кто печётся о моей душе. Ну, ещё разве что Джаспер.
Смущённо улыбнувшись, я протянула ему сэндвич.
– Кстати, это Мира дала тебе «Глок»? – спросил Рэй, я кивнула, и он продолжил, – Нужно от него избавиться.
– Если ты не забыл, этот пистолет помог нам вчера.
– Достань его, – велел он, – Видишь на нём идентификационный номер?
– Нет.
– Потому что его стёрли. Следовательно, за пистолетом тянется кровавый след – скорее всего, убийство. Если ты попадёшься с ним, тебе не только светит срок за хранение, на тебя ещё и повесят то преступление, в котором он был замешан.
– Но как полиция это узнает, если номер был стёрт?
– С помощью пули, найденной на месте преступления. После выстрела на пуле остаются маленькие бороздки – трассы, по ним можно определить, из какого оружия эта пуля была выпущена. Полиция проверит базу и опознает твой «Глок».
– Вместо того чтобы запугивать меня, просто признай, что ты мне не доверяешь.
– Когда мы доберёмся до места, я могу дать тебе другой пистолет, – заверил Рэй, – Но подумай, нужно ли тебе это. Грань между законом и беззаконием очень тонкая, переступишь её однажды – и уже не сможешь вернуться назад.
– Странно слышать такое от бандита.
– Просто я знаю, о чём говорю.
– И когда ты переступил эту грань? Когда начал работать на Гилсона?
Рэй не ответил, и я поняла, что коснулась темы, которой не следовало касаться. Поразмыслила над его словами, подошла и отдала ему «Глок».
На смену солнечному утру пришёл дождливый полдень. Мы сдали номер, сели в машину и продолжили путешествие в неизвестном мне направлении.
– Долго нам ехать? – поинтересовалась я, когда внедорожник вернулся на трассу.
– Часов шесть.
– Тогда сегодня я выбираю, что слушать.
– Вот ещё, – фыркнул Рэй, не сводя взгляда с дороги, – Кто ведёт, тот и музыку заказывает. К тому же без обид, но я не фанат попсы.
Я уставилась на него, – По-твоему, я похожа на того, кто слушает попсу?
– По-моему, вся современная музыка – попса.
– Во-первых, я не люблю попсу; во-вторых, среди современных групп есть множество достойных.
– И что ты обычно слушаешь?
– Ну, это зависит от настроения.
Он усмехнулся, – Ещё скажи, что у тебя в телефоне есть плейлисты под разное настроение.
– Вообще-то, да, есть.
Рэй перевёл недоумённый взгляд с дороги на меня, затем снова посмотрел на дорогу и шумно выдохнул.
– Знаешь что, – я мгновенно вспыхнула, – Зато мои предпочтения не ограничиваются пятью группами, которые мы за вчерашнюю поездку заслушали до дыр.
– Их было больше чем пять.
– Считай, – я начала демонстративно загибать пальцы, – Led Zeppelin, Aerosmith, The Rolling Stones, Pink Floyd, Depeche Mode.
– Это музыка на все времена, ты просто слишком маленькая, чтобы понять.
– Да я Depeche Mode слушала ещё до того, как ты ступил на скользкую дорожку беззакония!
Рэй рассмеялся.
– Что мне в тебе нравится, Санни Лесснер, так это чувство юмора, – он открепил от держателя на приборной панели смартфон и протянул мне, – Ладно, давай, удиви меня.
Открыв музыкальное приложение, я нашла песню Love is Bitch группы Two Feet и нажала на кнопку воспроизведения. Сделала звук погромче. Из колонок донеслись расслабляющие ритмы электрогитары. Мы добрались до проигрыша после первого куплета, и я не удержалась от комментария:
– Ты только послушай, что он вытворяет с гитарой, это же чистый кайф.
– Неплохо, – согласился Рэй и взглянул в мою сторону, – И в каком плейлисте у тебя эта песня? Для разбитого сердца?
– Нет, мне кажется, это музыка, под которую нужно заниматься любовью, – призналась я.
И, ощутив себя неловко под прицелом его пристального взгляда, отвернулась к окну.
Мили степной дороги остались позади. На смену им пришёл живописный озёрный край в окружении горных хребтов и хвойных лесов. Глядя через окно на красоту и мощь дикой природы, я пожалела, что со мной не оказалось любимой фотокамеры. Из всех богом забытых мест я была рада, что Рэй привёз нас именно сюда. Когда солнце стало клониться к закату, на нашем пути встретилось двухэтажное здание с большой вывеской «Маркет». Мы припарковались у входа, вошли внутрь, и я предложила разделиться, сказав, что мне нужно прикупить кое-что для себя. Рэй дал на всё про всё десять минут. Составив в голове список из самого необходимого, я прихватила корзинку на колёсиках и направилась в глубь магазина. Взяла пару комплектов нижнего белья, футболку для сна, штаны на смену джинсам и флисовую кофту, предметы личной гигиены, зарядку для смартфона, спортивный рюкзак и несколько бутылок воды.
– Готовишься к апокалипсису? – сыронизировал Рэй, когда я нашла его у кассы, – Вроде бы я не говорил, что мы едем за пределы цивилизации.
– Ты вообще ничего не сказал, и я предположила худшее, – я выложила вещи на кассовую ленту и, заметив стойку с шоколадными батончиками, взяла три сникерса, затем кивнула на ящик с пивом и блок сигарет и спросила, – Вижу, ты со своим рационом уже определился, но разве нормальная еда нам не нужна?
– Ну, в пиве много калорий, – ответил он, и я не смогла понять, шутка это была или нет.
Расплатившись, мы загрузили покупки в машину и отправились дальше. К тому времени солнце уже полностью скрылось за горами. Мы добрались до огромного озера, частично скрытого от глаз хвойным лесом, внедорожник съехал с дороги и остановился возле пирса. Провернув ключ в замке зажигания, Рэй сказал:
– Приехали.
Я окинула безлюдный берег напряжённым взглядом, – Мы куда-то поплывём?
– На остров.
– Всё-таки боишься, что я могу сбежать?
Проигнорировав мой вопрос, он выбрался из машины и велел, – Вылезай.
Покидать салон я не торопилась. В густых синих сумерках окружающая тишина казалась непосредственным участником готовящегося преступления. Рэй скинул брезент со стоящей под кустом моторной лодки, и я, наблюдая, как он стаскивает её в воду, поймала себя на пугающей мысли: а вдруг он снова соврал мне, и на самом деле Альфред приказал спрятать меня не на несколько дней, а с концами? И ни о каком возвращении в Дейтон не шло и речи… Мужчина направился ко мне. Увидев, что ключ остался в замке зажигания, я быстро нажала кнопку блокировки дверей. Рэй дёрнул ручку, та не поддалась. Взглянув на меня через закрытое окно, он сурово проговорил:
– Да ты, смотрю, шутница.
– Не знаю, что творится в твоей башке, но, если ты решил меня утопить, придётся сделать это вместе с внедорожником, – твёрдо сказала я.
– Если бы я хотел расправиться с тобой, то не стал бы увозить в такую даль.
– Угу, и поэтому ты забрал у меня пистолет?
– Ты сама мне его отдала.
Я проверила содержимое бардачка в надежде обнаружить хоть какое-нибудь оружие. Не стоило избавляться от «Глока».
– Тогда почему ты не говоришь, куда мы едем?
– Потому что ты всё равно не знаешь, что это за место.
Вынув смартфон, я взглянула на экран. Естественно, связь в такой глуши не ловила. Я перевела взгляд на руль. Чертовски жаль, что я не умела водить…
– Санни, – привлёк моё внимание Рэй и посмотрел мне в глаза, – Разве после всего, что было, я не заслужил хоть капли твоего доверия?
В голове всплыло вчерашнее омерзительное нападение. Я сдалась и вылезла из внедорожника.
Мы перекинули вещи в лодку и вышли в озеро. Туман стелился по воде, вдали чернели горы, и пахло свежестью. Тревога сменилась необъяснимым спокойствием. Когда берег остался далеко позади, Рэй заглушил мотор и, достав пистолет Миры, выкинул его в воду. Затем закурил и неожиданно проговорил:
