Но даже услышав ответ, женщина не отпустила его.
– Может быть, это и к лучшему… Я так испугалась, – прошептала она.
Он почувствовал, как она притянула его к себе, и его руки оказались совсем близко к ее груди. Еще чуть-чуть, и он бы коснулся ее. Дэён резко отстранился.
– У меня остался еще один вопрос. Это займет всего минуту.
– Вы можете позвонить мне позже.
Женщина поднялась и вновь обхватила его обеими руками, его ладони коснулись ее груди.
– Мне так страшно… Останьтесь со мной хоть ненадолго, – прошептала она.
Живот скрутило, жар ударил в голову, и что-то внутри Дэёна будто бы оборвалось.
* * *
Для Хэин Го Санпиль был гарантией безопасности. Даже если ее обвинят в убийстве, пока он жив, у нее остается шанс спастись. Увидев его на той скамье, Хэин почувствовала облегчение, когда уезжала.
Она несколько раз проехалась по проселочной дороге, но так и не нашла телефонную будку. Чтобы выяснить личность звонившего и проверить историю звонков, Хэин оставалось только снова обратиться к Пак Чолю. Она действовала осторожно, опасаясь, что он может что-то заподозрить или же припомнит об этой просьбе позже. Но другого выхода у нее не было.
С помощью навигатора Хэин нашла ближайшее почтовое отделение. Как и ожидала, прямо перед ним стояла телефонная будка.
Пак Чоль без колебаний согласился помочь. Казалось, его даже воодушевила ее просьба. Прежде чем повесить трубку, он рассмеялся и попросил замолвить о нем словечко перед Чан Воншиком. Хэин, натянуто улыбнувшись, пообещала сделать это. Пак Чоль добавил, что сбор всей нужной ей информации займет примерно сутки.
Повесив трубку, Хэин почувствовала усталость и голод. Ей хотелось принять горячий душ и лечь спать в чистую постель. Но теперь у нее не было дома, где можно было бы спокойно отдохнуть.
Она бросила пару монет в вендинговый автомат и взяла стакан кофе. Горячий сладкий напиток помог прояснить мысли – то ли из-за кофеина, то ли благодаря сахару. Хэин даже вылила в рот остатки нерастворившегося сахара со дна стаканчика и решила взять еще один кофе. На этот раз она пила медленнее. Попытавшись узнать время, Хэин стала искать телефон, пока не вспомнила, что выключила его. Судя по тому, что почтовое отделение уже работало, было больше девяти утра. Пока она находилась у телефонной будки, ей пришла в голову мысль позвонить на работу и взять несколько дней отпуска.
После долгого ожидания и множества гудков трубку наконец сняли.
– Офис конгрессмена Чан Воншика, слушаю, – послышался голос секретаря О, занимавшейся в основном административными задачами в офисе.
– Это Ли Хэин, – представилась она.
– О, секретарь, где вы сейчас? В офисе полнейший хаос.
– Что случилось?
– Вы еще не знаете? Ваш телефон был выключен, я решила, что вы отключили его, чтобы не отвечать на вопросы журналистов.
– Что произошло?
– Это пока не освещалось в прессе, но… было обнаружено тело ассистента конгрессмена.
– А…
Пусть это и было ожидаемо, но узнать об этом из уст другого человека оказалось неожиданно и шокирующе. Хэин не могла продолжать разговор, слезы потекли рекой.
– Наверное, вы говорите о теле, найденном в реке Хан? Я мельком встречалась с репортерами, – продолжила Хэин, еле сдерживая слезы.
– С вами все в порядке? – спросил голос в трубке.
– Мне очень жаль, я должна быть сейчас с вами… – Хэин прикрыла трубку ладонью и откашлялась. Она слышала в своем голосе слезливые нотки. На другом конце провода тоже кто-то тихо заплакал.
– Я и так много плакала, но, услышав ваш голос, вот, снова не смогла сдержаться, – сказала секретарь О, пытаясь скрыть слезы и сделать вид, что все в порядке.
– Прошу прощения, у меня возникли кое-какие проблемы дома, думаю, мне придется взять несколько дней отпуска.
– В нынешней ситуации вы будете очень нужны господину Чану.
– Надеюсь, вы сможете все ему объяснить.
– Ладно, что уж тут поделать. Только, пожалуйста, держите телефон включенным.
– Обязательно.
– Кстати, вы знали, что господин На был женат?
– Женат? – переспросила Хэин.
– Да, тело опознала его жена.
Хэин впервые слышала об этом. Она не могла поверить, что ассистент На, то есть Тэгон, был женат. В его квартире ничего не говорило об этом. Там было столько ее вещей, что можно было подумать, будто она и есть его жена. Может, это был фиктивный брак ради получения страховой выплаты?
– Нет, я не знала об этом.
– Вы ведь были довольно близки. Думала, вы-то точно знаете.
– Мы не настолько близки, чтобы обсуждать личную жизнь.
Теперь, когда Хэин задумалась об этом, она поняла, что они действительно никогда не говорили о личном. О чем же они вообще разговаривали все то время, что проводили вместе? Постепенно слезы на щеках высохли.
– И то правда.
– Секретарь О, из-за проблем дома я буду вынуждена периодически выключать телефон, поэтому, по возможности, шлите мне сообщения. Я проверю и перезвоню, даже если будет поздно.
– Я постараюсь меньше беспокоить вас. Надеюсь, вы со всем справитесь и быстро вернетесь на работу.
Хэин еще долго не могла отойти от телефонной будки. Она испытывала такую боль, будто в ее теле поочередно ломались все кости. Каждый раз, делая вдох, она чувствовала, как сдавливает грудь и как вздуваются вены на висках. Но слезам она предпочла эту невыносимую боль.
Страх быть обвиненной в убийстве Тэгона заставил Хэин действовать. В банкомате почтового отделения она сняла все деньги со своего счета. Сумма составила около восьми миллионов вон.
Теперь, когда личность расчлененного тела, найденного в реке Хан, была установлена и им оказался На Тэгон, Хэин вполне могла стать главной подозреваемой. Если полиция проверит историю звонков Тэгона, то заметит, что именно с ней он обменивался сообщениями за два дня до исчезновения. А если добавить к этому записи с камер видеонаблюдения, которые выкрал Дэён, ее не просто будут подозревать – ее объявят в розыск как основную фигурантку дела. Возможно, полиция уже начала за ней охоту.
Хэин боролась с искушением включить телефон, ей хотелось проверить новости, почитать, что пишут об этом происшествии. Но как бывший репортер она понимала, что следственная группа будет ее выслеживать. И если она в числе подозреваемых, данные о ее мобильном телефоне и кредитной карте быстро попадут в руки полиции. Они смогут установить, что она арендовала автомобиль, и отследить ее местоположение через систему GPS.
Если она задержится здесь, ее могут поймать прямо во время получения денег в почтовом отделении или у телефонной будки. В этом случае полиция узнает и о Пак Чоле, и о Го Санпиле.
Хэин решила, что действовать нужно быстро, и направилась в сторону Ёыйдо. Ей нужен был кто-то, кто смог бы помочь, несмотря на риск. Но все ее друзья и знакомые были слишком незаметными фигурами, чтобы противостоять полиции.
Сейчас ей нужен был человек, готовый помочь, даже если она станет главной подозреваемой в убийстве и ее имя появится во всех новостях. Дело было не столько в доверии, сколько в способности остаться рядом и не дрогнуть, несмотря ни на что. В памяти промелькнули лица помощников ассамблеи, но все они были слишком вовлечены в политику и всегда действовали с осторожностью. Она вспомнила и тех, кому сама когда-то помогала – и как журналист, и как секретарь Конгресса, – но тут же отбросила эти мысли. Даже они не смогли бы ей помочь.
Пересекая мост Мапо, Хэин направилась в сторону Кванхвамун. Единственным человеком, способным поддержать ее сейчас, был бывший коллега, с которым она работала в газете. Если он согласится – хотя бы ради возможной сенсации – то сможет помочь ей. Хэин решила сделать ставку на жадность своего сонбэ [161], а не на его доброту.
Офис редакции почти не изменился с тех пор, как она работала там. Хэин расположилась в углу нового кафе в вестибюле, ожидая сонбэ. Когда он появился, она сразу заметила, что он выглядел изможденным – наверняка провел бессонную ночь. Хэин подняла руку, чтобы привлечь его внимание.
