Он навсегда приговорен быть посторонним наблюдателем, чужаком.
Созвездием на небе.
* * *
Его будит какой-то звук.
Стивен заснул на стуле в теплице, покрытый капельками из системы орошения и собственным потом. Форсунки гудят и шипят, на потолке вращается вентилятор: все подчинено тикающему таймеру.
Звук точь-в-точь как вечером, когда Люк барабанил пальцами по пистолету.
Рассада слегка движется, колышется, будто по ней провели огромной лапищей.
Стивен толком не понял, что слышал, отчего проснулся, однако звук, похоже, доносился снаружи, из-за дальней стены теплицы. Как раз неподалеку от пикапа Энди.
Стивен с трудом поднимается, стараясь не издавать ни звука: вдруг с улицы слышно? Тело подчиняется плохо: успело затечь на неудобном стуле. Сейчас в тепличном воздухе, обычно плотном, влажном и ароматном, ощущается другой запах, более резкий, гнилостный, как у тухлых яиц. Стивен глубоко вдыхает, пытаясь уловить понятные ноты.
В ночном сумраке хищные растения словно тоже разинули кувшинчики-рты, чтобы попробовать грязный воздух.
Этот запах…
Запах газа.
Генератор «Вестингхаус» на двенадцать тысяч ватт работает на шести 250-галлонных баллонах с пропаном.
Подключить все это правильно – та еще задачка, а еще за системой надо постоянно приглядывать, и хотя после серьезного хабуба Стивен искал повреждения от песка и камней, возможно, что-то упустил.
А если его захотят убить, то нет ничего проще, чем устроить утечку.
Он был счастлив, когда Энди нашла его в Техасе, вскрывшим бритвой вены на запястье и истекающим кровью, и спасла от надвигающейся смерти. Спасла от отчаяния. Стивен давно искал волшебный луч света, способ сбежать из виртуального мира, – и вот появилась Энди, сияющая во мраке.
И сейчас он безумно рад, что ее нет в Нью-Корнелии.
Стивен бежит к двери – к любому выходу, по дороге хватая контейнеры с рассадой, чтобы унести как можно больше.
Теплица взрывается – огненным шаром взмывает в ночное небо, словно гигантский дракон, разворачивающий над пустыней огромные черно-красные крылья.
Дракон. Ладон. Хранитель сада Гесперид.
Стивен бежит к свету – любому свету, лишь бы спастись, и вдруг, точь-в-точь как в день, когда в него ударила молния, все в нем внезапно вспыхивает, разом наполняется бешеной энергией, которая сбивает с ног.
Второй взрыв сметает жилой трейлер буквально через секунду после первого, поднимая облако дыма и золы, раскаляя металл до сотен градусов, расшвыривая острые обломки на шестьдесят ярдов во все стороны.
Огненные цветы, падающие с неба.
Глава 44
СТЕЙНС, НЬЮ-МЕКСИКО
Напарники отправились в Аризону. Когда они миновали Лордсберг, поджелудочная Линнеи все-таки взбунтовалась.
Недосып, дрянная еда в придорожных забегаловках, отмена лекарств – это не могло не сказаться на организме. Первый час ночи, за рулем сидит Рио, а Линнея смотрит записи с камер, висящих на алкомаркете рядом с домом Конроя, и заодно поглядывает в список вещей, найденных в машине Эбби Уолден. В какой-то момент Линнея просит остановиться, чтобы подышать свежим воздухом.
Они на темной пустынной дороге между Нью-Мексико и Аризоной, небо черное, присыпанное звездами. Пятьдесят миль назад они проезжали мимо пункта Flying J – залитой огнями стоянки фур, но сейчас приходится довольствоваться малюсеньким сельским кемпингом с гравийным щебнем и редкими домишками. Впрочем, Линнею и это устроит. Когда Рио останавливается, она несколько минут сидит, размышляя, успеет ли далеко отбежать, прежде чем ее вывернет наизнанку, однако сейчас ей уже чуточку лучше: больше не укачивает, а тишина и покой расслабляют.
– Как ты? – интересуется Рио, доставая бутылку воды из сумки-холодильника, лежащей на заднем сиденье. Он давно привык постоянно наблюдать за окружающими, а от таких привычек в два счета не избавишься.
– Как я выгляжу? – спрашивает Линнея. И тут же вскидывает руку, не давая напарнику ответить. – Ясно. Мне надо чуть-чуть подышать, и все будет нормально.
Берет ледяную бутылку и прикладывает ко лбу – удивительно приятно, словно чья-та крепкая прохладная рука смахивает с лица Линнеи волосы, и она невольно вспоминает о Дэне.
– Ничего не нашла? – любопытствует Адан, кивая на ноутбук, и Линнея качает головой.
Последние сто миль пути она колдовала над видео с камер алкомаркета в Лас-Крусесе, «Таргета» в Огасте, оклахомских магазинов в радиусе трех миль от квартиры Тассы Линскотт, а также торговых точек в Порт-Гибсоне, где нашли авто Эбби. Линнея заодно пересмотрела список улик из «Субару» и приступила к файлу с архивом сообщений из всех электронных ящиков ГрозовогоВорона20. Она не сомневается, что Макс Конрой и вправду уже месяцев девять-десять пытался выследить Энди Эллис и начал поиски незадолго до первого убийства.
Он что-то знал… и хотел ее предупредить.
Между тем Дивайн изучает, чем занимается в интернете живущий в Аризоне Стивен Чао: тот вроде заказывал по почте растения, точные данные появятся к утру. Чао сидел в сети как минимум под двумя никами, но поскольку вещи покупал экзотические, то оставил следы – точь-в-точь как на снегу, вернее, на пустынном песке, по которым его найти гораздо проще, чем Энди Эллис.
Дивайн подтвердил, что Чао засветился в южной Аризоне еще три месяца назад, значит, возможно, Энди Эллис тоже там. Дело сдвинулось с мертвой точки.
Напарники приблизились и к серийнику. Картина в доме Конроя – лишнее тому подтверждение: убийца либо подчищал за собой хвосты, либо мстил. А еще оставил послание, предупреждение.
Мы почти у цели. Я знаю, я наконец-то это чувствую… и УЦМ тоже.
Рио допивает свою воду и швыряет пустую бутылку на заднее сиденье. Мимо проезжает машина, на мгновение зацепив их фарами, а потом – автофургон, от которого света еще больше. В бледном сиянии Линнея видит, что напарник тоже изможден. Почти всю дорогу из Лас-Крусеса он молчал, а теперь вдруг говорит:
– Помнишь наше первое дело? Серия Святого Розария.
Линнея не сразу находит в себе силы открыть глаза, заговорить, вспомнить столь давние события, когда ощущалась новизна и жгучее любопытство, когда сама Линнея была такой сильной и уверенной в себе.
– Сварщик, тридцать пять лет, Флорида.
– Ты узнала его лицо на двух видео с разницей больше года. Одно было с заправки, где нашли вторую убитую, а другое – полуминутный ролик, снятый на мобильный на музыкальном фестивале, где серийник схватил четвертую жертву.
– Последнюю, – кивает Линнея.
– Последнюю, – с нажимом повторяет Рио. – Улик было мало, но их хватило. После восьми лет убийств его приговорили к электрическому стулу.
– В тюрьме штата Флорида в Рейфорде – там же, где в восемьдесят девятом казнили Банди.
– Именно. А какая была его последняя фраза? «Боже, пощади».
– Все в итоге начинают верить в бога, – мрачно усмехается Линнея.
– Когда ты словно из ниоткуда выцепила его лицо, когда увидела именно того человека, мне показалось, что свершилось чудо, – продолжает Рио, – и я до сих пор так считаю, даже после стольких лет. Знаю, этот дар тебя всегда тяготил, ты чувствовала ответственность, вроде как зарыть его в землю – трусость или эгоизм. – Поворачивается к ней. – Ты считаешь, что несешь этот груз одна.
Однако это Рио один вынес ее на руках из амбара Парлора, хотя сам истекал кровью и почти умирал, а Линнея умоляла бросить ее. Адан тоже выдержал больше, чем мог. До Парлора они успели поработать вместе над дюжиной серий и только потом в ОПА–5 прознали о чудо-полицейской и пригласили ее консультантом. Рио был ее первым серьезным напарником, единственным от ФБР. И единственным, кто искренне хотел и дальше с ней сотрудничать.
– Сейчас у тебя есть компьютер, – показывает он на лежащую у Линнеи на коленях «Алису», – и куча алгоритмов. Задай правильный вопрос, обозначь временные интервалы, загрузи побольше улик и видео – и тебе больше не понадобится держать в голове все.
